Пройти лабиринт

Меньшов Александр

Он посмотрел на визитку, где золотыми тесненными буквами было выбито: "Майя Тамбо. Йоханнесбург. ЮАР". И больше ничего.

Михаил вспомнил кулончик на шее у Майи.

"Символ конфликта разума и души", - пробормотал под нос Михаил, вставая из-за столика...

23.

Сон совсем не шел. Михаил медленно растирал виски, пытаясь снять усталость.

Он лежал

на кровати, по привычке не раздеваясь, следуя принципу: "Будь готов".

– Кто я?
– спросил себя и вдруг хихикнул.

"Схожу с ума. Нет, не быть этому, - он потянулся за пультом и включил телевизор.
– Я - это я".

По телевизору толком ничего не было. Поклацав бесцельно по кругу, Михаил остановился на каком-то "элит-каналле", нудящем про высокие моды, и, сделав звук по минимуму, попытался начать анализировать сегодняшнюю встречу.

Но в голову лезло совсем иное.

Всё дело в брате. Какое-то время он был тем идеалом, которому хотелось подражать и даже превзойти.

Удивительно, но и сейчас где-то в глубине души Михаил завидовал Андрею. Всегда целеустремлен, удачлив, спокоен. Он был подобен скале, о которую разбивались житейские дрязги.

Михаил был уверен, что избери Андрей себе иное занятие, то и в нем бы достиг не меньших успехов, чем в медицине.

Помнится, о нем даже писали одно время в газетах: "Талантливый хирург спасает жизни..."

Да, Андрей достиг того, чего хотел: он спасал человеческие жизни.

"А я?
– досадовал Михаил.
– Почему я не смог?"

Мечты о спасении душ с каждым годом таяли, словно лед под солнцем.

Михаилу было стыдно за эту зависть к брату.

– Прямо, как Каин и Авель!
– сказал как-то однажды кто-то из их общих друзей.

Михаил запомнил эти слова, дав себе зарок победить самого себя. Но сам просто сбежал, едва закончил учиться.

– Ну и путь!
– сердился он на себя потом.

А лишь не так давно он понял секрет удачливости Андрея: он никого не любил. Абсолютно никого!..

Тихо-тихо щелкнул замок. Несмотря на сонливое состояние, Михаил почти мгновенно перешел в режим боеготовности.

Он бесшумно сполз с кровати, перемещаясь в угол за дверью. В относительной тишине, Михаил услышал осторожные шаги. Очевидно, вошедших было двое.

"Быстро вычислили", - пронеслось в голове. А дальше, почти как по учебнику: первого он пропустил в комнату,

а прикрывающего тыл отправил в нокаут молниеносным ударом в горло. В следующую секунду Михаил кружился вокруг какое-то еще время стоявшего на ногах агента, прикрываясь им как щитом, а потом быстрым движением сбил ведущего.

Не дожидаясь его ответной реакции, Михаил вылетел в коридор, опасаясь там натолкнуться на прикрытие. На удивление, здесь никого не было.

Михаил воспользовался лестницей, и спустя пару минут был уже в вестибюле. Тут он увидел еще двоих агентов.

– Твою мать!
– прорычал он, ускоряясь по максимуму, на самом пределе сил.

Это, наверняка, были американцы. Михаил определил, опираясь на опыт физиогномики.

Он выскочил на улицу, пытаясь на ходу определить, где еще находится группа прикрытия. Они почти мгновенно себя выдали, выскочив из неприметного старенького "шевроле". Краем глаза Михаил успел увидеть нечто похожее на пистолеты в их руках.

Адреналин ворвался в кровь, подобно урагану. Мир вокруг будто застыл. В висках запульсировало и вдруг "лопнуло".

Что произошло потом, Михаил с трудом помнил. Он пришел в себя спустя полчаса, с удивлением разглядывая окрестности. В правой руке была зажата "берета". Он пощупал ствол: горячий.

"Неужели стрелял?" - мелькнуло в голове.

К горлу подкатывал ком: сказывался переход в экстраординарное состояние. Руки и ноги становились будто ватными.

Михаил опустился на асфальт, прижимаясь спиной к стене какого-то здания. Дышать было трудно, да еще какая-то ватная пелена окутала сознание. Окружающий мир казался ему изломанным. Лишь мгновение спустя, он сообразил, что видит его действительно не таким, как обычно.

Просидел он у стены минут десять. Мозг проваливался в какое-то забытье. От усталости замирали все мысли.

Кое-как восстановившись, Михаил попытался сориентироваться. Город он практически не знал, и потому не мог сообразить, куда вообще стоит идти.

И тут, словно вспышка: в номере остался "КЛЮЧ"!

– Ах, ты ж...

Михаил с еле теплящейся надеждой похлопал себя по карманам. И тут с удивлением вытянул из кармана брюк небольшую черную коробочку размером с мобильный телефон. Это и был тот самый "КЛЮЧ". Вернее, пульт управления. Или то, что от него осталось.

"Вот же...", - иных слов Михаил не нашел.

Столько лет работы. И теперь они лежат у него в ладони мертвым грузом.