Провидица

Цыпленкова Юлия Валерьевна

Ласс остановился перед высокими дверями, бросил короткий взгляд на стражников и постучал. Получив дозволение войти, он открыл дверь и пропустил вперед лаиссу, но ратники и служанка были остановлены.

— Они должны ждать меня, — произнесла девушка.

— Как вам будет угодно, благородная лаисса, — в который раз склонил голову ласс.

Кати пристально посмотрела на него и вошла в большой светлый кабинет. Девушка остановилась и встретилась со взглядом серых любопытных глаз мужчины в темно-синих одеждах. На груди его висела тяжелая золотая

цепь, подвеской которой служило изображение разъяренного льва. Этого было достаточно чтобы признать в мужчине Его Величество, властителя Валимарского королевства — Сеймунда Тарваля Веселого. Король, сидевший на краешке стола, поднялся на ноги, на лице его появилось скорбное выражение, и венценосец распахнул руки, подступая к Катиль.

— Мое бедное дитя, — сокрушенно произнес мужчина, обнимая девушку. — Сколько же вам досталось вытерпеть!

Лаисса Альвран сделала шаг назад и почтительно склонилась, приветствуя своего господина.

— О чем говорит мой король? — осторожно спросила она.

— О том, что вас лишили дома, — с ноткой трагизма в голосе воскликнул король. — Я знаю этого мужлана Корвеля, его жестокость и грубость. Даже опасаюсь представить, что вам пришлось пережить!

Катиль не смогла удержать скептического взгляда, и это не укрылось от короля. Сеймунд замолчал, в его глазах вновь появилось любопытство.

— Дозволено ли мне будет задать вопрос моему королю? — спросила лаисса Альвран.

— Безусловно, — кивнул венценосец, переставая изображать скорбь.

— Когда я воссоединюсь со своей семьей? Смею надеяться, если ласс Корвель больше не нуждается во мне, то я вернусь в замок Альвран? — девушка внимательно смотрела на короля, изучая его не менее придирчиво, чем он ее.

На лице венценосца вновь появилось выражение скорби.

— К сожалению, это невозможно сделать, — ответил король. — Ласс Альвран и его старшие сыновья были ранены в поединке с лассом Корвелем, и теперь за ними присматривает лекарь.

— Ранены? — насторожилась Катиль.

— Гален напал на них, — тяжко вздохнул Его Величество. — Ваша семья взывала к моему милосердию, и ласс Корвель попытался помешать справедливому суду.

— Невозможно! — воскликнула девушка, но осеклась и заговорила уже спокойней. — За все то время, что я провела рядом с сайером, он ни разу не заставил усомниться в том, что он умеет держать слово. Наш договор гласил, что я добровольно следую за ним до тех пор, пока моя семья остается в безопасности. Ласс Корвель обещал мне это, значит, нападения не было.

— Дитя мое, вы обвиняете своего короля во лжи? — возмущенно воскликнул Сеймунд.

Лаисса Альвран позволила себе легкую усмешку. Ответы на свои вопросы она уже получила. Немного расслабившись, девушка поймала взгляд короля и уже не отводила глаз.

— Скорей, в коварстве, мой господин, — ответила Катиль. — Я больше не увижу свою семью, не так ли? — венценосец промолчал. Он так же не спешил отвести взгляда, ожидая, что маленькая лаисса сдастся

первой. — Сайера я так же не увижу? — ответом ей было, по-прежнему, молчание. — Могу я высказаться в его защиту?

— Высказывайтесь, — хмыкнул король.

— Я сама покинула замок и последовала за сайером…

Сеймунд весело рассмеялся, потеряв их зрительную связь и оборвав девушку. Лаисса нахмурилась, ожидая, когда приступ смеха Его Величества прекратится.

— Мое милое дитя, — воскликнул венценосец, — что вы подразумеваете под словом добровольно? Если вы заключили договор с сайером о ненападении на ваш замок и родных, и это стало причиной вашей доброй воли, то что же тогда принуждение?! Вы были вынуждены последовать за Корвелем, спасая свой род от истребления. Уж я-то знаю, на что способен добряк Гален.

Катиль вспыхнула, не найдя, что ответить. Он был прав, и это разозлило девушку.

— Какова моя участь, Ваше Величество? — спросила она.

— Вы моя самая дорогая гостя, Катиль, — широко улыбнулся король. — У вас будет все, чтобы вы не пожелали.

— Желаю иметь возможность свободно передвигаться по дворцу и за его пределами, — тут же выпалила лаисса. — Ворота вашего дворца должны быть открыты для меня. Мои родные покинут столицу, и им не будет причинено вреда ни сейчас, ни после. Ласс Корвель…

— Осторожней, моя дорогая лаисса, — венценосец укоризненно взглянул на девушку, — не стоит переступать дозволенных границ. Вы моя гостья, но не госпожа. Ваши родные покинут столицу сегодня же, им не причинят вреда, можете быть в этом уверены. Свобода передвижения… В сопровождении моих людей.

— Моих людей, — Катиль упрямо посмотрела на короля. Теперь она могла позволить себе подобную наглость, король знал о ее даре. — Моя служанка и трое воинов останутся со мной.

— Хорошо, но я добавлю и двух своих стражников, — кивнул Сеймунд.

— Согласна. Дворец я смогу покидать в любое время дня и ночи, — втягиваясь в торг, заявила Кати.

— А ночью-то зачем? — изумился король.

— Так мне проще считать себя гостьей, а не пленницей, — ответила благородная лаисса. — И мои люди так же обладают подобным правом.

— Вы вьете из меня веревки, — голосом законченного скряги воскликнул венценосец. — Что-то еще?

— Правду, — потребовала Катиль. — Как были ранены мои родные?

— На поединке. Суд Святых был благосклонен к Галену, — Сеймунд вернулся к столу.

— Тогда почему сайер в темнице?

— Ласс Альвран воззвал к королевскому суду.

— После суда Святых не может быть иного суда, — Катиль была изумлена произошедшем.

— Правила изменились, моя дорогая лаисса, — усмехнулся король. — Думаю, мы пока закончим наше с вами знакомство. Вас проводят в подготовленные покои.

Он хлопнул в ладоши, и дверь открылась. Уже знакомые Катиль ласс, склонил голову и выслушал приказ короля. Мужчина посторонился пропуская девушку, но она остановилась и обернулась к венценосцу.