Провинциалки

Линда Маро

– Ой, да давай уже на ты, а? Я тебе, вообще-то, не в мамы гожусь, – наливая в бокал из-под вина газированной ледяной воды, усмехнулась Рита. – Понимаешь, девочка, такие мужчины, как он, не умеют любить. Он, понимаешь, циник. Ммм… Хотя нет, это происходило с ним однажды. Насколько я его знаю, он постоянно ищет повторений

той женщины, ему постоянно мерещится ее образ. У него было много романов. Женщины любили Владимира, ведь он богат и влиятелен в Москве. Ты, наверно, еще не успела заметить, но в Москве социальное положение мужчины зачастую является определяющим фактором и основным критерием в выборе мужчины. Хочешь сказать, ты не из-за денег поехала? А из-за чего тогда? Ха, ну да ладно? Неужели влюбилась? Ой, непохожа ты на остальных. Нет в тебе хватки, что ли. Сложновато тебе будет жить тебе в этом городе с твоей простотой. Ой как сложновато. Уехала бы ты обратно – мой тебе совет.

– Я просто хотела сделать его счастливым… Я хотела с ним в будущем семью и детей. А кто эта женщина, про которую вы говорили?

– Я же просила на ты! Прости, мне пора. Мне… мне очень жаль.

Глава 7

Шли дни, сплетаясь в недели. С улиц Москвы постепенно уплывала жара. На дворе стол мягкий, теплый октябрь. Осень в этом году выдалась просто шикарная.

Было раннее утро. Редкие прохожие сновали по улицам, торопясь по своим неотложным бесконечным делам. Шумели дворники во дворах, убирая опавшую пожухлую листву, сваливая ее в огромные кучи. Было слышно, как машины поливают асфальт. На деревьях и карнизах домов исторического центра Москвы все еще пели птицы, не успевшие улететь зимовать на юг, радуясь теплому солнышку. Утреннее мягкое солнце золотило верхушки багряных деревьев, световыми лучами просачиваясь через прямые

темные стволы.

В центре города уже открывались первые кафе. Официанты, предвкушая выручку от хорошей погоды, выволакивали плетеную мебель на улицу, украшали столы живыми октябринами и увенчивали центр столиков дешевой ароматической свечкой. Все вокруг предвкушало теплый прекрасный осенний день и следующий за ним атмосферный вечер, когда на верандах заработают специальные обогреватели и сотни влюбленных парочек устремятся на центральную улицу Москвы в конце рабочей недели для того, чтобы начать новые отношения или просто скоротать вечерок. Начинался новый день.

В одном из таких открытых кафе на улице Никольской города Москвы как раз и расположились две подруги за чашечкой кофе и круассанами. Со стороны казалось, что ближе их друг другу нет никого. Они были настолько разные по типажу внешности, манере одеваться, подавать себя, у них была заметна большая разница в возрасте. Непонятно вообще, как у этих двух женщин есть что-то общее. Первая в строгом, деловом темно-сером костюме, в огромных дорогих солнечных очках, закрывающих половину лица. Волосы ее цвета пепельного блонда коротко острижены, почти под ежика. Своим образом она скорее напоминала очень женственного мужчину, чем женщину. А другая особа будто бы вышла из фильмов про диснеевских принцесс. Она поражала своим изяществом, миниатюрностью и ангельской внешностью. Белоснежный удлиненный плащ оттенял ее хрупкую фарфоровую кожу. Солнце отражалось в ее длинных, до пояса, пшеничных волосах. Этой девушкой была Берта. Они с Ритой сегодня решили встретиться и позавтракать на Никольской за час до судебного заседания, на котором Рита будет представлять интересы какого-то злостного неплательщика алиментов.

Конец ознакомительного фрагмента.