Проститутка Дева
Шрифт:
Встречаются три старых университетских приятеля.
Каждый из них добился в жизни больших высот.
Один стал очень и очень богатым человеком – банкиром.
Другой, тоже первому под стать, – президентом какой-то большой компании.
Третий – вроде как помельче, но очень энергичный и в высшей степени вертлявый такой проходимец, из тех, что занимаются теперь всякими поганками, вроде фирм-однодневок по обналичиванию черных денег, этот при первых двух вроде шестерки был.
А собрались они по старой университетской дружбе,
– Юношеские мечтания? – ухмыльнулся Баринов.
– Да, да! Представьте себе, – подтвердил Геннадий Борисович. – Именно они порою и побуждают седых пожилых мужчин к безрассудствам, именно!
Они выпили из припасенного Бариновым в дьюти-фри.
Выпили еще…
Так вот.
Встретились эти трое бывших университетских приятеля, выпили тоже виски, коньячку и принялись вспоминать первый курс, первые свои увлечения.
Ну и припомнили поездку на картошку в колхоз.
Как они всем курсом, всем потоком в деревне целый месяц жили, да как перевлюблялись там все.
И так эти воспоминания раззадорили их, что этот из них, который управляющим банка стал, сказал, много-де отдал бы сейчас за то, чтобы вот так же выехать на картошку в колхоз с двумя десятками красивых девчонок-абитуриенток, и уж теперь, как тогда, жевать сопли бы не стал, всех бы перемял-перещупал…
Посмеялись они, похохотали приятели над этими воспоминаниями, похихикали, а проходимец этот, третий из них, возьми да и предложи:
– Нет ничего проще, чем риэлити-шоу учинить, и будет это шоу называться "Колхоз" или "Картошка"… Вы – банкиры, вы только денег дайте, а я готов для вас любую реальность смоделировать и вас в нее посадить для вашего удовольствия и реализации ваших несбывшихся мечтаний.
В общем, как теперь выражается мой внук, "забились" они…
Банкир по пьяному делу денег распорядился дать, тут же своему порученцу отзвонил, второй богач тоже пообещал денег перевести, и этот проходимец, который шестеркой у них всегда был, сказал своим богатым приятелям, что через два-де месяца оба будут в раю. …
История эта стала достоянием общественности после того, как три девушки из участниц подали на устроителей этого шоу в суд…
А было все так, если уж по порядку.
Некий господин зарегистрировал или купил фирму, в названии которой присутствовали слова "теле" и "медиа"… Что-то вроде "Космос-теле-медиа-бизнес" или "Теле-медиа-интертэймент-риэл"… В уставе предприятия значилось, что фирма может заниматься производством рекламной продукции, видеоклипов, рекламных роликов и даже фильмов и телепрограмм, и может продавать эти продукты телевидению, если то пожелает их купить…
Снял этот господин офис на Улице академика Королева неподалеку от Останкинской башни,
Все по закону.
Комар носа не подточит.
Девушек набежало – пол-Москвы!
И половина Московской области в придачу.
Было из кого выбрать.
И выбрали.
Двадцать самых первоклассных красоток. Таких, что Голливуд, как мой внук выражается, отдыхает, этот самый Голливуд.
Выбрали, подписали контракты-договоры, по которым девушки за гонорары на все такое согласны, и поехали сниматься.
В колхоз.
Правда, колхоз найти получилось только в Белоруссии под Гомелем, но тем не менее…
На два месяца поехали – на весь август и сентябрь.
Сняли у колхозников сельский клуб, разместили в нем коечки, да телекамеры…
Ну, и господа наши хорошие торже приехали туда.
Банкир с президентом компании.
Им по сценарию отводилась роль этаких доцентов, руководителей трудового семестра, а ведущим телешоу и его режиссером был, сами понимаете, тот шустрый.
И сценарий этого, с позволения сказать, риэлити-шоу был придуман таким образом, что главной и тайной целью каждой из девушек было обольстить одного из руководителей практики, одного из доцентов.
А хитроумность сценария была тоже в том, что сами дяденьки доценты этого как бы и не знали… Понимаете? С них потом как бы и взятки гладки!
В общем, юношеские фантазии, хоть и недешево обошлись, но реализовались там в этом колхозе полностью и даже с лихвой. Всех девчонок эти банкир с президентом перемяли.
– А нельзя было попроще? – спросил Баринов.
Самолет уже взлетел и висел теперь высоко над облаками, ярко отсвечивая бликом низкого зимнего солнца на гладком своем крыле.
– Попроще? – переспросил бывший прокурор. – В смысле просто согнать в гостиничный номер или в бассейн два десятка проституток?
– Ну да, – отозвался Баринов.
– Нет, нельзя, – с однозначной твердостью сказал прокурор. – Нельзя, потому что тогда не было бы нужного нюанса реальности, а именно в этом нюансе весь шарм.
– Но ведь участники, в смысле те, для кого вся эта подделка, весь этот театр делался, они же знали, что это не реальность, – возразил Баринов.
– Знали, – согласился прокурор, – но ведь многие по жизни ходят в офис на работу и в дом в семью, играя там роль, но не живя, как вы давеча сказали, естественным ходом событий.
– Как это? – недоуменно спросил Баринов.
– Ну, к примеру, вы убеждаете жену, что любите ее и что она у вас единственная, а на самом деле изменяете ей с любовницей, и, таким образом, жена ваша уже живет в таком риэлити-шоу, при котором ваша к ней любовь и семейная счастливая жизнь – уже не естественный ход событий, а срежиссированная вами подделка…