Просто любить
Шрифт:
Сэм смотрела на свою дочь, по лицу текли слезы, ведь для нее это был самый прекрасный ребенок в мире.
Медсестры прозвали Хлою маленькой звездочкой. Казалось, с первых же минут этот крошечный комочек жизни решил доказать докторам, как они ошибались в своих прогнозах. Уже через несколько дней она научилась дышать сама, а вскоре стала брать грудь.
Сэм продолжала оставаться в отдельной палате. Понимая, что обо всем этом позаботился Эйдан, она не смела даже думать о том, сколько это может стоить. Почти все время она проводила с малышкой,
Эйдан навещал ее каждый день. Оставшись в Корнуолле, он призвал на помощь все чудеса современных технологий, чтобы перенести центр своей империи сюда. Сэм радовало его внимание, однако она то и дело напоминала себе, что привыкать к этому не следует: рано или поздно все должно закончиться.
Как выяснилось, беспокойство оказалось не напрасным: очень скоро они поссорились вновь. Как и следовало ожидать, поводом снова стал коттедж.
Врач должна была осматривать Хлою и осталась весьма довольна здоровьем малышки.
— Скоро вам можно будет забрать ее домой, — сказала она Сэм, сунув стетоскоп в карман. — Она уже почти набрала нормальный вес. Разумеется, нужно будет все время держать ее в тепле: такие крошки очень подвержены простудам.
— Ну, это не проблема, — ответил Эйдан, опередив Сэм. — Очень скоро мы переедем в мой лондонский дом. Там центральное отопление. Сэм ничего не нужно будет делать, только присматривать за Хлоей, все остальное — обязанности экономки.
— Превосходно, — одобрительно кивнула доктор. — Вам придется набраться терпения: ее нужно будет кормить каждые два часа, и потом, в первое время она может показаться вам слишком капризной. Дети, родившиеся преждевременно, всегда такие. Но через пару месяцев все наладится, и она начнет развиваться так же, как и ее сверстники.
Она улыбнулась, пощекотав розовые ножки Хлои.
— А вам, мисс, надо думать только о том, как вырасти здоровой и сильной. Ты нас всех очень напугала. Хорошо, что мама с папой так быстро добрались до больницы.
Сэм хотела было поправить ее, но передумала. Уже не впервые Эйдана принимали за отца Хлои.
До сих пор Сэм молчала, но при первом же удобном случае решила поговорить с ним об этом. Они сидели в небольшом кафе на территории больницы: Эйдану удалось уговорить Сэм отлучиться на полчаса, пока малышка спала.
— Послушай… — начала она. — Может, нам следует объяснить, что ты вовсе не отец Хлои?
— Зачем? — пожал он плечами. — Вреда от этого никакого нет, а тебе не нужно объясняться с персоналом.
Сэм сердито покачала головой. Ему всегда удавалось ответить так, что дальнейший спор терял смысл, даже когда она была уверена, что права. Однако на этот раз Сэм решила расставить все точки над i.
— А зачем ты сказал, что мы с Хлоей едем с тобой в Лондон? Я ведь не давала согласия.
— А куда же еще тебе ехать? — удивленно
— А почему нет?
— Ты не вернешься туда с дочкой, — решительно произнес Эйдан.
Сэм это здорово разозлило. И неважно, что он был прав: она и раньше знала, что в коттедже невозможно растить ребенка, тем более такого слабенького, как ее дочь. Но и ехать в дом Эйдана было никак нельзя. Слишком велика опасность по-настоящему влюбиться в него.
— Это огромный дом. И парк рядом, — продолжал настаивать Эйдан. — Одну из комнат вполне можно будет переделать в детскую, а когда Хлоя подрастет, вы сможете играть в саду.
— Нет, — решительно возразила Сэм. — Но почему?
— Потому что мне не нужна благотворительность!
— Это смешно — при чем тут благотворительность? Она же моя племянница, или ты забыла?!
— Как же, забудешь тут! Но это не дает тебе права вмешиваться в нашу жизнь. Ты здесь вообще ни при чем, это касается только меня и Демиена.
— Но Демиена больше нет. И я не позволю тебе снова подвергать его дочь опасности, заставляя ее жить в совершенно не подходящем для ребенка месте только из-за твоей хваленой независимости. Довольно той глупости, которую ты уже совершила.
Сэм молча смотрела на него со слезами в глазах. Как ни больно это признавать, но он прав — и еще как прав! Выбора не было. С такой крохотной и хрупкой малышкой, как у нее, о собственной гордости придется забыть.
Дом был и вправду огромный. В саду росли тутовые деревья, посаженные, кажется, еще при Елизавете, а из окон открывался прекрасный вид на Ричмонд-парк. Сэм задумчиво стояла у окна своей спальни — изящно обставленной комнаты, отделанной в золотисто-бирюзовой гамме. Чудесная комната, и все же молодой женщине было как-то не по себе.
Но ведь она здесь ради Хлои, напомнила себе Сэм, ласково поглаживая крохотную головку, лежавшую у нее на плече.
Неожиданный звонок у входа прервал ее размышления, и Сэм недовольно нахмурилась. Встречаться с матерью Эйдана, приехавшей повидать Хлою, ей совсем не хотелось. Что та о ней подумает? Эйдан как-то сказал, что мать обожала Демиена и сразу влюбится в его дочурку. Но это вовсе не значит, что ей понравится история ее появления на свет.
— Пойдем, кроха, — тихо сказала она спящей малышке. — Пора познакомиться с бабушкой.
Эйдан уже стоял у дверей с ободряющей улыбкой, но не успела она оглянуться, как в гостиную, словно метеор, влетела хрупкая женщина с мягкими седыми локонами, обрамлявшими улыбчивое лицо. Привстав на цыпочки, она чмокнула сына в щеку.
— Привет, мама, — с нежностью произнес он. — Позволь представить тебе…
Не дав ему договорить, женщина с распростертыми объятиями бросилась к Сэм.
— Дорогая! — воскликнула она с искренней радостью. — Не представляешь, как я счастлива тебя видеть. Я бы и сама приехала в Корнуолл, но Эйдан счел, что для тебя это будет слишком.