Пророк
Шрифт:
Джон получил свою порцию индейки на бумажной тарелке и чашку кофе и прикинул, что если поспешит, то сможет занять складное кресло рядом с Карлом и поговорить о чем-нибудь с мальчиком. У всех собравшихся в доме были семьи, дети, истории про детей - про их неприятности, которые следовало уладить, или про их поведение, которое следовало исправить; предметы гордости, чтобы о них рассказывать; внуки, чтобы их представлять присутствующим; сыновья и дочери, чтобы поощрять их к осуществлению далеко идущих замыслов, - и, черт побери, у Джона тоже была семья... в некотором роде. Семья эта
"Чей ты сын? Где ты живешь? Давно тебя не видел - ты часто здесь бываешь?"
Джон перешел из столовой в гостиную, осторожно протиснувшись между Клэем, Кэндис и Сузан, которые по прежнему стояли в дверном проеме. Он поймал взгляд Карла и сказал:
– Привет!
Карл улыбнулся ему.
– Эй, Джон!
– Это был Роджер, Папин брат. Глазами и лбом он очень походил на отца, да и линия седеющих волос была, несомненно, та же.
– Можешь уделить мне минутку?
– Конечно...
– Они все еще стояли неподалеку от группы в дверном проеме. Они двинулись в центр гостиной, окруженные со всех сторон кузенами, кузинами и детьми - через нескольких малышей им даже пришлось перешагнуть.
Роджер придвинулся поближе и сказал тихим голосом, более никому в комнате неслышным:
– Гм-гм. Папа был человек основательный. Он любил порядок во всем. Насколько я понял, ты займешься всеми имущественными делами и проследишь за тем, чтобы о Лил позаботились.
Джон улыбнулся:
– Да. Мы с Мамой уже встречались с адвокатом, все бумаги в порядке, и Мама прекрасно во всем разобралась. Ей нужно будет перевести на свое имя некоторые счета, но это не сложно. А Папа все так устроил, что теперь ей хватит денег до конца жизни. Кроме того, она всегда может рассчитывать на меня.
– Это замечательно, Джон. Но послушай, если я чем-нибудь смогу помочь тебе, дай мне знать.
– Можно сейчас?
– Валяй.
– Папин магазин перешел к Маме, но нам нужен человек, который вел бы дела, исполнял бы обязанности управляющего вместо Папы.
Роджер кивнул:
– Хорошо. Я наведу справки.
– Бадди и Джимми стоят за прилавком, магазин работает. Но вот в офисе полный застой, нужно наверстывать упущенное.
– М-м. Есть у меня один славный человек, работающий пенсионер. Он сможет временно занять должность управляющего, пока вы подыщете постоянного работника. Я позвоню ему в понедельник.
– Отлично. И потом свяжись со мной.
– Джон посмотрел в угол гостиной. Карл по-прежнему сидел там.
– И еще одно, - сказал Роджер.
– Да?
– У тебя нет никаких мыслей по поводу вскрытия? Тебе не кажется... э-э-э...
Джон недоуменно покачал головой:
– Не знаю, Роджер. Этому можно найти сколько угодно объяснений.
– Но... если какие-то телесные повреждения Джон получил не в результате несчастного случая, значит...
– Действительно, медицинский эксперт сказал, что некоторые телесные повреждения, полученные Папой, не похожи наследствия несчастного случая. Но это еще неточно, и
– М-м-м... Я просто хочу знать, вот и все. Джон кивнул:
– Я понимаю. Я просто надеюсь, что все понимаю правильно. Вся эта история, Папина смерть, настолько уму непостижима, настолько... бессмысленна. Боюсь, мы пытаемся найти какое-то объяснение просто для того, чтобы иметь его.
Роджер тихо, грустно усмехнулся.
– Да. Возможно, и так.
– Он повернулся к группе в дверном проеме.
– Клэй, до меня дошли слухи о твоем повышении.
Джон освободился. Карл по-прежнему сидел в углу. Джон уступил дорогу нескольким детям, гнавшимся за резиновым мячиком под строгие восклицания мам: "Не бегайте в доме!" - а потом быстро прошел к складному креслу рядом с Карлом.
– Занято?
– Нет.
Джон сел и осторожно поставил бумажную тарелку на колено, а чашку с кофе на подоконник.
– Ну и как дела?
– Нормально.
– Мама уже ушла?
– Нет. Она и не приходила.
– О...
– Она торопилась на самолет в Лос-Анджелес, так что высадила меня здесь. Все мои вещи там, на веранде.
Джон не собирался делать недоуменное лицо, но все это показалось ему довольно странным.
– Хм-м... Жаль, что мне не удалось встретиться с ней. Мы и парой слов не успели перекинуться в церкви.
Карл не ответил - просто перевел взгляд в середину комнаты. Наступило молчание. Тяжелое, давящее молчание. Теле ведущий в Джоне занервничал.
"Скажи же что-нибудь, Джон. Все равно что".
– Я...
– одновременно начали Карл и Джон. Пауза. Джон ободряюще сказал: Продолжай.
– Я буду в городе некоторое время.
Джон чрезвычайно обрадовался. Хорошие новости.
– О!.. Серьезно? У тебя... э-э... здесь друзья? Или какие-то дела? Что?
Казалось, Карл несколько замялся с ответом.
– Ну... пожалуй, и то и другое. Получил заказ на картину, которую хотел написать... так... чепуха.
Их разговор начинал походить на телевизионное интервью. Джон спрашивает, Карл отвечает, часы тикают.
– Как дела у твоей матери?
– Замечательно.
– Она по-прежнему работает у Уэмбли и Майерсона?
– Получила повышение. Теперь она начальник отдела. У нее все в порядке.
– Что ж, здорово. А ты как? Ты скоро собираешься возвращаться в школу?
– Пока нет. Мне нужно отвлечься от учебы, выяснить для себя кое-какие вопросы.
– М-м... Конечно.
– Они оба перевели взгляд в середину комнаты, и Джон воспользовался случаем откусить кусок индейки и глотнуть кофе.
– Знаешь, - наконец сказал Джон, - я рад снова видеть тебя.
– И я рад снова видеть тебя, - эхом повторил Карл. Похоже, на этом разговор можно было закончить, но Джон не хотел этого. Ему в голову пришла идея.
– М-м.. Слушай, если ты собираешься на некоторое время остаться здесь... почему бы тебе как-нибудь не заглянуть ко мне на телестудию? Я бы там тебе все показал, ты увидел бы, где работает твой старик, а потом мы пошли бы куда-нибудь пообедать.