Противостояние
Шрифт:
– Никак нет, товарищ полковник. Разрешите идти?
Игорь Гиркин улыбнулся.
– Ступайте. С Богом…
***
Две недели спустя. Украина. Львов
В воскресенье 13 октября в центре города стояла особенная предпраздничная суета. Развевались украинские флаги и партийные знамёна ВО «Свобода» (жёлтая рука с тремя оттопыренными пальцами на синем фоне). Народ высыпал на Мытную площадь, вскоре появились бодрые усатые старички (самому младшему под девяносто лет) в кителях, увешанных наградами, – это были ветераны УПА. Они ждали начала Марша славы, парада, посвящённого грядущему дню создания Украинской повстанческой
Площадь заполнилась народом до отказа, собрались все участники марша, ждали только депутатов городского совета из фракции «Свобода», но вот, наконец, появились и они…
Заиграл марш, началось движение, возглавляемое военным оркестром и пятью всадниками на гнедых жеребцах. Слышались цоканье копыт и шаг, отбиваемый в ногу массой людей. Молодые люди стройными рядами маршировали по улицам Львова, громко выкрикивая одну и ту же фразу:
– Бандера, Шухевич – герои Украины! Бандера, Шухевич – герои Украины!
Эти слова ласкали слух ветеранам УПА, которые замыкали колонну. Организаторы марша несли в руках красно-черные стяги, флаги Украины и знамёна партии «Свобода», подхватывая лозунги молодёжи:
– Слава нації – смерть ворогам! Слава Україне – героям слава! ОУН-УПА – державне визнання! Бандера, Шухевич – герої України!
Шествие остановилось на площади Рынок в самом центре Львова, где была развёрнута военно-полевая кухня для бодрых старичков, ветеранов и молодых бойцов УПА, которые перед решающей схваткой с ворогом в Ореховой роще угощались кулешом – пшённой украинской кашей с салом и шкварками. Юноша и девушка, бросив оружие, стояли у фонтана с фигурой Нептуна, пробовали дымящийся кулеш из железных чашек и делились впечатлениями дня. Взор молодого человека время от времени падал на блузу девушки, будто просвечивая её насквозь рентгеновскими лучами. Девушка прятала улыбку в уголках своих губ и делала вид, что не замечает взгляда парня. Молодые люди оживлённо разговаривали, пока их не вспугнули.
– Міхайло, – раздался женский радостный голос. – Козак! Точнісінько боєць славної армії Шухевича.
Парень увидел свою мать, изменился в лице и попытался улыбнуться ей в ответ, но получилась какая-то странная гримаса.
– А нумо обернися – я подивлюся на тебе, – не унималась женщина. – Природний козак! Справжній борець за свободу України. А хто це з тобою? – спросила она, кивая на девушку.
– Це Снежана, – неловко отвечал юноша.
– Твоя дівчина?– подхватила женщина. Молодые люди тотчас покраснели.
– А чому я бачу збентеження на ваших лицях? (А почему я вижу смущения на ваших лицах?) – засмеялась женщина. – Здрастуйте, Снежана, мене звуть Ірина Михайлівна. Я – мама цього козака. Ти наглядай за ним, а то він ще зовсім дитя і такий несамостійний (Ты приглядывай за ним, а то он ещё совсем ребёнок и такой несамостоятельный).
– Добре, Ірина Михайлівна, – улыбнулась девушка. – Я не відійду від нього ні на крок. (Я не отойду от него ни на шаг).
– Яка кмітлива у тебе дівчина (какая сообразительная у тебя девушка), – сказала Ирина Михайловна, подмигнув сыну.
– Мама… – начал Михайло,
Ирина Михайловна спохватилась.
– Ну що, діти, мабуть, вам не заважатиму. У мене сьогодні ще багато подів. (Ну что, дети, пожалуй, не буду вам мешать. У меня сегодня ещё много дел).
– Весела у тебе мама, – сказала Снежана, когда Ирина Михайловна присоединилась к своим коллегам из партии «Свобода».
– Так (да), – мрачно усмехнулся Михайло. – Лише дуже зайнята (только очень занятая). Вона депутат міської ради і директор спільного українсько-польського підприємства (она депутат городской рады и директор совместного украинско-польского предприятия).
– А твій батько? – спросила девушка. – Він ким працює? (Он кем работает?)
– Він начальник районної міліції, – отвечал Михайло.
– Знатні у тебе батьки, – улыбнулась девушка. – І твоє майбутнє я бачу як ясний день. Ось, закінчиш університет, підеш по стопах матері, станеш директором, потім депутатом. Спочатку – міським, потім – обласним, а там, дивишся, виберуть тебе у Верховну раду. (И твоё будущее я вижу как ясный день. Вот, окончишь университет, пойдёшь по стопам матери, станешь директором, потом депутатом. Сначала – городским, затем – областным, а там, глядишь, изберут тебя в Верховную раду).
– Одному лише Богові ведено майбутнє (Одному лишь Богу ведомо будущее), – возразил Михайло и засмеялся. – Снежана, ти заглядаєш у віддалену перспективу, говориш, як стратег; народилася б чоловіком, стала б військовим, дослужилася б до генерала, не менше. (Снежана, ты заглядываешь в отдалённую перспективу, говоришь как стратег; родилась бы мужчиной, стала б военным, дослужилась бы до генерала, не меньше).
– Якби я була генералом, звільнила б споконвічно українські землі від москалів. (Если бы я была генералом, освободила б исконно украинские земли от москалей), – сказала она, сверкнув глазами, и вдруг запела:
Веде нас в бій борців упавших слава,
Для нас закон найвищий та наказ —
Соборна Українська Держава
Вільна, міцна, від Тиси по Кавказ!
Едва Снежана окончила гимн националистов, как раздался командный голос хорунжего:
– Рота, будуйся!
Бойцы доблестной повстанческой армии расхватали винтовки и заняли свои места в строю.
– Рота, на-лі-во! – прокричал командир. – Кроком марш. Пісню заспівуй. Тільку ві Львові…
По старинным улочкам древнего города, стуча сапогами о каменную мостовую, участники военно-исторической реконструкции строем двинулись в Ореховый гай, дружно запевая в унисон:
Най єнші шукають на вербах грушок
В Мюнхені, Парижі, Торонті,
Мене ж Бог боронить від хибних думок,
Зі Львова я ані ні крок.
«Она умная, красивая, – думал Михайло, краем глаза поглядывая на свою румяную подругу, – она верит, что у меня большое будущее. Быть может, она та, которую я так долго искал?» Он улыбнулся своим мыслям и затянул песню со всеми остальными: