Проснись, Фердинанд !

Керн Людвик Ежи

– Рад стараться!
– И адъютант вновь почтительно вытянулся.
– Итак, могу я сообщить, что вы согласны принимать в воскресенье парад?..

– Разумеется, согласен. А во сколько?

– В десять утра.

– Какая рань!
– простонал Фердинанд.
– Утром в воскресенье я люблю поспать.

– Может быть, парад назначить несколько позже, - предложил адъютант, скажем, днём?

– Днём в воскресенье часто бывает дождь, - заметил Фердинанд.

– Это верно, - подхватил

адъютант.
– Днём в воскресенье часто бывает дождь.

– Впрочем, случается в воскресные дни дождь и с утра, - заметил Фердинанд.

– Случается, случается, - поддакнул адъютант.

– А иногда бывает и с утра и днём...

– Может, перенести парад на другой день?
– спросил адъютант.

– Мысль неплохая, - обрадовался Фердинанд.
– Только на какой?

– Действительно, в неделе столько дней... Выбрать что-нибудь подходящее и в самом деле трудно, - со вздохом заметил адъютант.

– Может, понедельник?
– предложил Фердинанд.

– Устраивать в понедельник парады не очень-то хорошо, - отозвался адъютант.

– Это почему же?
– поинтересовался Фердинанд.

– В понедельник люди не могут прийти в себя после воскресенья.

– Тогда давайте во вторник...

– Во вторник нельзя, потому что по вторникам в казармах генеральная уборка.

– Генеральная? А мне приходить надо?

– Не обязательно.

– Тогда давайте в среду...

– Исключено!
– воскликнул адъютант.
– По средам упражнения по команде "лечь - встать!"

– А что, если в четверг, а?

– Четверг... четверг... Что такое у нас в четверг?
– задумался адъютант. Четверг тоже отпадает, потому что каждый четверг генеральская инспекция.

– Генеральская?
– спросил, заинтересовавшись, Фердинанд.
– Это, выходит, чья же?

– Ваша!

– Моя?

– Да, ваша, генерал.

– Тогда в четверг ничего не получится. Давайте перенесём его на пятницу!

– Ой, генерал, пятница скверный день!

– Это почему же?
– удивился Фердинанд.

– Ещё ни один парад, назначенный на этот день, не обошёлся без происшествий. Старики ветераны не помнят ни одного удачного парада в пятницу. Обязательно кто-нибудь оплошает. То солдаты собьются с ноги у трибуны, то лошадь вдруг начнёт брыкаться, то пушка сама собой выстрелит. Нет, нет, решительно не советую...

– Может, оно и верно, - согласился Фердинанд.
– Зачем рисковать? Перенесём его в таком случае на субботу. Что вы скажете о субботе, мой друг?

– Суббота и в самом деле идеальный день для парада, - ответил адъютант. Но у субботы есть один недостаток, генерал...

– А именно?
– осведомился Фердинанд.

– Суббота всегда накануне воскресенья, и

все к нему готовятся. Одни идут к парикмахеру, Другие принимают ванну, третьи гладят дома костюм и так далее... Кто будет любоваться парадом?.. А без зрителей парад - не парад. Вы ведь, наверно, и сами так считаете?

– Весьма справедливо, - снова согласился Фердинанд.
– Без зрителей парад не парад. Надо будет записать: в этой фразе таится великий смысл. Без зрителей парад - не парад... Без зрителей парад - не парад...

И Фердинанд несколько раз подряд повторил эти слова, наслаждаясь их звучанием и взвешивая скрытую в них глубокую истину.

– В какой же день мы можем, по вашему мнению, рассчитывать на наибольшее количество зрителей?

– Мне кажется, - ответил, поразмыслив, адъютант, - наибольшее количество зрителей бывает в воскресенье.

– Значит, вы считаете, что воскресенье больше всего подходит для парада? спросил Фердинанд, испытующе глядя на своего офицера.

– Я думаю, да, генерал, - с уверенностью произнёс адъютант.

– Что ж голову ломать?
– сказал Фердинанд.
– Устраиваем парад в воскресенье, и делу конец.

– Слушаюсь, генерал. В воскресенье в десять утра, не так ли?

– Нельзя ли позднее?
– простонал Фердинанд.
– Я так люблю поспать в воскресенье.

– Днём бывает жара, генерал. А когда жарко, вид у солдат несвежий. Не то что с утра. Поэтому я советовал бы часов в десять.

– Ладно, - вздохнул Фердинанд.
– В десять так в десять.

– И ещё одно, генерал...
– заметил адъютант.

– Слушаю.

– Помните ли вы о том, что нам сегодня к портному?

– Понятия не имею.

– Вы, по-видимому, изволили забыть об этом.

– Возможно, - согласился Фердинанд.
– А для чего, собственно, нам к портному? Не можете ли вы открыть мне эту тайну?

– Вам надлежит примерить новый мундир, - отрапортовал, вытягиваясь по струнке, адъютант.

– Тот, который на мне, очень мне нравится, - признался Фердинанд, любуясь своим отражением в зеркале.
– Я думаю, вы со мной согласитесь: мундир у меня отличный.

– Соглашусь, - ответил адъютант.
– Мундир у вас в самом деле красивый, но тот будет ещё красивее. Принимать парад в старом мундире не полагается.

– В каком? В старом?..
– крикнул в негодовании Фердинанд.

– Тысячу раз простите, - пролепетал испуганный адъютант.
– Я не хотел вас обидеть...

– А я ни капельки не обиделся, - весело отозвался Фердинанд. И тут же, изменив голос, грозно прорычал: - Но мой мундир обиделся. Невежа, ты должен немедленно извиниться.

Адъютант стоял бледный, не в силах произнести ни слова.