Прощай, Лоэнгрин!
Шрифт:
21
Лошадиное, ленивое фырчание было словно первой партией, звучащей в тонкой природной симфонии звуков. Жиля полностью оправдывала свою кличку. Кобыла не отличалась упитанностью, ростом и красотой. Почти двадцать лет Жилька тянула жилы в Пылюкановке и неизменную телегу, которая была сверстницей четверногой работяги.
Кобыла была вроде переходящего знамени в селе, и сдавалась своим хозяином в краткосрочную аренду, если кому нужно было съездить накосить травы около прилеска или привезти дров. Периодически Жилька вытягивала из Пылюкановки деревянные гробы, по традиции
Последние два дня арендатором была Анна Витальевна, а нелегкий труд косаря взяла на себя Аврора. Девушка испытывала угрызения совести по отношению к собственному телу, которое за полтора месяца праздной сельской жизни вернуло все утраченные килограммы. Боль утраты притуплялась, злость и ненависть затирались и заливались фисановским самогоном. Правило трех стопок кануло в лету.
На подворье бабы Нюры царил идеальный порядок и чистота. День за днем выгребая навоз, слежавшийся с гнилым сеном, девушка, чувствовала, что и сама перерождается. Разнообразное зверье терлось о ноги, куры носились пернатыми шаровыми молниями, сбивая с ног, когда новая порция зерна засыпалась в кормушки или щедрая рука вываливала вываренные фрукты с компота. В общем, процесс шел, раны на сердце затягивались, но очень медленно.
Да и отец старался каждый день выправить неверное решение своего упрямого чада, которое было нехитро сформулировано в фразе: «Я за ним не поеду!»
«За ним» был Габриэль Сомерсбри.
«Не поеду» было емким обозначением отношения к этому человеку, которое Аврора приняла за единственно верное. Хотя, Винсент при каждом удобном случае упорно напонимал, сколь серьезно оставлять на авось в живых человека, который может загубить с таким трудом спасенных людей.
— Мы не знаем, насколько Сомербсри информирован. Аврора, разве ты не поняла до сих пор, что этот человек может манипулировать самыми ничтожными свежениями!?
— Вот и займись этим сам, папа. Мы сколько здесь? Почти два месяца и почему-то до сих пор живы.
— Его забрали! — только и успел выпалить Винсент, чувствуя как внутри разгорается ярость от упрямства дочери.
— Уже? Ну, и отлично! Справедливость восторжествовала! Так что, не смей мне тыкать этим. Кроме того, я считаю, что это скорее всего очередной фарс, чтобы скучно не было. Не удивлюсь если он со своими подельниками ставки на меня сделал.
— Значит ты видела запись?
Аврора запнулась, испытывая огромное желание снова навестить Фисана и залить память алкоголем. Под тяжелое разрушительное колесо пагубного пристрастия за одно попадут, сожаления, сияющиее глаза Сьюзан, которую Габриэлю удалось исцелить, и немое сожаление, которое исходило от Керо Лоудверча тем утром в Лондоне, когда парень с мольбой в голосе просил Аврору не вылезать из постели.
Запись по просьбе отца откопал в архивах ФБР Дон Боддл. На ней был заснят человек с окровавленным лицом, привязанный к стулу, в окружении мужчин. Его голова обессиленно свешивалась на грудь, правая нога выпрямлена и перебинтована чуть выше колена. Один из головорезов объявил, что некий Габриэль Сомерсбри является их заложником. В этот момент он схватил бедолагу за светлые волосы, пропитанные потом и резко потянул назад, чтобы камера крупным планом засняла лицо.
Полузакрытые глаза, разбитая бровь, распухшие от побоев скулы и частое тяжелое дыхание указывали на то, что этого человека пытали. Аврора
— Двадцать миллионов евро и цифровое устройство, которое биометрически запрограмирован работать только с данными мистера Сомерсбри — его личный телефон. Это требование для освобождения.
У Авроры сложилось впечатление, что деньги были затребованы для отвода глаз. Ничтожная сумма по сравнению с ежедневной вырочкой от торговли наркотиками.
Богатый опыт во всевозможных пытках, заставили Аврору затаить дыхание. Да, человек на видео очень похож на Габриэля, но она отказывалась верить, что он добровольно отправился в колумбийский казимат. Этому мужчине хватило бы средств, чтобы навсегда исчезнуть и беззаботно жить до конца своих дней.
«Это не он!»
Вынеся категоричный вердикт, Аврора продолжала ежедневно выслушивать гневную речь отца, который наоборот был уверен, что видео не постановочное.
К тому же, в прессе царила абсолютная тишина, ни одного упоминания о похищении.
— Ты без проблем отыщещь его на Амазонке.
— О, ты у нас даже знаешь, где спектакль будет проходить, — Аврора кривлялась во всю.
— У тех парней на видео тату набита — безголовая змея, завязанная в узел с номером. Они называют себя…
— Семсабека, я знаю.
— Дело пары недель, даже не придется близко подходить к базе, а потом один меткий выстрел и вопрос закрыт. Снайперские навыки у тебя получше моих, папа. Не взывай в моему чувству долга больше. Боюсь, что предъвзятость заставит меня промахнуться в последний момент. Ты ведь это хочешь услышать. Не так ли? Что я до сих пор сохну по Габриэлю. На этих чувствах решил сыграть?
Каждый раз разговор на болезненную тему заканчивался бурной ссорой. Заслышав громкие крики в доме, баба Нюра уже не пыталась усмирить спорщиков, а просто шла в гости к соседке.
Каждая новая неделя, ложилась очереднем тяжелым камнет в сердце Авроры. Время изменило себе, перестав хвастаться своей знаменитой терапией. Благо, что козы гадили как никогда, не оставляя девушку без работы.
Слова, угрозы и сомнения, в итоге сплетались клубком змей и по ночам набрасывались, укоряя и отравляя ехидным шипением. В этом жутком звуке явно слышалось одобрение тупого бездействия, в которое девушка погрузилась с головой.
И так изо дня в день. Только одно и спасало — возможность выжать из тела все силы изнуряющей работой, без перерывов на перекур и обед, заползти поздней ночью в дом, съесть обильный ужин, и ненавидя саму себя, приложиться к бутылке.
Злополучный телефон покоился под половицей около окна. Аврора не выдала отцу главной изюминки гаджета относительно мгновенного поиска любого человека на земле.
— Если ты не возьмешь ситуацию под контроль, мне придется вмешаться! — однажды пригрозил Винсент.
— Да, пожалуйста! — легко отмахнулась Аврора, иронично скривившись. Эти уловочки она знала наизусть. Шла простая проверка психологической зависимости от Сомерсбри, учитывая их любовную связь.
И вот как гром среди ясного неба, вчера отец быстро собрал вещи и уехал. Вернулся он в Германию, или по зову долга понесся в Бразилию, Аврору мало волновало. Куда хуже было то, что наконец-то ее оставили наедине с собой.