Пуанта
Шрифт:
Слезает со стула — исключительно сам! Попробуй только помочь, вони будет до конца дня. Я за этим наблюдаю все равно, чтобы в любой момент подхватить, и, перед тем, как они уйдут в сторону гостиной, прошу Мишу.
— Ты только приглядывай за ним, ладно?
— Амелия, у меня четверо детей, я знаю, что делать.
Это не звучит саркастично или ядовито, напротив, мягко, и я сама смягчаюсь, тихо поясняя.
— Он сам должен все делать, не помогай ни в коем случае, но если что…просто будь рядом.
Кивает, дарит еще одну улыбку и
Это последнее нормальное, что происходит в этом помещении, потому что когда теплое удаляется, все холодеет. Бросив взгляд на Макса, я вижу, что он злится, но больше потерян. Замечаю это мимолетно, потому что когда мы сталкиваемся — он снова непробиваемый лед.
— Я не буду звонить папе.
— Она не будет звонить… — повторяет за мной с восторгом Астра, приблизившись к столу и подоткнув голову рукой, — Потрясающе…
— Может ты сходишь с ними?!
Рычу, осуждаю, но в ответ опять получаю смешок.
— Сча-а-аз, ага. Тут гораздо интересней, чем искать несуществующую банку-для-плохих-слов. Они же явно не на этом так разбогатели…
— Закрой… — надуваю щеки, туша злость на племянницу под тихие смешки представителей королевского рода, — Короче. Я не буду ему звонить, если все так, как ты сказал.
— О, благодарю с поклоном, дорогая.
Проглатываю сарказм, продолжая.
— Ты хочешь узнать его? Что ж. Пожалуйста. Я не против.
— И снова…
— Дай мне сказать!
Повышаю голос. Черт, этот придурок заводит меня с пол-оборота, я теряю самообладание и вообще все спокойствие, которое получила таким тяжелым путем — и это бесит. Мы смотрим друг на друга гневно, пуляем молнии, пока я не выдыхаю.
— Я сниму квартиру и…
— Нет.
— Это не предложение. Я не буду жить в этом доме и с тобой под одной крышей.
— Трогательно, но ты ничего не решаешь.
— Я…
— Даже больше. Сегодня будет один важный прием, на котором я представлю своего ребенка.
— Что?!
«ЧТО?!» — отражается в голове, — «Совсем охренел?!»
— Нет, не совсем.
Кажется, я сказала это в слух, но сейчас больше не способна ответить — я вся, как раскаленный нерв. Злюсь, сжимаю кулаки и еле дышу.
— Он — мой сын, а не грязный секрет. Я не собираюсь однажды, когда он подрастет, объяснять, что его мать — просто конченная сука и…
— Этого не будет! — резко вскакиваю, что Макс зеркалит.
— Будет так, как я сказал, твою мать! Ты плохо меня поняла?! БУДЕТ ТАК!
— Чтоб ты сдох!
— Надейся, чтобы не ожил, сука!
В коридоре слышится грохот, и когда мы оба переводим взгляд — там стоит Август. Он снова жмет уточку, почти плачет, а за его спиной Михаил с таким осуждающим взглядом, от которого в пору повеситься.
М-да…он прав. Твою мать…
Я быстро выхожу из-за
— Эй, ну ты чего…
Молчит. Кусает губу и молчит, бросая взгляды мне за спину — на Макса, сто процентов.
— Все нормально…
— Ты кричала.
— И сказала плохое слово! — улыбается Астра, привлекая Августа к себе, а потом добавляет, — Ты нашел банку?
— Нету там банки.
— Плохо смотрел. Пойдем, мелочь, я специалист по поиску сокровищ, помнишь же, как мы у деда нашли его любимые конфеты, а?
Август снова решает, но отходит ближе к выходу, давая Астре зеленый свет. Она ловко огибает стол, а когда проходит мимо, я шепчу.
— Спасибо…
— Брось…порыться в доме Александровского? Подружки лопнут от зависти.
Тихо усмехаюсь, но как только они уходят, на меня снова наваливается злость. Я медленно оборачиваюсь, смотрю на него и шиплю.
— Ты просто ублюдок…
— Прекратите оба! — встревает раньше сына Мария, — Вы ведете себя просто ужасно! Прекратите!
— Но…
— Никаких «но», Макс! Вы в первую очередь родители, вспомните об этом, прежде чем начать орать! Вы его пугаете!
Она тоже поднимается из-за стола, чтобы пойти к внуку, но рядом со мной оборачивается и, награждая Макса долгим взглядом, мотает головой.
— Не разочаровывай меня, Макс. Угомонись.
Этого достаточно, чтобы в его глазах снова что-тот промелькнуло и потушило пожар, он словно сникает. Опускает взгляд, молчит пару мгновений, но потом тихо говорит.
— Это не предложение, я все сказал.
— Ты…
— Приготовь его к восьми и сама оденься. Пришлю за вами машину.
Все. Разговор окончен, как когда-то давно. Макс просто уходит, а через миг хлопает входная дверь, оставляя меня одну, наедине со злостью и негодованием. Прямо, как раньше.
Глава 4. Словами
Неужели ты думаешь, если закрыть эту тему, боль уйдет?
Элис Сиболд — «Милые кости»
Амелия; 23
Не могу поверить, что он просто взял и ушел! Как раньше! Как когда-то, а я это допустила! Как будто пассажир в своей собственной жизни и больше ничем не управляю, а это далеко не так! Все изменилось, я изменилась точно! Пусть он прокачивал все эти годы свои деспотичные скилы, мне это по барабану! Я больше не та девчонка!
Так я киплю, пока укладываю сына, смотрю с ним мультики, улыбаясь через силу, говорю — он словно чувствует мое состояние и стоит глазам на миг закрыться, как он тут же их открывает. Будто не хочет спать, будто опасается. Мне это совершенно не нравится, но «режим» все равно дает свои плоды — и наконец Август засыпает, а я выскальзываю из комнаты и спускаюсь вниз. На громкий голос Астры, которая рассказывает какую-то очередную свою выходку Марии. Та смеется, но как только я появляюсь, замолкает.