Противники
Шрифт:
Семь юристов сидят и записывают, когда один говорит? Нелепо. Но потом Уолли задумался, пока Айрис вяло продолжала, что, вероятно, демонстрация силы — хороший прием. Наверное, «Веррик» так обеспокоилась, что дала указания «Рогану Ротбергу» не экономить. Возможно, «Финли энд Фигг» взяли их на мушку, но сами пока этого не поняли.
Когда они вернулись к записи показаний, Надин попросила Айрис рассказать об истории болезни Перси, и Уолли отвлекся. Он до сих пор злился, что Джерри Алисандрос пропустил очередную судебную процедуру. Сначала Алисандрос строил большие планы, связанные с участием в процессе, записями показаний со своей свитой, когда он эффектно
— Это всего лишь взятие показаний, — заявил Алисандрос взволнованному Уолли по телефону за день до этого. — Простейшая процедура.
Действительно простейшая. Айрис рассказывала об одной из давних грыж Перси.
Роль Дэвида была сведена к минимуму. Он присутствовал лишь как живое тело, настоящий юрист, занимающий место в пространстве, и ему было почти нечего делать, разве что писать и читать. Он изучал научную работу Управления по пищевым продуктам и медикаментам по отравлению свинцом у детей.
Периодически Уолли вежливо вставлял:
— Возражаю. Это наводящий вопрос.
Прекрасная миз Керрос умолкала и выдерживала паузу, желая удостовериться, что Уолли закончил, потом говорила:
— Можете отвечать, миз Клопек. — И к тому моменту Айрис уже рассказывала ей все, что она хотела слышать.
Строгий лимит в два часа, установленный судьей Сирайтом, был соблюден. Миз Керрос задала последний вопрос в 10.58, потом любезно поблагодарила Айрис за то, что та была таким хорошим свидетелем. Айрис потянулась к сумке, где лежал ксанакс, Уолли отвел ее к двери и заверил, что она прекрасно справилась.
— Когда, вы думаете, они захотят выплатить компенсацию? — прошептала она.
Уолли приложил палец к губам и выпроводил ее.
Потом пришла Милли Марино, вдова Честера и мачеха Лайла, унаследовавшего коллекцию бейсбольных карточек и первого человека, рассказавшего Уолли о крейоксе. Сорокадевятилетняя Милли была привлекательна, довольно подтянута, очень неплохо одета и явно не злоупотребляла лекарствами в отличие от предыдущей свидетельницы. Она пришла дать показания, хотя до сих пор не верила в иск. Они с Уолли все еще спорили по поводу наследства ее супруга. Милли продолжала угрожать, что откажется от участия в иске и найдет другого юриста. Уолли предложил дать ей письменную гарантию, что она получит компенсацию в размере миллиона долларов.
Миз Керрос задавала те же вопросы. Уолли выдвигал те же возражения. Дэвид читал все тот же документ и думал: «Осталось еще шесть».
Наспех перекусив, юристы собрались снова, чтобы выслушать показания Адама Гранда, ассистента менеджера пиццерии со шведским столом, мать которого умерла в прошлом году, после того как два года пила крейокс. (Это была та же самая пиццерия, которую теперь часто посещал Уолли, исключительно для того, чтобы оставить в туалете свои брошюры «Опасайтесь крейокса!».)
Надин Керрос взяла тайм-аут, и допрос свидетеля проводил ее заместитель Лютер Хотчкин. Надин, очевидно, продиктовала ему свои вопросы, потому что он задавал такие же.
За время своей невыносимой карьеры в «Рогане Ротберге» Дэвид выслушал множество рассказов о ребятах в отделе судопроизводства. Судебники были особым племенем, дикарями, делали ставки на огромные суммы, сильно рисковали и ходили по лезвию ножа. В каждой крупной юридической фирме отдел судопроизводства был самым ярким подразделением компании,
Миз Керрос отдыхала, но ничего не пропускала. Этот начальный этап дачи показаний был не чем иным, как маленьким соревнованием, конкурсом, который давал возможность ей и ее клиенту увидеть и изучить всех восьмерых конкурсантов и выбрать победителя. Выдержит ли Айрис Клопек испытание двухнедельным судом? Вероятно, нет. Она и на показания явилась накачанная лекарствами, и два младших юриста Надин уже работали над ее медицинской картой. С другой стороны, некоторые присяжные могли бы проникнуться к ней сочувствием. Милли Марино могла бы стать отличным свидетелем, но смерть ее мужа Честера от сердечного заболевания была очевиднее, чем в других случаях.
Надин и ее команда закончат выслушивать показания, просмотрят их несколько раз. Выберут лучшие. Потом вместе с экспертами изучат медицинские карты восьми «жертв» и в конечном счете предпочтут того, у кого меньше всего шансов на успех. Обозначив победителя, они помчатся в суд с многостраничным, хладнокровным и обоснованным ходатайством о раздельном рассмотрении дел. Они попросят судью Сирайта принять к рассмотрению одно дело, выгодное им, внесут его в список дел, назначенных к слушанию в особом срочном режиме, и сметут с пути все препятствия, отделяющие их от суда присяжных.
В начале седьмого вечера Дэвид выскочил из «Марриотта» и почти побежал в машину. У него кружилась голова, и ему хотелось вдохнуть полные легкие холодного воздуха. Уезжая из центра, он зашел в «Старбакс» в одноэтажном торговом комплексе и заказал двойной эспрессо. Рядом он заметил магазин маскарадных принадлежностей, где продавались костюмы и прочие безделушки, и по привычке немного побродил там, чтобы оглядеться. В последнее время ни один магазин праздничных принадлежностей не укрывался от взгляда его или Хелен. Они искали набор «страшных клыков» в упаковке, где мелким шрифтом было бы указано название компании-производителя. В этом магазине был представлен обычный ассортимент из дешевых костюмов, забавных подарков, украшений, блесток, игрушек, оберточной бумаги. Там нашлось и несколько видов вампирских зубов мексиканского производства, которые продавала компания под названием «Мираж новелтиз» из Тусона.
Дэвид был знаком с «Миражом», у него даже было маленькое досье по этой компании. Принадлежит частным акционерам, за прошлый год выручила 18 миллионов долларов, в основном торговала продукцией вроде той, что сейчас изучал Дэвид. Он собрал досье по дюжинам компаний, которые специализировались на дешевых игрушках и приборах, и его папки росли с каждым днем. Он не мог найти лишь одно — очередной новый набор «страшных клыков».
Заплатив три доллара за набор клыков, Дэвид добавил их к своей растущей коллекции, потом поехал в Брикъярд-молл, где встретился с Хелен в ливанском ресторане. За ужином он отказался обсуждать прошедший день, ибо такая же пытка планировалась и на завтра, поэтому они болтали о ее занятиях и, что неудивительно, грядущем пополнении в их семействе.