Простых ремесел мастера

Волкова Дарья

– Ну, за знакомство, Пард и Фэлто, - Воз поднял свой жбан.

– Фард и Пэлто, - солидно поправил Пэлто. – Будь здрав, хозяин.

После чего сделал добрый глоток. А затем вытаращил глаза и пошел весь алыми пятнами. Задышал часто ртом, жбан от себя подалее отодвинул. В общем, похож стал на рыбу, вытащенную из воды. Глядя на это, Фард пригубил осторожно. И правильно сделал. Если смешать вместе деготь, скипидар и квасцы, добавить к ним для запаха – полыни, а для вкуса - куриного помета, то полученное будет отдаленно напоминать горгл. Гномье пиво, иначе.

А гном жбан свой ополовинил.

Привычный – что ему?

– Эх, хорош!
– крякнул Воз, отер усы. – Ему б еще настояться - совсем бы до слезы стал.

Фарду с Пэлто только радоваться оставалось – что они пришли раньше, чем горгл набрал полную силу.

– А вы по каким надобностям тут? – хозяин отломил от каравая, одобрительно понюхал хлеб. – В подмастерья наниматься али как?

– Да где же это видано – чтобы взрослые мужики в подмастерья нанимались? – к мельнику вернулось дыхание. – Фард и сам мастер, не хуже вашего. Вон какой меч выковал!

Правый сапог кузнеца припечатал под столом левый сапог мельника. Да слова все одно уже были сказаны.

– Меч? – сморкнулся в рукав Воз. – Ну, давай, показывай свой меч. Повесели гнома из рода лучших мастеров кузнечных дел.

Гордыня головы с плеч снимает – так учил Фарда его отец, тоже кузнец. Но не за тем ли пришел Фард сюда? Не чтобы совета испросить? И, не раздумывая более, выложил оружие на стол.

– Ножны – дрянь, - Воз снова приложился к горглу. – Содержимое таково же?

Меч скользнул из ножен будто сам собой. И словно посветлело вдруг в комнате. Или это заглянула в окно любопытная луна?

Воз из рода лучших кузнечных дел мастеров смотрел на меч долго. Не моргая. А потом встал, качнулся, ухватился за край стола. Да и вышел вон, в другую дверь.

Пэлто с Фардом переглянулись. И двинулись следом.

Дверь выходила на задний двор. И там хозяин дома поливал себя из кадушки, отфыркиваясь и разбрызгивая капли, как конь на реке. За одной кадушкой последовала вторая, потом третья. А потом гном посмотрел на гостей совершенно трезвым взглядом. И молча двинулся обратно в дом.

Там он стал у стола, упершись в края столешницы руками. Тряхнул головой, капли с бороды полетели в разные стороны.

– Думал, причудилсь, - гном почесал лысый затылок. – Нет, не пропил еще глаза. Ну, так сказывай, кузнец Фард, - Воз тяжело осел на колченогий табурет.
– Как у тебя оказался меч князей Полесских?

Пэлто тихонько охнул. И, не поморщившись, приложился к жбану с горглом. Лоб кузнеца прорезала глубокая морщина. Немыслимое сказал гном. Но удивления не было.

– А точно ли ты это знаешь? Откуда тебе ведать, какой из себя меч княжеский?

– Мне ли не знать Гневинг! – фыркнул Воз. Собрал бороду в горсть, отжал воду на пол.

– Фардгрир, - негромко поправил Фард. – Имя мечу – Фардгрир.

– Фард-грир? – переспросил недоверчиво гном. – А ты непрост, человеческий кузнец. Откель тебе ведом горный язык?

– Чего?

– Того! «Грир» - клинок на языке гор.

– Что за язык гор? – встрял Пэлто. – Ваш гномий язык, так, что ли?

– Вот тебе гномий язык!
– Воз высунул язык изо рта. Был он у гнома, вопреки россказням, не черный, а нормальный, розовый. – А язык

гор – это язык гор! На нем говорят горы! А мы, гномы, иногда его понимаем. Когда горы позволяют нам.

На это мельнику не нашлось, что сказать. А тут собрался с мыслями Фард.

– Точно ли ты знаешь, что это меч князей? Тот… самый меч? Что принес туманный ястреб?

– Уж будь уверен, кузнец Фард! Тот самый меч, как он есть. Видел я его, и не раз.

– Это по какому ж такому случаю гномам позволяли видеть меч княжеский?

Воз раскатисто захохотал.

– Ох, и смешные вы, люди! Не столичные, чай?

– Ну и что, что не столичные?

– А то, мил человек, что в столице знают – никого владыки Гарруды, князья Полесские не подпускают к своему мечу, к символу их власти княжеской. Никого, кроме гномов предгорных. Только нам дозволено меч обихаживать - точить, полировать. Клинок такой – он же как женщина. Обихаживания требует. Брат мой старший как раз и делает то – по уговору еще с правителем Годвином. И меня с собой не раз брал. Да только после смерти старого князя Гневинг… то есть, меч княжеский никто не видал. Так брат сказывал. Он каждый год наезжает в Гарруду – обиходить меч. Спустя год после смерти Годвина приехал в столицу, а сын его, Гаттар, от ворот поворот ему дал – дескать, не нуждаются в наших услугах. Слухи по столице ходят… что меч исчез. И сестра правителя пропала - Гуттияра. Но это уж точно так.

У Пэлто мысли в голове ворочались, что те мельничные жернова. Что-то ему это все напоминало. Фард хмурился все больше.

– Стало быть, пропал меч? И сестра правителя пропала?

– Так было два года назад, - кивнул Воз. – Вот брат мой как раз скоро возвернуться должен из столицы. Может, свежих вестей привезет. Он ведь поехал уговор исполнять. Мыслил так, что, может, одумается Гаттар. Даст меч проверить – коли у него меч. Вот смех-то, - Воз вдруг снова расхохотался. – А меч тут. Гневинг тут, а Барк – там.

– Барк тоже тут, - раздался вдруг низкий, словно гудение шмеля, пойманного в горсть, голос.

Троица, сидевшая за столом, обернулась. В дверях стоял еще один гном – с черной, с проседью, копной нечесаных волос и такой же бородой. Был он еще ниже Воза. И еще шире в плечах.

– Здорово, братец, - приветствовал вошедшего Воз. – Ты, как всегда, к столу.

Восьмой отрезок пути. Ущелье Железного моста тоже может преподнести сюрпризы. И оно их преподносит.

Едва старший из гномов шагнул в комнату, Фарду захотелось прикрыть меч. Чем угодно – котомкой, рукой, всем телом. Да поздно уже стало – Барк меч увидел. Не только увидел - узнал.

«Смотрящий за мечом» брать клинок в руки сразу не стал – смотрел только.

– Свету совсем нет, - проворчал Барк недовольно. – Воз, дай шар.

Мельнику с кузнецом оставалось только с изумлением наблюдать за тем, как из большого ларя добыл Воз стеклянный шар, как наполнил его водой. После чего шар поднесли к тусклой лампе. И свет от лампы собрался за шаром с водой в один яркий луч. Именно под этот луч Барк и поднес меч. Крутил так и эдак, поворачивая клинок. Вздохнул – точно меха ухнули.