Противоядие для Гадюки

1. Гадюка

— Екатерина Алексеевна, Катенька, очень вас прошу!

Босс сидел в шикарном кресле и по-щенячьи смотрел на сотрудницу. Взгляд «оголодавшего кота» был фирменным знаком Николая Владимировича, когда требовалась сильная рука Екатерины.

Как такой человек вообще умудрился создать процветающую компанию? Две тысячи сотрудников, три производства, огромный офис и пять филиалов, миллиардные обороты! А этот маленький, лысенький и толстенький директор боится уволить пару человек.

Екатерина сидела напротив с ледяным взглядом, почти не шевелясь. Казалось, что женщина пытается заморозить кабинет. На деле

же, она застыла на месте, потому что солнечные лучи из огромного окна за спиной директора не слепили глаза именно в такой позе. Стоило на сантиметр отодвинуться и редкое ноябрьское солнце выжжет глаза.

— В этот раз все по закону! — Протараторил босс. — С полагающимися выплатами.

— Хорошо, Николай Владимирович, я все сделаю.

— Вот и хорошо, вот и спасибо.

— Еще что-нибудь?

Директор по-привычке почесал затылок:

— Вроде все. Жду квартальный отчет вашего отдела.

— Конечно, Николай Владимирович, уже занимаемся.

Екатерина вышла из кабинета и глухой стук каблуков по ковролину заставил весь офис замолчать.

Тук-тук… Зло идет.

Тук-тук… Гадюка идет.

Только строгие костюмы, идеальная укладка и ровня спина. Почти никогда не улыбается, не ест со всеми в столовой, не разносит сплетни по офису. Зато сама является причиной сплетен в туалетах и курилках. Одинокая, озлобленная на весь мир стерва, Гадюка Алексеевна. Всегда с надменным взглядом, всегда с недовольной рожей! Слова доброго от твари не дождешься!

Мужика ей надо, — судачили в курилке, — чтобы все чакры до гланд прочистил. Может хоть тогда улыбнется.

Спит с боссом, вот он и позволяет делать, что вздумается, — вторили другие, нервно докуривая и тихонько возвращаясь в офис, лишь бы не попасться на глаза Гадюки.

О жизни главной твари офиса знали не так уж и много, одни догадки. От того ее персона обрастала немыслимыми подробностями. Она всегда приезжает на работу на своей машине. Никто не видел, чтобы ее кто-то подвозил. Значит, одинокая. Еще бы, кто с такой жить будет? Никогда не болтает по телефону просто так, только по рабочим вопросам. Значит и друзей у нее нет. На Новый год ее нет в списках для детских подарков. Значит, что? Правильно, детишек тоже не имеет.

— Такой ребенка не доверишь, — усмехалась бухгалтер Марина, поправляя прическу в туалете, — она и его уволит.

Огромная организация, одна из крупнейших, кто поставляет цемент и его производные на рынок. Каждый пятый многоэтажный дом в центральной части страны построен с участием компании. Стоит хоть немного отпустить вожжи и фирму сожрут другие участники рынка. Екатерина отлично знала расклад и не позволяла расслабляться никому.

Сердце любой коммерческой организации — отдел продаж. Екатерина была тем импульсом, что заставляет сердце биться. Она точно знала, что стоит дать хоть немного спуску менеджерам и все покатится к черту. Но компания живой организм, значит держать в тонусе необходимо все отделы. Бухгалтерию, чтобы документы были готовы еще до того, как клиент попросит. Маркетинг и рекламу, чтобы у продажников были все необходимые инструменты. А уж начальников производства она драла по-полной программе.

И компания работала, причем вполне успешно. Появлялись новые клиенты, обороты росли. Ей бы гордиться собой и улыбаться по-чаще, но Екатерина поступала с точностью наоборот. Чем больше компания, тем больше ответственность. В конце

концов, не просто отдать компании шесть лет жизни и в один день увидеть, как все рушится.

В кабинете Екатерины Алексеевны сидели двое сотрудников. Понурые, испуганные. Они то смотрели в пол, то испуганно на Гадюку. Голос женщины был спокоен, но все еще холоден:

— Вам полагается три оклада и деньги за не отгулянные отпуска. Отдел кадров все сделает. Если на новом месте потребуется рекомендация, — она указала на визитницу, — напишите мне.

— А есть вариант остаться в компании на другой должности? — Нерешительно спросил молодой парень в чуть помятой рубашке.

— Сейчас компании не требуются новые кадры. И старые тоже.

Уволенные сотрудники молча вышли из кабинета. Довольно неприятная часть работы начальника — увольнять при расформировании отдела. Другое дело, если сотрудник крупно облажался. Тогда все намного проще. Он и сам знает, что лучше бежать по собственному желанию, чем иметь дело со Гадюкой.

Остаток рабочего дня Екатерина провела вполне обыденно — грозно стучала каблучками по полу, расхаживая между отделами и писала десятки писем на почты сотрудников с задачами и планами работ. Запуганным коллегам казалось, что даже пришедшее на почту письмо не привычно пикает, а шипит степной змеей.

Конец рабочего дня, офис пустел. Один за другим гасили экраны мониторов и сотрудники компании веселыми стайками разбегались по домам.

Екатерина почти всегда уходила последней. Непозволительно оставить рабочее место, если есть незавершенные дела. На почте с десяток заготовленных на утро писем, в планере новые встречи и напоминания о том, кто и в какое время должен зайти в кабинет. Кто с отчетом, кто со статистикой, кто на утверждением макетов. Все это будет только завтра, но подготовиться нужно сегодня. Потому что завтра Николай Владимирович опять что-нибудь придумает, оторвет от текущих дел и с видом подранного кота будет умолять сделать его работу.

Легко задерживаться на работе, если дома никто не ждет. Да и многокилометровые пробки рассосутся. Можно спокойно доехать до дома, снять душный деловой костюм и, забравшись под теплое одеяло, разглядывать пасмурный ноябрьский вечер за окном в компании сорока кошек.

Так, должно быть, думали все сплетники офиса.

Пусть думают, что хотят. — Екатерина махнула рукой в никуда, заглушив двигатель машины. Черные окна квартиры и мертвая тишина ждали ее дома. Через полчаса приедет очередной курьер с ужином и жизнь наладится. Каждый вечер звонок курьера в дверь означал, что день завершен, можно заняться своими делами и больше не строить из себя Гадюку.

Никто из сотрудников не увидит ее опущенную спину, не застанет врасплох в момент погружения в собственные мысли и не будет задавать глупых вопросов. Вся суета осталась за дверью. И, кстати, никаких сорока кошек в ее доме не живет. Вообще непонятно, откуда такие сплетни. С ее графиком работы смог сдохнуть даже неприхотливый кактус.

Екатерина аккуратно поставила дорогие сапожки в прихожей и так же аккуратно повесила пальто на плечики. Нет, аккуратность и порядок не ее конек. Просто вещи чертовски дорогие и надо за ними следить. Хоть она и правая рука директора, и получает зарплату, о которой многие и мечтать не могут, но к вещам относится бережно. И дело не в скупости и не в стремлении накопить на многометровую яхту.