Простые радости

Камерон Стелла

Может, ей это и не известно, но у него нет времени просвещать ее на этот счет.

– Меня тошнит, – повторила она.

– Если ты берешься за большую и опасную работу, то должна знать, что тебе может достаться. – Ему пришло на память другое хрупкое тело, другое искаженное страданием лицо. Кто, черт возьми, есть кто во всей этой заварухе? Он ни в коем случае не должен терять терпение. Он приказал:

– Открой рот.

Ее глаза даже не блеснули в ответ.

– Дыши ртом. Вдыхай поглубже, тогда

тошнота пройдет. Она разомкнула губы и прислонила голову к заднему стеклу «ровера».

Через несколько секунд он спросил:

– Лучше?

– М-м. По-моему, я поранила голову, – в замешательстве проговорила она.

Роман наклонился ближе, чтобы осмотреть ее. Обхватив ей шею одной рукой, чтобы зафиксировать голову, другой он поднял ее волосы. Из ссадины на лбу струилась кровь.

– Наверное, ты ударилась об обшивку, – сказал он, ругая себя за то, что не рассчитал силу удара. Он почему-то решил, что она гораздо крепче. – Сосредоточься, Ви Джи. Чем быстрее ты ответишь на вопросы, тем быстрее я отпущу тебя на все четыре стороны.

– Меня никто не посылал.

– Конечно. Начнем сначала. Кто послал тебя и зачем?

– Никто.

– Кто? Что они хотят доказать? Это что – конкурирующий клуб? – Произнеся это, он чуть было не улыбнулся. Отчитываясь, она расскажет, что он защищал интересы фирмы, и он надолго собьет их с толку.

– Я ехала домой. – Он удивился тому, как ясно прозвучал ее голос.

Роман улыбнулся:

– Придумай что-нибудь получше. Ты следила за мной. Вцепившись в его руку, она попыталась убрать ее со своей шеи.

– Бесполезно, – сказал он ей. – Я отпущу тебя, когда сам сочту нужным. Если сочту.

– Я пропустила свой поворот.

– Да ладно тебе. – Первые капли дождя, просочившись сквозь деревья, забарабанили по крыше машины. – Еще немного, и мы с тобой промокнем насквозь. Мне хочется домой, а тебе?

– Да. – От отчаяния голос ее поднялся до писка.

– Значит, с тобой все в порядке? Тебе не нужна помощь? В изобретательности ей не откажешь.

– Ты начинаешь выводить меня из себя, Феникс. Тебе приказали поехать за мной, так? Ты должна была составить отчет о том, что тебе удастся обо мне разузнать.

– Как я могла на это рассчитывать? – Она громко и часто задышала. – Я не знала, что ты сегодня собирался зайти к Морту и Зельде. Я ничего о тебе не знаю. Я тебя никогда не видела до сегодняшней встречи.

Зато при этой встрече она увидела довольно много, и это ее впечатлило.

– Почему ты решила уйти из бара вслед за мной?

– У них не было для меня работы.

– Да, ты говорила. А еще ты сказала, что поработаешь позже. Ты сказала мне, что не можешь уехать оттуда и поговорить в другом месте.

– А через пять минут после того, как ты спросил, могу ли я уехать, ты вдруг вспомнил,

что тебе нужно быть в другом месте, – выкрикнула она в ответ, вытирая мокрое от слез лицо.

Он рассмеялся и приподнял ей большим пальцем подбородок – острый, красиво очерченный подбородок.

– И тебе стало досадно? Или это натолкнуло тебя на мысль выяснить, с кем у меня встреча? На случай если это заинтересует тех, кто тебя подослал? – Порыв ветра донес до него едва уловимый лимонный запах ее духов, который он уже отметил днем.

– Ты будешь чувствовать себя глупцом. – Теперь она крепко вцепилась в его руку. – Когда мы завтра увидимся, тебе захочется, чтобы этой встречи никогда не было.

– Я должен поверить, что ты снова появишься в клубе? И не надейся, детка. Если, конечно, ты не сделаешь чего-нибудь для того, чтобы мы тебе поверили. Почему бы тебе не выложить карты на стол и не рассказать мне всю правду? Если ты перейдешь на нашу сторону, я уверен, что смогу убедить своих партнеров, что ты будешь прекрасным пополнением нашего коллектива.

– Я не знаю, о чем ты говоришь! Завтра меня должны ввести в курс дела. Ты приехал в «Поворот» специально для того, чтобы мне это сообщить. Или ты все это наврал?

– Нет. – Он с интересом наблюдал, как она пытается выкрутиться.

– Как только ты ушел, Морт сказал, что я выгляжу усталой и мне следует поехать домой. Да отпусти же меня, черт возьми!

Повинуясь рефлексу, он придавил ее к машине, когда она попыталась его ударить коленом в пах.

– Стой смирно, – процедил он сквозь зубы. – А то схлопочешь.

Она не слушала.

– Пусти меня! – Она отчаянно дрыгала ногами. Повиснув у него на предплечье, она пыталась сохранить равновесие. – Я сейчас закричу!

– Кричи сколько тебе угодно, – спокойно произнес он, удерживая ее одной рукой. – Может, тебя услышит какая-нибудь одинокая сова.

Следующий удар она нацелила ему в голень – и не промахнулась.

– А ты с характером, Ви Джи. Но не стоит его показывать, иначе у тебя будет много неприятностей.

– Их и так уже хватает. Я заявлю в полицию, и тебя арестуют.

– За самозащиту?

Она докрутилась до того, что он приподнял ее над землей.

– Я же сказала тебе, я проехала свой поворот. Я ведь здесь всего несколько недель.

– Несколько недель. – Он прижал ее к себе. Нога у него здорово болела. – Несколько недель в небольшом городке, растянувшемся вдоль дороги, и ты все еще не запомнила дорогу домой?

– Я плохо ориентируюсь. Поняв, что заехала слишком далеко, я повернула и тогда увидела твою машину. Мои фары осветили ее.

У нее было достаточно времени, чтобы рассказ начал звучать логично. Но ему этого времени не хватило, чтобы начать верить ей.