Проверка

Коллектив авторов

Первым предстояло выступать Оскару. Сначала он поприветствовал всех собравшихся. Затем последовала процедура представлений — глупейшее за­нятие. После этого он поздравил бывших членов своего экипажа от себя лично и в заключение рассказал веселую историю из жизни на «Втором шансе», что­бы показать, какими хорошими они были друзьями, хотя больше всего ему хотелось поведать о том, как Дадли Боуз умудрился вывести из строя фильтро­вальную установку в душевой.

После пяти мучительных минут он уселся на свое место под вежливые апло­дисменты, получив в награду насмешливую улыбку Антонии. Следующим с официальными поздравлениями

по поводу возвращения в строй выступил вице-президент Биклу. Лицо этого высокого человека после нескольких моди­фикаций приобрело неяркую привлекательность, что в сочетании с белой кожей северянина составляло выгодный контраст с африканской внешностью Элейн Дой. Прекрасно подготовленная речь представителя власти, перемежаемая лег­кими шутками, которым одобрительно смеялись журналисты и публика, вы­нудили Оскара постоянно удерживать на лице вежливую улыбку. На фоне Биклу речь Оскара казалась выступлением «разогревающей» группы.

Эммануэль, когда настала ее очередь, запечатлела на щеке вице-президента жеманный поцелуй. Она улыбнулась залу сказала, что рада вернуться к жизни, что развитие флота произвело на нее сильнейшее впечатление и что она хотела бы вновь поступить на службу, как только повзрослеет. Публика разразилась аплодисментами и свистом. Свое выступление она закончила приветом всем своим друзьям и благодарностью тем, кто поддерживал ее в процессе оживления.

Напоследок Эммануэль ободрительно подмигнула Дадли Боузу.

Сегодня я выслушал много слов о том, какими преданными и верными друзьями были мы на «Втором шансе», — начал Дадли, бессознательно подняв руку и потеребив ухо. — Это вызвало у меня некоторое замешательство. По­тому что я не понимаю, о каком «Втором шансе» здесь говорилось. Уж точно не о том, на котором я летал. Эти мерзавцы, с которыми я был в одной коман­де, БРОСИЛИ МЕНЯ! ОДНОГО! Наш так называемый великолепный капитан так торопился спасти свою задницу, что даже не позаботился проверить, живы ли мы. — Его рука с вытянутым указательным пальцем взметнулась вверх. — Знаете, я до сих пор еще там. Не знаю как, но эти чужаки сохранили жизнь какой-то частице меня. И почему же я существую еще и здесь? Зачем вы так со мной поступили, гады?

Он ушел со сцены, оставив высокопоставленных гостей изумленно пере­глядываться друг с другом.

Сделай что-нибудь, — уголком рта прошептала Антония.

Почему я? — так же тихо возмутился Оскар.

Все репортеры выжидающе повернулись в их сторону, передавая изображе­ние на всю унисферу. Многие из них улыбались, но отнюдь не дружески.

Ты здесь старший по званию.

Вот черт!

Оскар медленно прошел к центру сцены, где было самое яркое освещение, и прочистил горло.

Детские шалости? — Тишина еще никогда не казалась ему такой глубокой и монолитной. — Ладно. Мне жаль, что доктор Боуз воспринимает случившее­ся таким образом. Если бы мы задержались там еще чуть-чуть, мы бы все по­гибли. Праймы уже обстреливали нас термоядерными ракетами. В такой ситу­ации рассуждать было некогда.

Из передних рядов поднялась Алессандра Барон.

Капитан Монро, «Второй шанс» способен передвигаться со сверхсветовой скоростью. У праймов такой возможности нет. Что помешало вам сделать круг и вернуться, чтобы еще раз посмотреть, что случилось с вашими товарищами?

Основной целью нашей миссии

было получение информации и доставка ее в Содружество. Об этом было известно всем, включая и доктора Боуза. Мы все сознательно шли на риск.

Но разве ваши действия в данном случае не увеличили степень риска? Лишняя проверка никому бы не повредила. Разве вы не беспокоились о членах своего экипажа?

Они допустили ошибку, — выпалил Оскар, разозленный ее намеками. Он слишком хорошо помнил обстановку на борту в тот момент. А теперь эта при­ма-идиотка от журналистики, сидя в безопасном зале, ставит под сомнения их решения. — По крайней мере, Боуз. Он не был должным образом подготовлен для участия в разведочном выходе. Да никто и не хотел брать на борт этого старого идиота.

Воцарившаяся тишина стала бездонной. А затем на него обрушились сотни вопросов.

Антония покровительственным жестом обняла его за плечи.

Спасибо, что нашли время для встречи, леди и джентльмены, — гаркнула она через портативный громкоговоритель. — В вестибюле для вас приготовлены напитки и закуски. Угощайтесь.

Она буквально стащила Оскара со сцены, заломив ему руку борцовским приемом. В последний момент он успел заметить лишь торжествующий взгляд Барон.

Бледное лицо вице-президента Биклу стало пунцовым.

Почему никто не предупредил меня о его агрессивности? — кричал он на своих помощников. — А вы! — переключился он на Оскара. — Что все это значит?

Позже, — любезно ответила ему Антония, даже не останавливаясь.

Она выпустила руку Оскара только после того, как они свернули в какой-то служебный коридор. Оскар поднял руку ко лбу: кожа была влажной и горячей. Головная боль вернулась и даже усилилась. Посмотрев на пальцы, он почти удивился, не увидев на них крови.

О мой бог, неужели я действительно это сказал?

Ага, — необычайно довольным тоном подтвердила Антония. — Давно было пора это сделать.

Боже, не видать мне теперь капитанства на «Неустрашимом».

Не глупи. Мы в отеле, пойдем лучше поищем бар. Тебе необходимо опо­хмелиться.

Дадли Боуз ни на кого не обращал внимания: ни на представителей прави­тельства, ни на персонал отеля, ни даже на медсестру из клиники. Сбежав со сцены, он долго блуждал по лабиринтам коридоров, пока не оказался на про­сторной пустой кухне. Здесь он остановился, перевел дыхание и прижался пылающим лбом к огромному рефрижератору. У него стучало в ушах и дрожа­ли руки. Для бега было явно еще рановато.

Я это сделал, — прошептал он и улыбнулся самому себе.

Высказал все, что думает, перед репортерами всех важнейших агентств Со­дружества и перед вице-президентом. От одной этой мысли его руки задрожали еще сильнее.

Позади него раздались хлопки — медленные, почти насмешливые.

Дадли выпрямился. Он был почти уверен, что сейчас увидит ионные вспыш­ки из пистолетов охранников вице-президента.

Вместо этого перед ним стояла молодая красивая девушка с рассыпавшими­ся по плечам вьющимися золотистыми волосами. На ней была розовая полу­прозрачная блузка с глубоким вырезом и узкие выцветшие джинсы с серебряной буквой М, висящей на штрипке пояса. Она шагнула ему навстречу, сложив губы в одобрительную ухмылку. Зубы у нее были очень белыми. Дадли это заметил, как и прозрачность блузки. Его лицо стало наливаться краской.