Противостояние

Шхиян Сергей

Однако, конец фразы у него получился неубедительным.

– Так что будем делать? – после общего минутного молчания спросил Андрей, опять сваливая на меня ответственность за принятие решения.

Я не сразу ответил. В опущенное Ольгой окно ворвался сырой осенний холод. После потери крови мне и так было зябко, а теперь еще начал колотить озноб. Кроме того, что было просто холодно, на мне была только накинутая на голое тело куртка. Пропитанные кровью рубашку и свитер после перевязки я одевать не стал.

– Подними,

пожалуйста, стекло, мне холодно, – попросил я Ольгу и только после этого ответил Андрею:

– Что делать? Если я оклемаюсь, пойдем на разведку, нет – вернемся в Москву.

– Я одна в машине не останусь, – в очередной раз повторила Ольга.

– Ты думаешь, что сможешь в таком состоянии лазать по деревьям и заборам? – поинтересовался у меня Андрей. – С такой дыркой в руке? Оля права, тебя нужно отвезти в больницу обработать и зашить рану, иначе ты кровью истечешь.

– Рана, кажется, уже заживает, – сказал я и пошевелил предплечьем. – Рукой я уже могу свободно двигать. Вот только холодно очень…

– Ты чего несешь! Мы тебя всего полчаса назад перевязали. Ты с такой раной две недели проваляешься, не меньше, – закрыв вопрос с моим ранением, он начал сетовать, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Какие же мы тупари, связались с этой сукой Ленкой! Я не я буду, если ей это не выйдет боком…

– Мне лучше знать, как я себя чувствую, – прервал я Андрея. – Помогите мне поменять повязку, а то эта вся пропиталась кровью.

– Может быть, не стоит беспокоить рану, – просительно сказала Ольга, с жалостью глядя на меня.

– Говорю же, что с рукой у меня почти все в порядке! – упрямо пробурчал я, хотя сам в этом уверен не был. – Давай, Оленька, разбинтовывай, а то кровь присохнет.

Ольга вышла из машины, опять напустив в нее холода, и пересела ко мне на заднее сидение. При свете тусклой салонной лампочки девушка не очень ловко, боясь сделать больно, размотала бинт. Рана больше не кровоточила. Мало того, она закрылась и как будто даже затянулась кожицей. Если бы не кровавые следы вокруг нее, можно было подумать, что мне ее неделю лечили в госпитале.

– Ты что, вправду экстрасенс? – растерянно спросил милиционер. – Такого просто быть не может, – добавил он, рассматривая плечо. – Выходит, что ты правду писал в своей книге… Ну, дела.

– Ой, Лешенька, а ты все болезни можешь лечить? У моей мамы сахарный диабет…

– Погоди ты с диабетом, – прервал девушку Андрей, – и сколько времени тебе нужно рану залечивать?

– Понятия не имею, – честно признался я. – Это мой первый серьезный опыт самолечения. Да это и не важно, главное, что боли почти нет, и рука вполне слушается. Вот крови я много потерял, от этого кружится голова и знобит…

– Я одна в машине не останусь, – опять напомнила Ольга. – Мне одной в лесу страшно.

– Оль, ну что ты, ей Богу, никто пока никуда не идёт, да и как

ты с нами пойдешь, ты же на дерево не залезешь.

– Если надо, залезу, но одна я не останусь, ты это учти.

– Тогда лучше в Москву доедем, – индифферентно произнес Андрей. – Я тебя в это логово с собой не возьму.

– Я одна… – опять говорить начала Ольга, но я ее перебил:

– Оленька, мы тебе обе гранаты оставим, а сами быстренько сходим туда и обратно. Если ты кого-нибудь увидишь, бросай гранату, мы и вернемся…

– Ты чего придумал! – возмутился милиционер, – Как это бросай!

– Подальше от себя, а сама ложись на землю.

– Ты в своем уме? Она ее и на двадцать метров не бросит.

– Куда захочу, туда и брошу, – вмешалась в разговор девушка. – Не хуже тебя брошу!

– Ну, вот и хорошо, вот и ладушки. Значит, ты сиди тихонечко и жди, а мы с Андреем быстренько…

– Я не дам ей гранаты! – сердито сказал Андрей. – Этого еще не хватало!

– Пускай они пока в сумке полежат, а мы с тобой сходим, посмотрим, есть ли кто в доме, потом вернемся и решим, что дальше делать.

Я застегнул куртку под горло, открыл дверь и выбрался наружу.

Андрей с обоими пистолетами-пулеметами вышел следом.

– Ты что, совсем сбрендил? – прошипел он, когда мы отошли от машины на приличное расстояние. – Как можно женщине давать гранаты!

– А ты ей объяснил, как ими пользоваться? – в свою очередь поинтересовался я, ковыляя за ним по мокрому лесу.

Жених сообразил и рассмеялся:

– Правда, а я как-то не врубился. Ну, ты и жук.

Мы шли к воротам, по возможности стараясь не шуметь и не трещать сучьями. Было полнолуние, редкие облака только изредка закрывали ночное светило, так что проблем с освещением у нас не было.

– Правду говорят, что черти в полнолуние собираются? – неожиданно поинтересовался Андрей.

– Точно не знаю, хотя вроде бы…

– А, как ты думаешь, Поэт связан с нечистой силой?

– Знал бы я… только, думаю, что нечистой силы не существует.

– А мужик, что сидел с тобой в Петропавловке? – вспомнил он моего сокамерника, с которым я сидел в бастионе крепости и подозревал в нем инопланетянина.

– Он, скорее представитель другой цивилизации…

– А кто мне машину испортил, тоже другая цивилизация? Точно нечистая сила…

Договорить фразу Андрею не удалось, почти прямо над нами раздался громкий, хриплый, потусторонний крик. Кругов дернул стволом «Шмайссера» и присел. Я тоже вздрогнул и прислонился к стволу березы. Не из-за избытка храбрости, а потому, что мне стало совсем худо. В голове звенело, горло пересохло, ноги стали ватными.

– Что это? – прошептал напарник. Ответить я не успел, леденящий кровь крик повторился, наверху захлопали крылья, и какая-то большая ночная птица слетела с соседнего дерева.