Прорыв

Гор Александр

Я не зря вспоминал о наших мечтах оснастить СССР ракетным оружием. По нашему настоянию в одной из «шарашек» НКВД сосредоточены отбывающие наказание и находящиеся на свободе конструкторы ракет, которые сейчас тоже получают недостающие им для работы знания. В том числе, и те, носителями которых являются люди, привлечённые мной и Владимиром Михайловичем Бабушкиным к «побегу в прошлое». Таких буквально пара человек, но мы постарались запастись вузовскими учебниками, которые существенно облегчат работу ракетчиков.

Дело это, разумеется, нескорое и чрезвычайно затратное. Так что ожидать «выхода» в скором времени не следует. Опять же, ракета — это сложнейший комплекс механизмов и агрегатов, чтобы изготовить

которые, требуется создание целой промышленности и серьёзнейшая модернизация уже существующих её отраслей. И в первую очередь — получение новейших, ещё не производимых в СССР материалов. А это тормозится текущими проблемами, вызванными подготовкой к войне с ведущими европейскими державами — Великобританией, Францией и Польшей — и множеством их сателлитов. У которых в этом варианте истории не будет серьёзнейшего врага в лице Германии.

С другой стороны, ситуация несколько проще в другой важнейшей и затратнейшей области, которая серьёзно влияла на послевоенные события — в области ядерных исследований и разработки ядерного оружия. Не зря война является двигателем науки, а смертельная угроза — важнейшим стимулов разработке оружия. Здесь, в этой реальности, ни Британии, ни Америке ничто не угрожает. И никакого подозрения в том, что гитлеровская Германия занимается разработкой ядерного оружия, ставшего толчком и для британского ядерного проекта, и для американского, ни у кого не существует. И если эти проекты стартуют, то на несколько лет позже. Так что у СССР есть возможность спокойно, без надрыва, без чрезмерного напряжения сил, спокойно заниматься подготовкой к разработке этого оружия.

И опять же, чтобы не терять время, средства и ресурсы, начинать Игорь Васильевич Курчатов будет не «с нуля», а опираясь на свои же собственные расчёты, сделанные им в нашей реальности. Ну, и на вычислительные мощности нашего Медисциплинарного научного центра.

* * *

Дорогой читатель, помни! Скачав данную книгу на пиратском сайте и, тем более, залив её туда, ты будешь жить с осознанием того, что этим ты причислил себя к пассивным гомосексуалистам: https://author.today/post/563637#first_unread

Фрагмент 3

5

Джон Смит, 11 августа 1940 года

Конечно, нас очень раздражали колониальные устремления Италии, вылившиеся во вторжение итальянской армии в Эфиопию. Но владение колониями мы считаем суверенным правом европейцев, носителей бремени белого человека. Если это не противоречит британским интересам. В случаях же, когда эти противоречия незначительны, мы стараемся сначала договориться с теми, кто создаёт эти противоречия.

Да, итальянцы перешли нам дорогу в вопросе контроля над эфиопскими золотыми рудниками, принадлежащими императору этой страны, Хайле Селассие Первому. Этому чернокожему узурпатору престола, называющему себя потомком мифического царя Соломона. Ведь добытое на тех рудниках золото оседало не только в швейцарских банках, но и в британских. Но начинать войну с европейской державой из-за далёкой страны, населённой дикарями, шедшими в бой с копьями и щитами против вооружённой пулемётами и аэропланами, европейской армии даже стыдно. Пусть «макаронники» тешат самолюбие тем, что владеют этими горами и пустынями. Со временем они уйдут оттуда, либо по собственной воле, либо под ударами повстанцев, которых негласно поддерживаем мы. А уж тогда мы сможем предъявить счета Хайле Селассие, живущему на территории Англии, в Уимблдоне.

Эфиопия и часть Сомали — это не Ливия, не остров Родос, не Албания, расположенные у Италии под боком. Это огромные транспортные потери. Ведь даже за транзит грузов по единственной железной дороге, связывающей столицу Эфиопии с французским портом Джибути, им приходится платить

немалые деньги. А до Джибути ещё нужно доплыть, оплатив стоимость прохода через Суэцкий канал нам и египтянам.

Всё шло бы своим чередом, если бы не повстанцы, всё ещё не сложившие оружия в борьбе с завоевателями. Ими управляет «правительство в изгнании» всё того же Хайле Селассие, пользующегося нашей поддержкой. А с ним у нас существует договорённость о том, что эти повстанческие отряды могут укрываться на территории Британского Сомалиленда, если их преследуют итальянские либо сомалийские войска, подчиняющиеся итальянцам. Такое случалось нередко, но вплоть до лета 1940 года их преследование ограничивалось территорией, подконтрольной Италии. В начале же июня, в очередное раз преследуя повстанцев, сомалийцы под руководством итальянского офицера вторглись на территорию Сомалиленда на глубину около десяти миль.

Тогда обошлось без громких дипломатических демаршей, британские и итальянские колониальные чиновники сумели уладить конфликт без лишнего шума. Но этот случай был воспринят итальянцами как повод для дальнейших безнаказанных рейдов на подконтрольную Великобритании территорию. И во время одного из них случилось то, что должно было случиться: сомалийская конница столкнулась с британской колониальной пехотой, командир которой принял решение силой отразить незаконное вторжение. В результате боя наши солдаты потеряли троих убитыми, погиб один итальянский офицер, а второй получил тяжёлое ранение и был захвачен в плен. Численность дикарей, погибших от винтовочно-пулемётного огня, не представляет никакого интереса.

На этот раз дипломатам нашлась работа. И Муссолини, болезненно воспринявший инцидент, потребовал от своего британского коллеги, Нэвилла Чемберлена, не препятствовать преследованию «бандитов» даже на территории Британского Сомалиленда. А поскольку получил довольно резкий отказ, заявил, что оставляет за своими солдатами такое право, даже несмотря на позицию британского премьера.

Столь жёсткие позиции сторон в вопросе, по которому, в общем-то можно было договориться ко всеобщему удовлетворению, были продиктованы ещё и ситуацией вокруг португальских колоний. После захвата Польшей территории Португальской Западной Африки и объявления этой страной войны полякам (я хорошо помню появившуюся в газетах карикатуру, изображающую брызжущую слюной крошечную собачонку на короткой цепи, облаивающую идущего за высоким забором слона и подписью «Португалия объявила войну Польше») Муссолини пришёл к выводу, что грех не воспользоваться случаем для дальнейшего приращения колониальных владений. Тем более, существует решение Лиги Наций с требованием немедленно вернуть аннексированную колонию её законному владельцу.

Как стало известно агентам SIS, Италия и Португалия заключили секретное соглашение о помощи итальянцев вернуть Португальскую Западную Африку с дальнейшим совместным управлением колонией на условиях кондоминиума. И вот 3 июля итальянский флот, воспользовавшись тем, что польские боевые корабли отправились за очередной партией переселенцев, в точности повторила польскую операцию по оккупации данной заморской территории. Причём, основную часть десанта, захватывавшего уже польские административные здания, составляли «добровольцы» из бывшей Германии.

Варшава, в связи с этим объявившая о том, что находится в состоянии войны с Италией, немедленно обратилась к нам и французам с требованием тоже объявить войну итальянцам. В соответствии с имеющимися союзническими соглашениями о таком шаге в случае внешней агрессии. Увы, но из-за резолюции Лиги Наций, объявившей польскую аннексию в Африке незаконной, Польше пришлось довольствоваться резкими заявлениями министерств иностранных дел Великобритании и Франции в адрес Италии, вмешавшейся в польско-португальский конфликт.