Пуля справедливости

Жуков Вячеслав Владимирович

Прямо перед Федором стояли два парня. Федору достаточно было короткого взгляда, чтобы признать в них тех двоих, которые пытались его прикончить в вагоне электричке. Тогда с ними еще была симпатяга блондинка. Вернувшись в Москву, Туманов предпринял попытку разыскать всех троих. Но попытка не увенчалась успехом. Оба парня и блондинка тогда, как в воду канули. Вот будет радость, если сейчас и та девушка окажется тут. Но блондинки тут не оказалось. А парни, узнав Федора, бросились наверх по лестнице. Туманов успел заметить, что у

каждого из убегавших в руке, оказалось, по пистолету.

– Осторожней! У них оружие. Это те самые подонки, которые пытались убить меня в электричке, – крикнул Федор, чуть оттолкнув назад Ваняшина, что отразилось и на Греке. Ваняшин наскочил на него и капитан, Сан Саныч Греков, едва не выкатился из подъезда.

– Леха, мать твою!.. – негодующе взревел капитан.

И сейчас же раздался выстрел. Парни этим выстрелом давали понять, что в руках у них не игрушки и шутить они не намерены. Пуля пролетела возле левого виска Грека. И лицо у капитана сразу сделалось белое, как мел.

Быстро открыв дверь, Федор подбежал к началу ступенек, но на лестницу заскочить не успел. Сверху раздался очередной выстрел, и пуля ударила в стенку прямо перед Федором, лишний раз, напоминая, что торопиться не стоит. Грек тоже об этом сообразил, решил предостеречь майора от беды.

– Николаич, поосторожней. Им все равно отсюда никуда не деться. Ух, сволочи! Уши надеру обоим, – крикнул Грек.

– Ты сначала их возьми, – резонно заметил Ваняшин, прижимаясь к стене.

Сверху раздалось еще пара выстрелов, и пули, одна за одной, царапнули бетонный пол под ногами лейтенанта, после чего отрикошетили в дверь. Причем, одна из них отколола щепочку от двери совсем рядом с капитаном Грековым. Грек попятился.

– Леша, прикрой! В меня суки целятся, – закричал Грек, но, похоже, Ваняшин не обратил внимания. Выждав момент, он сделал длинный прыжок и очутился рядом с Тумановым, оставив Грека одного возле двери.

– Что же ты, гад, бросил меня, – Грек заметался, не зная, где найти укрытие. Но больше выстрелов сверху было не слышно.

Федор с Ваняшиным прислушались. Услышали, звонки в двери. Видно парни звонили в двери.

– Хотят засесть в какой-нибудь квартире, – сказал лейтенант, но Федор покачал головой.

– Ничего подобного. Живой щит им нужен, – Туманов выглянул, увидел, что в одной из квартир открывается дверь, крикнул: – Закройте дверь!

Но было поздно. Дверь открыла молодая женщина с ребенком на руках. Один из парней тут же выстрелил вниз в Туманова. Она испуганно отшатнулась назад, но дверь ей закрыть не дали. Сейчас, единственной целью тех двоих было, во что бы то ни стало выбраться из подъезда. Но просто так менты уйти не дадут. Выбраться можно, если только укрыться за живым щитом. Молодая мамаша, как нельзя лучше подходила для этого. Менты благородные и не станут палить, чтобы не попасть в женщину и ребенка. Зато молодым бандитам терять нечего.

Не обращая

внимания на вопли ребенка, один из парней сказал женщине:

– Будешь артачиться, пристрелим и тебя и твоего киндара.

Та испуганно прижала к себе плачущего ребенка.

– Что я должна сделать?

Парни встали ей за спину.

– Да ничего такого. Сейчас ты проводишь нас из подъезда. А потом мы отвалим, – сказал один. А другой чуть высунувшись из-за спины женщины, крикнул вниз:

– Эй, менты! У нас заложница. Баба с ребенком. Если не хотите, чтобы мы их прикончили, бросьте стволы.

Грек с Ваняшиным посмотрели на Туманова, оставляя решение за майором.

– Чего будем делать, Николаич? – спросил Ваняшин, держа пистолет в руке.

– Придется, уступить подонкам. Вон как они палят. О последствиях не думают. А мы рисковать жизнью граждан, не имеем права.

Грек плюнул с досады. Свой «Макаров» он держал в руке. У Ваняшина тоже был пистолет, но расставаться с ним лейтенант не спешил.

На площадке третьего этажа стояла женщина с ребенком на руках и умоляла оперов послушать этих отчаянных парней, один из которых наблюдал за действиями ментов. Другой стоял позади женщины.

– Вдруг, они нас шлепнут? – спросил Грек, но Федор не ответил ему. Наклонился, положил свой пистолет на пол.

Парень, наблюдавший сверху, оценил поступок майора улыбкой.

– А вы какого?.. Чего ждете? Вон ваш майор, какой молодец. Бросайте стволы, или сейчас я прострелю ребенку башку. – При этих словах он приставил ствол «ТТ» к голове трехлетнего мальчугана, который оглашал подъезд своим криком. Наверху захлопали двери, но стоило одному из парней сделать пару выстрелов вверх, как двери тут же закрылись.

– Мы ждем, – крикнул парень, который смотрел за операми.

– Не убивай их, – крикнул Федор и, повернувшись к Греку с Ваняшиным, сказал: – Бросайте стволы, ребята. Игра идет по их правилам.

Это высказывание очень понравилось молодым бандитам. Оба загоготали. А тот, что наблюдал за ментами, самодовольно сказал:

– Сегодня вам, господа легавые, не повезло. – Он быстро спустился, подобрал три пистолета, потом крикнул напарнику: – Санек, давай сюда. Эти трое у меня на мушке. Если что, шмальну их.

Грек грустно поглядел на Ваняшина и тихонько сказал:

– Да. Сели мы жопой в грязь.

Ваняшин стоял молча. Стыдно было сознавать свое бессилие. Три здоровых мужика, к тому же опера, поддались двум молокососам. Туманов только чуть подался вперед, как парень стоявший рядом с пистолетом в руке, расценил это как прямую угрозу, подскочил и ткнул ему стволом «ТТ» в живот.

– Ты чо, сука? На тот свет торопишься, ментяра?

Федор слегка пожал плечами.

– Да нет. Могу еще лет двадцать подождать. Я просто хотел сказать, чтобы вы отпустили женщину. Вон как ребенка напугали, – кивнул Федор наверх.