Противники
Шрифт:
Она вытерла щеки.
— Пожалуйста…
— Простите, но я настаиваю, чтобы все обязательства должным образом исполнялись: выплата алиментов, пособий на ребенка, гонораров юристам. Это лишь триста долларов. Займите у вашего друга.
— Я пыталась, ваша честь, но…
— Избавьте меня от этого. Я постоянно это слышу. Вы свободны.
Она повернулась и пошла прочь. Брэдбери проводил ее плотоядным взглядом. Уолли тоже наблюдал за Дианой, изумленно качая головой. Казалось, он был готов наброситься на нее. Когда дверь закрылась,
— Что-нибудь еще?
— Есть одно дело, господин судья. Джоанни Бреннер. Развод без обвинений, полный раздел совместно нажитого имущества, детей нет, и, что самое главное, гонорар мне выплачен полностью.
— Давайте ее сюда.
— Не уверен, что смогу вести дела о расторжении брака, — признался Дэвид. Они уже вышли на улицу и пробирались вперед через полуденную толпу, оставив центр Дейли позади.
— Прекрасно! Ты впервые побывал в суде, провел там меньше часа и уже определяешь направления своей практики, — ответил Уолли.
— И многие судьи поступают так же, как Брэдбери?
— Как? Ты о том, что он защищает юристов? Нет, многие судьи забыли о том, каково это — сидеть в окопах. Едва наденут черную мантию, сразу забывают об этом. Брэдбери другой. Он помнит, каких негодяев мы представляем.
— И что произойдет теперь? Диана получит развод?
— Она заедет в офис сегодня днем с полной суммой, и в пятницу мы получим решение о разводе. В субботу она выйдет замуж, а через шесть месяцев или около того потребует очередного развода.
— И все же, думаю, я не гожусь для работы по разводам.
— О, это и правда дерьмо. Девяносто процентов всего, что мы делаем, — дерьмо. Мы беремся за самую низкооплачиваемую ерунду, чтобы оплатить накладные расходы, и мечтаем о большом деле. Но вчера вечером, Дэвид, я уже не мечтал, и скажу тебе почему. Ты когда-нибудь слышал о лекарстве под названием крейокс для снижения уровня холестерина?
— Нет.
— Что ж, услышишь. Он косит людей налево и направо и, несомненно, вызовет очередную волну коллективных исков. Так что мы должны успеть урвать кусок пирога. Куда ты направляешься?
— Мне нужно быстро сбегать по делам, а поскольку мы в центре города, много времени это не займет.
Через минуту Дэвид, нарушив правила парковки, остановил машину у бара Абнера.
— Ты был здесь когда-нибудь? — спросил он.
— О, конечно. Осталось немного баров, где я не бывал, Дэвид. Но уже много воды утекло.
— Вот тут я провел вчерашний день, и мне нужно оплатить счет.
— Почему ты не оплатил его вчера?
— Потому что даже свои карманы не мог найти, помнишь?
— Я подожду в машине. — Уолли бросил долгий томный взгляд на дверь Абнера.
Мисс Спенс восседала на своем троне с остекленевшими глазами, красными щеками, явно пребывая в другом мире. Абнер суетился в баре, смешивал напитки,
— Эй, я вернулся!
Абнер улыбнулся:
— Так вы все-таки живы.
— О, конечно. Только что из суда. Мой счет недалеко?
Абнер порылся в ящике и вытащил чек.
— Скажем, он на сто тридцать баксов.
— Всего? — Дэвид протянул ему две стодолларовые банкноты. — Сдачу оставьте себе.
— Ваша девушка вон там, — сказал Абнер, кивнув в сторону мисс Спенс, которая на минуту закрыла глаза.
— Сегодня она не такая хорошенькая, — заметил Дэвид.
— У меня есть друг-финансист, он заходил прошлым вечером, говорит, она тянет на восемь миллиардов.
— Готов присмотреться к ней получше.
— Думаю, вы ей нравитесь, но вам лучше поторопиться.
— Лучше оставить ее в покое. Спасибо, что позаботились обо мне.
— Не за что. Возвращайтесь как-нибудь повидать меня.
«А вот это вряд ли», — подумал Дэвид, когда они обменялись быстрым рукопожатием.
Глава 11
Уолли, лишенный водительских прав, оказался искусным штурманом. Где-то рядом с аэропортом Мидуэй он несколько раз заставлял Дэвида поворачивать в короткие переулки, которые привели их в пару тупиков, а потом настоял, чтобы Дэвид проехал два квартала не в ту сторону. Его указания сопровождались непрерывным монологом, произнося который он несколько раз повторил: «Я знаю это место как свои пять пальцев». Они припарковались у бордюра возле покосившегося дуплекса с закрытыми фольгой окнами, жаровней для барбекю на крыльце и огромным рыжим котом, охранявшим вход.
— А кто здесь живет? — спросил Дэвид, оглядывая обветшалый район. Два тощих тинейджера на другой стороне улицы, казалось, застыли от восхищения при виде его блестящей «ауди».
— Здесь живет милая женщина по имени Айрис Клопек, вдова Перси Клопека, который умер во сне восемнадцать месяцев назад в возрасте сорока восьми лет. Очень грустная история. Они как-то раз приходили ко мне проконсультироваться насчет развода, а потом передумали. Насколько я помню, он был довольно полный, но не такой огромный, как она.
Двое юристов сидели в машине и разговаривали, словно им не хотелось выходить. Только пара агентов ФБР в черных костюмах и на черном седане могла бы привлечь больше внимания.
— Так зачем мы здесь? — спросил Дэвид.
— Крейокс, друг мой, крейокс. Я хочу поговорить с Айрис и узнать, не принимал ли Перси перед смертью это лекарство. Если да, то вуаля! У нас будет очередное дело по крейоксу, обещающее от двух до четырех миллионов долларов. Еще вопросы есть?
О, десятки вопросов. У Дэвида в голове пронеслось множество мыслей, когда он понял, что они собираются навязаться с визитом к миз Клопек и допросить ее об умершем супруге.