Просроченные долги

Батчер Джеймс

На линии щелкнуло, и быстрый голос произнес:

— Миранда Финли.

Рейн узнала голос женщины, которая в первую очередь рассказала ей о терианском испытании.

— Финли, мне нужно найти Гримсби. Быстро.

На заднем плане уже щелкали клавиши, когда Финли спросила:

— Он не с тобой?

— Нет. Его забрали. Будем надеяться, что у них не хватило предусмотрительности избавиться от его сотового.

На другом конце провода послышалось короткое щелканье клавиш.

— Похоже, он отъехал на пару миль минут двадцать пять назад.

—

Двадцать пять минут? — потребовала она. Этого не могло быть. Она пробыла в подвале не более двух минут, когда поняла, что он ушел. Даже после своих отчаянных поисков она не могла потратить впустую больше пяти. Однако, бросив быстрый взгляд на часы, она определила время.

Она потеряла почти двадцать минут.

Куда? Как? Она что, сходит с ума?

Она резко выдохнула и заставила себя сосредоточиться.

— Просто... просто дай мне координаты — попросила она. Позже она будет беспокоиться, что сходит с ума.

— В двух милях к востоку. Похоже на строительную площадку рядом с шоссе.

— Я уже еду — сказала она, спеша к своей машине.

— Я предупрежу оперативную группу.

— И Охотника — добавила Рейн, бросив взгляд на почти полную луну — У меня такое чувство, что он нам понадобится.

Глава 30

Гримсби был почти уверен, что должен проснуться, но вокруг по-прежнему было темно. Он попытался пошевелиться, но его конечности словно приросли к месту. Он был мертв? Паника нарастала в нем, как при внезапном наводнении. Он дернулся, заставляя двигаться каждый мускул, как будто это могло помочь, и обнаружил, что переворачивается и падает на землю.

Он застонал, когда его рука ударилась о бетон, но услышал лязг металла, ударившегося о него же. Он понял, что привязан к стулу, и острая боль в локте принесла ему некоторое облегчение. Темнота была не объятием смерти, а просто повязкой на глазах. Однако его облегчение было недолгим, когда он услышал какое-то движение поблизости.

— Он проснулся — произнес знакомый женский голос — Ком, подними его и привяжи к стулу, просто чтобы убедиться.

Мясистая, грубая лапа схватила его, без усилий подняв вместе со стулом, прежде чем снова поставить в вертикальное положение. Он услышал, как металлический складной стул заскрипел, его суставы напряглись от напряжения. Грубая, тяжелая веревка была обмотана вокруг его живота, и ему казалось, что она вдавливает живот в позвоночник.

Похоже, его схватили. И если женщина разговаривала с тем же Комочком, с которым они с Вуджем столкнулись в Другом месте, то это означало, что она, скорее всего, Ехидна. Его паника постепенно утихла. По крайней мере, он знал, кто его похитил, хотя и не знал почему.

— Вы двое понимаете, что нападение на Аудитора это серьезное преступление? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. К сожалению, его голос дрожал сильнее, чем ему хотелось бы.

— Только если мы оставим свидетелей — сказала Ехидна, и от её предложения по спине Гримсби пробежал холодок.

Чьи-то ловкие руки развязали

и сняли повязку с его глаз, под которой он увидел свой фирменный галстук. Затем он понял, что на нем нет ни очков, ни маски. На мгновение он запаниковал, но перед его затуманенным взором предстало Другое Место, знакомое черное солнце и красное небо, единственные детали, которые он смог разглядеть, прежде чем снова зажмурился.

— Если вы двое хотите поговорить по душам, мне нужно вернуть свои очки — сказал он. С закрытыми глазами он был технически защищен от Другого Места, но технически это был не самый приятный порог. Без маски он все еще чувствовал себя уязвимым.

Последовала короткая пауза и негромкий обмен репликами. Он не мог разобрать, что сказала Ехидна, но, несмотря на все его усилия, грубый говор Комка звучал все громче.

— А что, если он снова обманет тебя, Ехидна?

— Не меня, нас! — сказала Ехидна со смешанным чувством смущения и негодования.

— Я не знаю.. — сказал Комп, и Гримсби практически услышал глуповатую усмешку в его голосе.

— Глаза горят — выругался Гримсби, чувствуя, как бешено колотится его сердце, а изо рта сам собой вылетает слюна — Послушайте, я не знаю, почему вы меня околдовали, но, полагаю, будет неудобно, если какой-нибудь зверь из Другого Места откусит мне лицо прямо во время разговора.

— По крайней мере, это было бы интересное шоу — сказала Ехидна.

— Но не интересный разговор, который, как я полагаю, ты ищешь.

Ехидна издала раздраженный звук.

— Отлично. Но на этот раз без фокусов, колдун.

— У меня ничего нет в запасе — сказал Гримсби, шевеля пальцами, связанными за спиной.

Он почувствовал, как жесткие оправы его очков небрежно сдвинулись на переносицу. Хотя они и находились в неудобном положении, их должно было хватить, чтобы защитить его от посторонних взглядов.

Он открыл затуманенные глаза и моргал, пока они не привыкли к свету, поводя носом в тщетной попытке надеть очки на нужное место. Он не совсем ожидал того, что увидел, когда его зрение прояснилось.

Перед ним были не Ехидна и Комок, но это были они. Это было похоже на то, как будто два человека притворялись ими или, возможно, их близкими родственниками. Он узнал лицо Ехидны и её растрепанные волосы, но она, казалось, каким-то образом сменила свою змееподобную нижнюю половину на, казалось бы, нормальные человеческие ноги, в комплекте с поношенными джинсами и большим, потрепанным плащом из выцветшей парусины с поднятым воротником.

Тем временем Комок сильно съежился, как губка, оставленная на солнце. На нем тоже было пальто, как у Ехидны, только из потрескавшейся кожи, тоже с поднятым воротником, и какие-то засаленные спортивные штаны. Некогда гигантский тролль теперь был даже на волосок ниже Мэйфлауэра, но все равно гораздо шире в плечах. Если бы не его почти нечеловечески длинный и кривой нос, Гримсби не узнал бы его на улице, хотя, возможно, и вытаращил глаза.

— Очень в стиле нуар. Вы двое играете в косплей? — Спросил Гримсби.