Проступок сыщика
Шрифт:
– И вы считаете, что при подаче тендерной заявки были соблюдены все юридические нормы? – снова не удержался от вопроса Вейдеманис.
– Мы даже в этом не сомневаемся, – сказал Тордуа, положив сигару на край массивной пепельницы. Блеснул перстень на его маленькой руке. – У нас все абсолютно законно.
– Да, это чувствуется, – не удержался теперь уже Дронго, – судя по вашей мебели и вашим сигарам, вы явно хотите минимизировать ваши расходы.
– Это только на представительские нужды, – развел руками Тордуа. – Разве у вас не бывает расходов на такие нужды? –
Дронго посмотрел на говорившего. Намек был более чем очевидным. Неужели его собеседник знает, кто именно к нему пришел? В таком случае их дальнейшая беседа просто теряла всякий смысл. Тордуа счастливо улыбнулся. Было заметно, что он рад своему выпаду.
«Знает, – понял Дронго, – он точно знает, кто именно к нему пришел. И поэтому говорит, уже не пытаясь маскироваться. Играет открыто, уверенный в своем превосходстве».
Больше не следовало ничего говорить, чтобы не выдать себя. Гости поднялись. Оба кивнули на прощание хозяину кабинета, чтобы снова не подавать руки. Кажется, он это понял, но только радостно улыбнулся. Гости вышли из кабинета, а он остался стоять у дивана. Сигара дымилась в пепельнице. Когда гости ушли, Тордуа повернул голову, словно ожидая увидеть еще кого-то. Один из книжных шкафов открылся. Это была дверь в комнату отдыха. Оттуда вышел высокий мужчина с перебитым носом, какой бывает обычно у боксеров, подошел и встал рядом с хозяином кабинета.
– Первый Эдгар Вейдеманис, а второй сам Дронго, – пояснил он. – Это та самая пара. Я их сразу узнал.
– Очень хорошо, – почти пропел Тордуа. – Думают, что могут вести себя таким наглым образом, приходя ко мне под другими именами. Я действительно не хотел никакой войны, но если они первым начали. Пришли в мой кабинет, не захотели даже со мной здороваться, обманули меня. Как все это некрасиво. Я думаю, что за такие дела надо наказывать. А как ты считаешь, Боксер?
– Когда? – прохрипел тот.
– Зачем откладывать? – ласково спросил Тордуа. – Не нужно позволять им ходить и делать пакости. Завтра они еще что-то придумают. А вот я думаю, что начать нужно прямо сегодня. Либо с самого эксперта, либо с его напарника. Это как получится. Желательно тихо, без ненужной суеты. Аккуратно. Чтобы вечером один из них уже беседовал с ангелами. Ты меня понимаешь Боксер? Нам лишние неприятности не нужны.
– Сделаю, – кивнул тот, – не впервые.
Глава 14
Они вышли из здания. Сели в машину.
– Куда едем? – спросил водитель.
– Никуда, – ответил Дронго, – давайте немного отъедем, но только так, чтобы мы видели двери здания. Потом остановимся и будем ждать. Посидим и подождем.
– Чего подождем? – не понял Вейдеманис.
– Этот тип точно знал, кто мы такие, – пояснил Дронго, – он улыбался, говорил какие-то банальности, но глаза его выдавали. Было заметно, как сильно он нас ненавидит. И он знает наши настоящие имена. Среди уголовников
– Ты думаешь, что он знает, кто к нему пришел? – удивился Эдгар.
– Убежден, – сказал Дронго. – А теперь посмотрим, кто именно выйдет из их здания. Я обратил внимание, как разговаривал с нами Абессалом Константинович. Чуть громче, чем нужно. Явно в расчете на человека, который находился в соседней комнате и слышал нашу беседу. Несколько раз Тордуа повернул голову, глянув на книжный шкаф, который явно вел в другую комнату. И на столе лежала пепельница, где кроме его сигары были смятые окурки сигарет.
И еще. Предлагая нам войти в кабинет Тордуа, его секретарь даже не поинтересовалась, как именно нас зовут, потому что знала, как именно. Кстати, он не стал протягивать нам руки. В уголовной среде не принято пожимать руку следователям и сотрудникам правоохранительных органов. А мы для него следователи. И это значит, что в соседней комнате находился другой преступный авторитет, перед лицом которого Абессалом Константинович не мог так опозориться.
– Кто-то идет, – показал водитель на выходящего из здания человека.
– Все правильно, – кивнул Дронго, – посмотрите на этого типа. Он явно не специалист по закупкам, а специалист по иному профилю. Обрати внимание на его «Мерседес» с затемненным стеклами. И на его навороченный номер. А сейчас позвони в информационный центр МВД кому-нибудь из наших друзей и узнай, кому принадлежит эта машина. Хотя мне показалось, что я узнал этого типа, бывшего спортсмена и бандита по совместительству.
Вейдеманис достал телефон, набрал нужного ему абонента и, попросив уточнить имя владельца автомобиля, продиктовал номер машины. Когда через минуту ему сообщили данные, он изумленно взглянул на Дронго.
– Я думал, ты шутишь, – признался он. – Это известный криминальный авторитет Нодар Чургулия по кличке Боксер. Этот автомобиль зарегистрирован на его имя.
– Что и следовало ожидать, – кивнул Дронго. – И еще одна «приятная» особенность. Чургулия по отцу грузин, а по матери абхазец, а Тордуа грузин по отцу и осетин по матери. Но работают вместе. Такой прекрасный преступный интернационал. Меня всегда умиляет братство азербайджанских и армянских бандитов. Пока там, на Кавказе, шли кровопролитные войны и погибали люди с обеих сторон, здесь бандиты обеих национальностей прекрасно договаривались и вместе работали. Такой изумительный интернационал.
– Он профессиональный убийца, – сказал Вейдеманис, выслушав сообщение из информационного центра МВД, – нам нужно быть осторожнее.
– Нет, – сказал Дронго, – это им нужно быть осторожнее. После того как вчера ты вернулся в таком состоянии. Это я настоящий убийца, который не знает ни жалости, ни прощения. И в отличие от нашего знакомого Тордуа и этого господина Чургулия я не имею приводов в полицию и за мной не числится уголовных наказаний. Поэтому я более опасный убийца, чем эти господа, вместе взятые. И я собираюсь им это доказать. Поехали, Валера, – сказал он, обращаясь к своему водителю.