Проверка

Коллектив авторов

Он внимательно всматривался в округлое лицо, отыскивая хоть малейшие признаки раскаяния.

Не важно, во что я верю, — сказал Адам. — Важно то, что я хочу от тебя получить. Нам нужен анализ корабельного журнала, и ты для этого самая под­ходящая кандидатура. Ты обладаешь неограниченным доступом; кроме того, эта информация относится к твоей сфере ответственности.

А, теперь я все понял. Если я изучу все записи и не найду требуемых до­казательств, кто-нибудь свяжется с Рафаэлем Колумбия?

Нет, Оскар, можешь положиться на мое честное слово. Я хочу, чтобы ты провел тщательный, беспристрастный анализ.

Только алкоголь, пропитавший

его мозги, удержал Оскара от издевательско­го смеха.

Боже мой, я никогда не думал, что ты до этого докатишься. Я всегда представлял, как ты продолжаешь выполнять программу партии. Каждый раз, когда в унисфере появлялись сообщения о каком-нибудь освободительном движении, я думал: Адам наверняка там, продолжает незримую работу, вооду­шевляет войска, дает советы лидерам, даже если они этого не хотят. А потом, перед самым закрытием червоточины, ты возвращаешься в Содружество, соз­даешь новую подпольную сеть в каждом из миров, и тысячи верных едино­мышленников ждут только твоего слова, чтобы погрузить Содружество в пу­чину гражданской войны и революции. Я думал, что ты станешь кем-то вроде Ганди, или Манделы, или даже Наполеона. Но ничего подобного. Посмотри на себя. Толстеющий и стареющий повстанец, утративший свою цель много лет назад.

Это нереально, Адам, нет никакого чужака. Я больше года провел на борту этого корабля. Я не заставал его в душевой, не замечал, как кто-то по ночам крадет куски из столовой, и на тринадцатой палубе не было никаких привиде­ний. В этом случае твоя теория тайного заговора разбивается вдребезги о сте­ну реальности. Вы с Йоханссоном можете сидеть и собирать любые слухи из унисферы, чтобы построить из них башню своих убеждений. Все это чушь. Никаких доказательств быть не может. Так что перед уходом просто оставь мемокристалл на столе, и я сделаю вид, что ничего не заметил. А потом, когда ты уйдешь, я напьюсь еще сильнее, просмотрю файл, сфабрикованный твоими друзьями, и решу, стоит ли вставлять его в официальные записи, чтобы избе­жать лишения жизни, потому что я слишком труслив, чтобы взять на себя ответственность за былые грехи.

Тебе надо сходить к психиатру и разобраться с комплексом вины. Это нездорово.

Иди к черту, — буркнул Оскар. Слова причиняли ему почти физическую боль. — Оставь кристалл и убирайся.

Адам ударил его по лицу с такой силой, что едва не сбросил с дивана.

Дерьмо!

Оскар прикоснулся к губам и сморгнул обжигающие слезы. Из уголка рта показалась струйка крови.

Что с тобой? Я же сказал, что все сделаю. Чего еще тебе нужно?

Нет никакого сфабрикованного факта. Все абсолютно реально. И я го­ворил, что на борту действовало влияние чужака, а не большеглазый монстр. Звездный Странник действует через людей. Кто-то из экипажа «Второго шан­са» отключил барьер — только не пытайся убедить меня в совпадениях. И этот кто-то подстроил так, чтобы Боуз и Вербеке остались на астероиде. Неужели тебе не кажется подозрительным, что при всей вашей высококлассной аппаратуре, многократной защите и страховке обычный коммуникатор вышел из строя именно в тот критический момент? Я считаю, что это очень подозри­тельно.

Кто-то? — насмешливо переспросил Оскар. — Кто-то из экипажа?

Да. Один из членов вашей драгоценной команды. Один из твоих друзей. А может, и не один. Кто знает? Именно это тебе и предстоит выяснить.

Это еще хуже, чем неучтенный пассажир. Тебе известно, сколько сил было потрачено на тренировки и изучение прошлого каждого, кто попал на борт? Никто, вызывавший

хоть тень подозрений, и близко не мог подойти к кораблю.

А как же ты сам и Дадли Боуз?

Оскар долго и пристально всматривался в лицо Адама.

Послушай, — наконец заговорил он, — то, о чем ты просишь, просто не­возможно. Я физически не в состоянии это сделать. Ты знаешь, какой колос­сальный материал собран в этом журнале?

Представляю. Именно поэтому мы не можем украсть его, чтобы проана­лизировать самостоятельно. Тебе нет необходимости вчитываться в каждый бит информации. Критические моменты тебе известны, вот на них и надо обратить внимание. И даже не на основные события, происходившие на капитанском мостике или в машинном отделении. Там все чисто. Важно то, что оставалось в тени. Кто посещал тринадцатую палубу в момент отключения барьера? Най­ди их; если не ради нас, хотя бы для себя, для всех людей. Нам необходимо знать, что там произошло на самом деле.

Это же… Я не могу…

Чужак становится все более активным. Ты не можешь не признать, что в наши дни на свете творятся странные вещи. Этот взрыв в Венецианском По­бережье, уничтоживший нашего поставщика, убитый сенатор.

Чепуха. Там действовал какой-то секретный правительственный агент или Межзвездные Династии. Это уже всем известно.

Адам цинично усмехнулся:

А вот это кажется мне теорией тайного заговора.

Ошибаешься. Неужели ты не можешь этого понять?

Так докажи это. В конце концов, кому ты навредишь, изучая эту инфор­мацию? Если мы ошибаемся, ты ничего не теряешь. Если, не дай бог, мы правы, об этом необходимо знать. И ты станешь героем. Этого будет достаточно, чтобы искупить все прошлые грехи.

Я не нуждаюсь в прощении.

Адам поднялся.

Ты знаешь, что я прав. Но никогда мне в этом не признаешься. Так что Давай перестанем строить из себя мачо, и я буду связываться с тобой раз в две недели, чтобы узнать, как идут дела.

Я не стану этого делать.

Да, то же самое я говорил Йоханссону, когда он посоветовал к тебе об­ратиться. Но ведь у нас обоих нет выбора, верно? Мы связаны Абаданом. По­старайся, Оскар, от тебя зависят жизни людей.

ГЛАВА 24

Сарис Пантер добралась на своем сером с металлическим отливом «МГ-Метроспорте» до станции Нью-Коста, а там закатила машину в автомобильный вагон, следующий на Элан. Этот вагон представлял собой полно­стью герметичную алюминиевую трубу с яркими полосками полифото на по­толке и парой узких окошек на каждой стороне. Из-за низкой посадки «МГ» окна оказались выше уровня ее глаз. Система погрузки довела ее машину до огромного внедорожника «БМВ 6089», а затем намертво закрепила колеса. По­зади нее пристроился «Форд Юкон».

Затем она приказала автомобильной системе опустить спинки сидений и устроилась поудобнее. Эл-дворецкий развернул перед ее виртуальным взгля­дом широкий набор сюжетных линий, которые Карие и стала заполнять, сплетая их согласно своему замыслу. В современном мире поднялся спрос на длинные, слегка фантастические саги, а из всех жанров Карие отдавала пред­почтение именно им. Ант, ее агент, не хотел упускать возможности. Он ут­верждал, что неопределенность ситуации с праймами вызывает у людей же­лание укрыться от реальности. Ему лучше знать. Ант был старше самого Найджела Шелдона и уже несколько веков занимался одной и той же работой. Он знал все творческие течения и не раз наблюдал за сменой циклов в лите­ратурной моде.