Псевдоним Венеры
Шрифт:
– Но зачем тебе уходить? – спросила Лика. – Ведь теперь ясно, что в колонию ты попала в результате интриг Леры. И тот факт, что ты оттуда бежала, тебе в вину не поставят.
– Да, но ведь ты все еще находишься под подозрением! – заявила Галя и указала на дверь. Орущую Леру вынесли в коридор и спустили по лестнице в милицейскую машину. Один милиционер утешал родителей, еще один просматривал дневники. Момент был подходящий – вопросов о том, кто такие Галя и Лика, не возникало. Пока не возникало. Но
Аккуратно подобравшись к сумкам, которые сиротливо стояли около гардероба, Галя вытащила оттуда кошелек тети Нади и сунула его себе в карман. Затем девочки, на которых никто в сложившейся ситуации не обращал внимания, спокойно вышли из квартиры, бегом спустились по лестнице и оказались на улице. Там они стали свидетелями того, как визжащую Леру запихивали в кузов «воронка».
Подруги заспешили прочь от «дома ужасов». Покосившись на карман, в котором лежал теткин кошелек, Лика спросила:
– Ты стащила это? Но зачем?
– Нам теперь в Москву надо ехать, деньги понадобятся! – ответила Галя. – И, в конце концов, не зря же мы сидели в колонии!
До Москвы они добрались на перекладных. Последний участок пути их вез разговорчивый дальнобойщик, которому девочки наплели с три короба, рассказав о больной бабушке, которую они хотели навестить, и злой мачехе, от которой бежали.
Оказавшись в столице, они первым делом бросились к телефону-автомату, и Галя набрала номер, который она хорошо помнила.
– Алло! – услышала девочка знакомый голос: трубку снял сам Саша Веселянский.
– Это мы! – сказала Галя. – И нам нужна твоя помощь!
Он примчался буквально через полчаса, а затем отвез их на дачу двоюродной бабушки, где Галя и Лика могли оставаться, сколько им требовалось. Но долго задерживаться в столице тоже не входило в их планы – они прибыли туда, чтобы вывести на чистую воду Анжелу.
Саша пытался выведать, что они замышляют, но Галя строго-настрого запретила Лике говорить ему всю правду.
– Но ведь ему можно доверять! – возмущалась подруга, на что Галя ответила:
– Если все провалится, нужно оградить его от неприятностей. Или ты готова втянуть его в историю с Анжелой?
Подумав, Лика вздохнула и ответила:
– Ты, как обычно, права! Но что именно ты предлагаешь сделать? Анжела, в отличие от твоей кузины Лерочки, дневников не ведет. И доказательств ее преступлений просто не существует!
Заваривая на маленькой кухоньке чай, Галя ответила:
– Да, Анжела – это, естественно, не Лера. Точнее, такой бы могла стать Лера лет через десять, если бы ее сейчас не разоблачили.
– И
– На любого преступника имеется компромат. Нам надо только его отыскать. Но ты права, сначала хорошо бы выяснить, с помощью чего мы можем прищучить Анжелу. Вряд ли стоит надеяться на ее чистосердечное признание, поэтому нужны железобетонные доказательства.
Лика приуныла, ведь таких доказательств, по ее мнению, в природе не существовало. Галя понимала, что подруга отчасти права. Но если доказательств не было, то им надо было сделать так, чтобы они появились.
– Как и Лера, Анжела замешана в ряде преступлений. Причем очень и очень серьезных. Наверняка у нее имеются покровители, как и у Алишера Казбековича, но ведь сколько веревочке ни виться…
Они размышляли, как же им поступить. Так прошло несколько дней. Их навещал Саша Веселянский, он привозил им еду. Галя заметила, что Лика флиртует с ним. Это ее несколько раздражало, и она боялась себе признаться почему. Вовсе не потому, что это могло помешать их планам. А потому, что Саша нравился ей самой.
Тут в голову некстати лезли мысли о Тимуре. Но его Галя велела себе забыть. Он – сын Алишера Казбековича, и с ним у нее ничего общего быть просто не может.
Затем девочки побывали около квартиры, где некогда жили Лика и ее отец. Они прошлись по набережной, постояли около соседнего дома, Лика указала на окна последнего этажа.
Чуть позже они увидели, как к подъезду подкатила черная «Волга», и в нее уселась выпорхнувшая из дома Анжела. Выглядела она потрясающе, новоприобретенное богатство явно шло ей на пользу.
Галя и Лика многозначительно переглянулись и стали разрабатывать план. Первым делом они установили наблюдение за квартирой, в которой проживала Анжела. Назвать ее «квартирой Анжелы» не поворачивался язык, в особенности у Лики. Для нее это была квартира ее покойного отца.
Оказалось, что к Анжеле наведывается ее дружок Алишер Казбекович. Дважды Галя видела и Тимура. Подросток вытянулся, возмужал, и при виде него у Гали вдруг сильно забилось сердце. Она уверила себя, что от гнева, ведь никаких иных чувств к Тимуру она не испытывала.
Тимур в квартире долго не оставался, выходил с каким-то свертком, садился в машину, и она уезжала. А вот Алишер Казбекович задерживался на несколько часов.
Помимо этого, к Анжеле заглядывал смазливый тип с физиономией боксера, причем он всегда приходил в то время, когда Анжела была одна. Девочки составили график посещений и сделали соответствующие выводы.
– Алишер приходит к ней, потому что он ее любовник. Это каждому понятно, – подытожила Лика. – И бывает он у нее по понедельникам, средам и на выходных…