Purgatorium
Шрифт:
Фонарь осветил помещение, в которое попала девушка. Поняв, что до пола всего ничего, она отпустила трос и спрыгнула. Комната, в которой она оказалась была такого же размера что и наверху. Только от коридора её отделяла решетка. Благо вдоль стены можно протиснуться.
– Всё, я на месте, – крикнула Жанна, задрав голову вверх.
– Хорошо, держи сумку! – и Карлыч скинул в лаз наплечную сумку со своим инструментом. – Сейчас спустим аккумулятор.
Альберт отмотал с запястья трос, оставивший глубокие ссадины и принялся привязывать аккумулятор.
– Помнишь, что дальше
– Да! – ответила она.
– Хорошо. Спустим и пойдем к двери, – старик обернулся к Альберту и хрипло скомандовал, – опускай!
Карлыч не спеша, кряхтя на каждой ступени, спустился по обшарпанной лестнице. Луч его фонаря уперся в мощную металлическую дверь с узким зарешеченным окошком. «Такую и вправду сварочным резаком не возьмёшь,» – подумал идущий следом Шкляров.
– Эй вы тут? – Раздался голос Жанны за дверью и в окошечке показались серые глаза девушки.
– Да! – радостно крикнул Альберт
– Мы здесь дочка, – добавил Карлыч, – как у тебя там успехи?
– Отлично, если не считать, что я порвала свитер о решётку и порезала руку и сейчас истекаю кровью, – с сарказмом ответила Жанна, – а ещё я не могу снять панель. Как иначе подключить питание?
– Никак. В сумке найди отвёртку. Отверни сбоку два винтика и сдвинь панель, – громко и четко давал старик указания.
Слышно было как девушка возится со щитком электронного замка. Что-то стукнуло, и она досадно вскрикнула.
– Получается? – обеспокоенно поинтересовался Альберт.
– Ноготь сломала, блин.
Карлыч ухмыльнулся и взглянул на Альберта, который не находил себе места от переживания. Шкляров внезапно обнаружил в себе привязанность к Жанне. За небольшой отрезок времени они стали почти неразлучны и пускай виной тому не лучшие обстоятельства, всё же девушка стала ему дорога. И сейчас, когда между ними толстая дверь, Альберт беспокоился, что не может быть с ней рядом и помочь.
Панель поддалась и открылась, наконец обнажив внутренности электронного замка.
– Есть! Открылась! – торжественно воскликнула она.
– Что видишь там? – из-за двери раздался голос Карлыча, следящего за ней через окошечко на двери.
– Так, тут плата какая-то и два разъёма. Какой из них нам нужен?
– Нам нужен тот, от которого идут провода, другой для диагностики…
– Я поняла, – перебила она нервно Карлыча и волоком подтянула блок аккумулятора с примотанными к клемам проводами.
Увесистое устройство было тяжёлым чтобы держать его в руках, но длинны проводов не хватало, если поставить на пол. Девушка выругалась, пытаясь примостить блок на колено.
Из темноты коридора донеслись вдруг звуки похожие на перетаскивание чего-то тяжёлого. Девушка обернулась и луч налобного фонаря утонул в темноте коридора. Широкий и просторный он уходил далеко вперёд, пролегая под всем корпусом. Стены с осыпавшейся краской то и дело выходили уступами, бросающими длинные тени, в которых притаится незамеченным мог кто угодно. И девушку посетило обжигающее холодом чувство чьего-то пристального взгляда.
– Ладно, – шепнула себе Жанна и принялась дальше возиться с аккумулятором.
Провода
– Эй. Ты чего творишь. Сломаешь, другого нет, – возмутился Карлыч, продолжавший наблюдать.
– Ты провода не мог найти длиннее? Я не могу их подцепить.
– А у меня что, склад проводов. Скажи спасибо хоть эти нашёл.
– Найди что-нибудь подходящее по высоте – стул, например, – сказал Альберт отодвигая Карлыча от окошечка.
Жанна вновь обернулась в коридор. Метрах в трех от неё за угол уходил проём. В его темноте что-то тихонько шуршало. Девушка поднялась устало и осторожно двинулась вперёд, раздвигая перед собой темноту узким лучом фонаря. Альберт забеспокоился ещё больше теперь, когда её стало не видно в щелку дверного окошка.
– Что-нибудь видишь подходящее? – взволновано спросил он.
– Не вижу. Слышу, что здесь кто-то есть.
– Я же предупреждал тебя, – напомнил Карлыч о семье бездомных.
Она подошла к проёму и украдкой взглянула за угол, бросая в темноту помещения пятно яркого света. В комнате без дверей фонарик выхватил очертания труб, идущих вдоль дальней стены. Помещение было грязным от пыли и хлама, влажным и жарким от труб с горячей водой. Под старым тряпьём на полу что-то вдруг опять зашуршало, и девушка с опаской и любопытством приблизившись, легонько толкнула тряпки ногой. С писком в стороны врассыпную бросились крысы. Девушка отпрянула назад и в ужасе завизжала.
– Что там, что случилось? – закричал в щель двери Альберт, нервно дергая за ручку.
– Крысы! – испуганно визгнула Жанна.
– Достали они, – буднично махнул консьерж, глядя на Альберта, который готов был уже руками выломать дверь, – чем я их только не травил, один хрен возвращаются.
Крысы разбежались, оставив испуганную Жанну в тишине. Придя в себя, она осмотрела просторное помещение и заметила среди прочего хлама из досок и тряпок, пожелтевших от сырости старых матрасов, старый, облезлый деревянный стул с кривыми ногами и сломанной спинкой. «То, что нужно,» – подумала девушка и переведя дух, облегченно двинулась к цели. Нагнувшись, чтобы поудобнее ухватить хлипкий, готовый развалиться в руках предмет старины, она внезапно заметила подозрительный и чистый, неподходящий для этого места, блеск. Среди грязного и почерневшего от сырости мусора, на полу, в углу под трубой лежал значок, похожий на жетон полицейского. Жанна протянула руку и взяв его в ладонь, с любопытством принялась разглядывать подозрительный предмет.
В коридоре послышался шум – что-то тяжелое снова тащили по полу. Девушка взяла стул и прихватив неизвестный значок заторопилась вернуться к двери. В коридоре было по-прежнему пусто. Источник шума, который затих с появлением Жанны в проходе, находился далеко за поворотом. Казалось будто кто-то занимается перестановкой мебели. Девушка решила, что это бомжи и опасности нет, а потому, не обращая внимание, приступила к работе. Альберт радостно выдохнул, увидев Жанну в окошечке.
– Ты как девочка? – спросил он.