Прощай, цирк

Унен Чон

Когда выпускаешь книгу, порой приходят сообщения от знакомых, связь с которыми давно утрачена. Один ребенок позвонил мне и со слезами в голосе рассказал, что он не забыл, как я положила ему в карман десять тысяч вон; позвонила моя лучшая школьная подруга, ныне сама мать школьников.

Вероятно, книга стала для меня некой станцией, передающей сигналы: она оповестила тех, кого я знала, о моем нынешнем состоянии и ждала от них ответных сообщений. Поэтому сейчас я должна отправить им свое послание.

Я должна сказать людям, когда-то стоявшим со мной плечом к плечу, но в итоге оставившим меня: «Все

нормально, все хорошо, все нормально, поэтому не стоит беспокоиться».

Многие люди помогали мне писать роман. Мне до сих пор искренне жаль, что я не смогла как следует извиниться перед учителем Ким Чжомсуном и его друзьями, обучавшими меня диалекту чосончжогов в городе Ёнгире. Они отвели меня к гробнице принцессы Чжонхё в Дуньхуа и, вероятно, тем самым нажили себе немало неприятностей в отношениях с местным парткомом.

Я хотела бы выразить благодарность Ким Хэхва, члену экипажа корабля «Дон Чхун Хо», которая не только дала имя моей героине, но и предоставила мне пассажирскую каюту первого класса. Я благодарна тайгону дяде Симу, который показал мне содержимое своей сумки, едва услышав, сколько я могу заработать, если напишу этот роман. Глядя на то, как я таскаю с собой тяжеленный багаж, дядя Сим сказал, что я вполне могла бы стать тайгоном. Он посоветовал мне оставить труд писателя и начать плавать вместе с ним на корабле. Надо сказать, что блюдо кимчхи-пибимбаб, приготовленное им специально для меня, действительно было сладким, словно мед. Я благодарна тете Со, продававшей китайские лекарства в подземном торговом центре Инчхона, за то, что, хотя я доставляла ей массу хлопот, она ни разу не упрекнула меня. Интересно, мистер Ким, массажист из бани Чхомсудон, по-прежнему отправляет домой всю зарплату?

Кроме того, я бесконечно благодарна всем тем людям, чьи имена я не упомянула, но навсегда сохраню их в своей памяти.

От переводчиков

Роман повествует о страшной и трагической любви главной героини Лим Хэхвы, этнической кореянки из Китая, и мужчины по имени Ли Инхо родом из Южной Кореи. Рассказ идет от лица младшего брата Инхо — Юнхо и самой Хэхвы. Автор, желая лучше передать атмосферу, в которой разворачиваются события этой трагической истории, с первой до последней главы держится ровного, почти равнодушного тона.

Знакомя читателя с трагедией Хэхвы, которая, отчаявшись быть счастливой, заканчивает свой жизненный путь в море; рассказывая о несчастье, постигшем ее нерожденного ребенка; описывая самоубийство Инхо, — автор не изменяет своей сдержанной манере.

Завязкой для последующего развития романа является приезд Ли Юнхо со своим братом в Китай — братья надеются подыскать старшему невесту среди этнических кореянок. В развлекательной программе поездки предусмотрено посещение китайского цирка, мотив которого проходит через весь сюжет произведения и даже определяет выбор названия романа. Однако главному герою Юнхо ясно, что в цирке артисты не просто показывают чудеса гибкости и демонстрируют пределы физических возможностей человека — они ежедневно рискуют жизнью, поэтому выступления циркачей вызывают у него не восхищение, а жалость. Так автор, по мнению переводчиков, образно сравнивает наш мир с цирком.

Прочитав

роман, можно почувствовать, что автор любит всех своих героев, словно родных детей, и одновременно черпает любовь из них. Вот что она пишет в послесловии:

«Однако если быть честной перед самой собой, то я получала много больше любви, чем отдавала. Мне дарили свою любовь Хэхва, королевство Пархэ и море. Они сочувственно вздыхали, гладили меня по спине, заглядывали в глаза. Я принимала их любовь, но не была уверена в том, что отдавала ее в равной мере».

Несмотря на столь нежное отношение к своим героям, автор ставит их в такие невыносимые ситуации, которые в итоге приводят некоторых из них к самоубийству. Она говорит:

«Я гнала их на край пропасти и безжалостно бросала в море. Мне хотелось подарить им утешение, любить их беззаветно, но моя любовь была эгоистичной. Они же, несмотря на все гонения, по-прежнему оставались рядом со мной: обнимали за плечи, когда я тряслась от страха, согревали меня своим теплым дыханием».

Автор коснулся проблемы определения идентичности этнических корейцев, общности истории, трудностей с пониманием, возникающих у людей одной нации, новых чувств, рождающихся на новой родине. Сегодня вопрос установления своей идентичности стал актуальным для миллионов людей, навсегда покинувших свою страну. Кто я теперь? Что есть моя родина? Родина — место, где ты родился и вырос? Или страна, где тебе комфортно жить? Или родина остается в твоем сердце, где бы ты ни находился?

Такие значимые факторы, как глобализация и эмиграция, влияют на наше мировоззрение, постепенно изменяя его: «В итоге какое значение имеют все эти пустые слова: партия, национальность, государство?» — говорит одна из героинь романа. Хорошо это или плохо, ответить нелегко. С одной стороны, совсем неплохо, если бы людей объединила не национальность, а принадлежность к человеческому роду. Но, с другой стороны, такое развитие событий маловероятно, поскольку нежелание элиты терять власть заставляет их стравливать народы, чтобы удерживать их на орбите своей влияния по принципу «разделяй и властвуй».

Автор критически осмысливает современное корейское общество, которое, несмотря на достижения значительного прогресса в области прав человека, все еще остается патриархальным. Она критикует общество, где молодые женщины все еще остаются товаром, игрушками в руках мужчин, предметами удовлетворения сексуальных аппетитов, а не равноправными членами семей.

К сожалению, во многих странах мира женщина до сих пор занимает именно такое положение. И хотя в Корее в целом формально не нарушаются права женщин, в провинции по-прежнему сохраняется традиционное отношение к женщине, как в старину, когда она была лишена многих прав.

Автор, не побоявшись критики со стороны жителей яркого, сверкающего глянцем современного общества, показывает нам недостатки социальных устоев, при которых на первом месте всегда стоит капитал, а человеческие чувства не определяют поведение.

Общество, в котором женщина воспринимается как вещь, игрушка для забавы, — обречено. Потому что такая женщина никогда не воспитает свободолюбивого человека; она вырастит еще одного раба, который, став тайгоном, за деньги будет готов провести через границу не только безобидные товары, но и наркотики.