Пустошь
Шрифт:
– О, благослови ттебя Бог, Майки! Я не курил цццелую вечность!
Хорек затянулся и сразу закашлялся. Он кашлял долго и надсадно, мотая головой и сотрясаясь всем телом. Анна поморщилась. Майкл улыбался.
– Отвык, – засмеялся Хорек. В глазах его блестели слезы. – О, черт возьми!
Он еще раз откашлялся.
– Когда вы вввыехали, Док?
– Несколько дней назад.
И снова взрыв кашля – Хорек пытался смеяться.
– Майк, Майк, все тттот же Майк! Здесь тттвои несколько дней ничего нне значат! Дата! Какое
Майкл ответил. Хорек выпучил глаза.
– Вот хххх… – он все силился сказать и не мог – пытался выдавить из себя застрявшее слово, упрямо глядя на Майкла. – Хххрень!
Повисла тишина.
– Ты пропал два года назад, – сказал Майкл.
– Ддва года… Два года – етить твою мммать!
Хорек помрачнел.
– И ты, кконечно, отправился ммменя искать?
– Да. Но не нашел.
– Разумеется. Откуда ннам было знать, что все это бббесполезно.
Он осторожно затянулся.
– А я ведь хотел зззавязать, – сказал он грустно. – Думал, что та поездка будет ппоследней.
– Я помню.
– Так оно и вышло.
Он отхлебнул воды.
– Когда я увидел ммашину… Кстати, ккклассная ттачка, Док!
– Спасибо.
– Когда я увидел ммашину, мне ппоказалось, что это очередной спектакль – пппроверка на вшивость. И язва рядом… Но пппотом сказал себе – Бббенни, сказал я, ты не можешь быть уверен, что это оно. Ттты должен узнать. И я пошел за вами, но пппришлось остановиться – язва. Я подождал, пока она не ррассосется, и рванул вперед. Честно гговоря, очень боялся, что вы сссмоетесь.
Анна нахмурилась. Хорек говорил бессвязно, прыгая с темы на тему. Он не понравился ей. Она представляла его совсем другим. И потом, он даже не спросил про Линду. Как будто не помнил ее вовсе.
– А ты возишь пппассажиров? – спросил Хорек.
– Вообще-то нет. Это исключение.
– Понятно, – ответил Хорек и неожиданно подмигнул Анне.
Она едва сдержалась, чтобы не отвернуться. Глаза Хорька были блестящие и горели каким-то безумным огнем. Странные глаза.
– Ты, наверное, много знаешь о Пустоши? – спросил Майкл.
Хорек пожал плечами.
– Ддостаточно. Я сбился со счета, но пппо моим ощущениям я здесь уже не меньше пяти лет. Круто, а? Время тут ссскачет, ребята, как необъезженная лошадка. И вввыделывает такие выкрутасы, что ттолько за голову держись!
– Пять лет! – пролепетала Анна. – Боже мой!
– Да, ссестричка! Ввот именно! Ббоже!
– Расскажи мне, что знаешь.
Хорек замотал головой.
– Не гггони лошадей, Майки. Успеется. У нас ттеперь полно времени. Все время, ккоторое есть на этом ггговенном свете, теперь наше! Я немного устал. Не ттак уж легко бегать в такую жару! Мне пппришлось избавиться от лишних пприпасов. Вот так. У вас ннайдется что-нибудь перекусить?
– Конечно! Пошли.
Они встали, а Анна осталась сидеть за столом, пытаясь привести в порядок свои чувства. Хорек беспокоил ее. Пять лет…
Они разложили еду на куске газеты. Хорек неожиданно грохнулся на колени и затянул:
– Ббблагослови нас, Ггосподи, и эти ддары, что мы собираемся ппожрать от твоей щедрости, через Иисуса, Ггоспода нашего! Аминь!
Анна застыла, пораженная. Конечно, в том, что человек молится перед едой, не было ничего особенно странного. Многие люди так поступают – это красиво и торжественно. Ее шокировало то, как сделал это Хорек. У него молитва прозвучала каким-то диким фарсом. Насмешкой, такой неуместной в этой обстановке.
Она взглянула на Майкла. Тот, казалось, тоже почувствовал неладное. Он смотрел на Хорька удивленно и неуверенно улыбался. Закончив говорить, тот уселся на землю и схватился за приготовленный Майклом сандвич.
– Ваше здоровье! – сказал он, обращаясь почему-то к Анне, и затолкал его в рот.
– Что-то я не помню, чтобы ты был таким набожным, – натянуто улыбнулся Майкл.
Хорек обернулся и долго смотрел на него, быстро работая челюстями.
– Тты очень многого не зззнаешь, Ммайки, – сказал он серьезно. – Ты ннничего не знаешь об этом ммместе. Нам предстоит бббольшой разговор. Я намерен нннаставить вас на путь истинный. Я пппокажу вам дорогу, по кккоторой, может быть, мы вввыйдем отсюда. Но это – чччуть погодя. А пока скажу так – мы встретились не ссслучайно.
Глава 17
После сандвича Хорек почувствовал себя плохо. Майкл отвел его в «сабурбан» и устроил в спальном мешке. Бенжамин почти сразу заснул. Майкл и Анна немного постояли рядом, глядя на него – Хорек лежал неподвижно, словно мертвый. Было слышно, как он медленно и глубоко дышит через открытый рот.
– Как ты думаешь, с ним все будет в порядке? – спросила Анна.
– Будем надеяться, – ответил Майкл. – Пойдем. Пусть спит.
Они вернулись в тень навеса. Майкл закурил, стряхивая пепел сигареты в пластиковый стаканчик Хорька. Там уже лежал один окурок, выкуренный на четверть.
– Кто бы мог подумать, что такое возможно, – сказал Майкл задумчиво. – Уму непостижимо.
Анна кивнула.
– Ты давно его знаешь?
– Очень давно. С детства. Я, Чарли и Линда – это одна старая компания. Хорек был старшим. Заводилой. С ним было весело, он хороший парень.
– Мне кажется, Пустошь изменила его. Он не производит впечатления души компании. Извини, если обидела.
Майкл задумчиво покачал головой.
– Да нет, ты права. Он стал какой-то… дерганый. Заикается. Он никогда раньше не заикался. Пять лет… Неужели не врет?