Птицелов
Шрифт:
— Какое прелестное имя! Похоже на цветок. Оно подходит вам.
Она улыбнулась и немного покраснела. Чтобы скрыть замешательство, она обратилась с вопросом:
— А что бы свое вы внесли в этот проект, мистер Райт?
— Входные двери и окна словно вышли из-под моего собственного карандаша,-сказал он, игнорируя ее просьбу высказать замечания. Он выглядел очень привлекательным в хорошо сшитом костюме с широким галстуком. Райт не отрывал глаз от Оре-лии, откровенно любуясь ею. — Мы использовали сходный мотив, когда проектировали вход в выставочный Павильон Транспорта.
— Золотые
— Проект принадлежит Сэлливэну, — сказал Райт, отдавая дань своему прежнему нанимателю. — Да, павильон многим нравится.
Орелия удивлялась спокойному самообладанию Райта — такой молодой, не старше ее самой. Если он так же умеет обворожить жен заказчиков своих будущих проектов, как Орелию, то заказами он будет обеспечен. Его приветливость и дружелюбие были сегодня для Орелии какой-то компенсацией за холодность и скрытую враждебность О'Рурка.
— Я открыл недавно свой офис в этой же башне, — непринужденно сообщил ей Райт.
— Вот как?
— Мне и мистеру Сесилу Корвену, моему компаньону, было бы очень приятно, если бы вы иногда заходили скрасить нашу жизнь, — добавил он, выжидательно глядя на Орелию.
Она уже готова была согласиться, но, посмотрев через его плечо, увидела Лайэма, стоящего в дверях своего кабинета. Он подошел к Райту, и мужчины обменялись рукопожатием.
Райт сообщил О'Рурку о том, что занял помещение в этой же башне.
— Похоже, что архитектурные фирмы доминируют в новом превосходном здании, — прокомментировал О'Рурк. Он разговаривал с коллегой дружелюбным приятным тоном, который — с огорчением подумала Орелия — так отличался от тона разговора с ней.
— Я и мой партнер работаем над двумя проектами зданий в Дубовом парке, — сообщил Райт. — Я слышал, что вы тоже планируете застройку в этом районе.
— Да, — кивнул Лайэм. — Мы начнем там работы только летом.
— Тогда, я думаю, будет удобно обратиться к вам с просьбой. Видите ли, мне и моему партнеру нужно красное дерево для отделки помещений. Мы сделали заказ, но его исполнение задерживается. Может быть, у вас на складе есть такой материал, и, поскольку он вам не понадобится до лета, мы просим одолжить нам до получения заказа.
— Ну что ж, почему бы и нет, — подумав, согласился Лайэм. — Я дам вам записку к заведующему складом. Он отпустит вам все, что нужно.
Лайэм написал записку и вручил Райту, который широко улыбнулся и выразил свою признательность.
— Вы нас выручили. Надеюсь, при случае мы отплатим равноценной услугой.
Потом Райт повернулся к Орелии и сказал Лайэму:
— Направляясь в ваш кабинет, я познакомился с новой сотрудницей. Я посмотрел ее работу и могу вас поздравить с приобретением талантливого архитектора.
— M-м…— отозвался Лайэм и тоже повернулся к Орелии. — Значит, работа готова? Покажите.
— Ее способности, — продолжал Райт, — значительно выше того простенького проекта, который вы ей поручили. Выполненный ею эскиз внутренней архитектуры
Лайэм ни слова не промолвил по поводу этого дождя комплиментов, который сыпался на его новую сотрудницу, зато Орелня покраснела от удовольствия. Как приятно, что лучший проектировщик и чертежник Чикаго, которого прозвали «первый карандаш Сэл-ливэна», похвалил ее работу. Приятно было и явное неудовольствие по этому поводу грубияна Лайэма.
Мужчины поговорили о строительстве в Дубовом парке. Райт уже собирался уходить, когда вошел Син О'Рурк. Райт любезно поздоровался с ним и пригласил О'Рурков зайти посмотреть его новую контору.
— И вас я жду в любое удобное для вас время, — обратился он с поклоном к Орелии.
Когда он вышел, старый О'Рурк спросил Лайэма недовольным тоном:
— Зачем он заходил?
— Одолжить у нас немного красного дерева для строительства в Дубовом парке.
— Одолжить? — раздраженно переспросил Син О'Рурк. — Я же тебе говорил, что этот человек весь в долгах. И живет не по средствам — посмотри, как он разодет. Настоящий денди, да еще носит высокие каблуки, чтобы прибавить себе роста.
— Он никогда раньше не просил у нас взаймы, — мягко возразил Лайэм.
Син покраснел от гнева:
— И никогда в этом больше не преуспеет, уж я за этим присмотрю. Наверное, он исчерпал кредиты у своих поставщиков. Вот увидишь, он нам не вернет это дерево.
— В таком случае убыток будет не так уж велик. А отказать неудобно, — терпеливо повторил Лайэм.
— Небольшой убыток? Ведь это же красное дерево! — воскликнул Син, запуская пятерню в свои блестящие седые волосы. — Кто же из партнеров на этот раз действует без согласия другого, хотел бы я знать?
Оба, невольно вспомнив о присутствии Орелии, оглянулись на нее, а она, делая вид, что ничего не слышала, склонилась над эскизом, старательно выводя в нижнем углу листа свои инициалы. Ей снова захотелось покинуть офис и никогда сюда не возвращаться.
Отец и сын направились к кабинету Сина, продолжая разговор:
— А я уверен, что он так или иначе заплатит, — настаивал Лайэм. — Райт — «человек, который сам себя сделал» [5] , он добьется успеха, даже начав с нуля. Я в этом уверен. Он далеко пойдет.
5
«Self-made man» — широкоупотребительное американское выражение.
— Любой человек, обладающий здравым смыслом, может далеко пойти, — возразил Син.
— Ты упрекаешь меня, что я не честолюбив? Давай лучше кончим этот спор. Речь идет всего-навсего о нескольких дощечках красного дерева.
Мужчины закрыли за собой дверь кабинета Сина, и Орелия достала следующий эскиз, над которым предстояло работать.
Лайэм вышел из кабинета и снова подошел к чертежному столу Орелии. Лицо его было бесстрастным, и Орелия надеялась, что отец и сын, оба — горячие ирландцы, не возвращались к спору о ее назначении.