Пророк

Перетти Фрэнк

Лесли пожала плечами.

– Пока не знаю.

Джон выпрямился в кресле и принялся просматривать составленный в уме список.

– У всех нас полно работы, и, думаю, нам нужно действовать быстро, прежде чем нас обнаружат и губернатор сможет замять все дело.

– Мы только что видели, как такое случилось, - сказала Лесли.

– Ты все правильно поняла, - сказал Карл.

– Именно поэтому нам необходимо действовать тайно. Я даже не хочу ставить в известность полицию до тех пор, пока мы не найдем какой-нибудь след, по которому они действительно смогут успешно пойти. Вряд ли мы вмешаемся в какое-нибудь следствие, поскольку

в данный момент никакого следствия не ведется. А кроме того, на Шестом канале работает репортер, поддерживающий постоянную связь с полицией, и если до него дойдут слухи о наших подозрениях, эти слухи непременно дойдут и до Тины Льюис, и прочих работников студии.

– Так что надо делать?
– спросил Карл. Ему не терпелось приступить к действиям.

– Карл, мы с тобой позвоним по телефонным номерам, записанным в Папиных бумагах, и постараемся выяснить, кто такой этот фельдшер и что он знает. Потом на основании полученных данных Лесли сможет выйти на... э-э... врача, заполнявшего свидетельство о смерти Хиллари.

Лесли нашла свидетельство о смерти и имя врача.

– Доктор Лиланд Грей.

– Итак, Лесли, ты разыщешь его и посмотришь, сообщит ли он вообще какую-нибудь информацию. Он ли производил вскрытие, а если нет, то кто, и... в конечном счете нам нужно узнать истинную причину смерти. Где-то по ходу дела были совершены какие-то подтасовки или попытки что-то скрыть.

– А доктор Деннинг?
– спросил Карл.

– Я все еще жду его возвращения из Сакраменто, - сказала Лесли.
– Но я не беспокоюсь на этот счет. Думаю, это дело в шляпе.

– А что сказала Дин Брювер?
– спросил Джон.

– Чем ближе я ее узнаю, тем больше уважаю. Мы разговаривали сегодня по телефону, и, думаю, она понимает, что произошло, и по-прежнему доверяет нам. Макс все еще не доверяет, и Дин приходится трудно. Она не решается снова взаимодействовать с нами, пока он не остынет.

– Заключение патологоанатома поможет нам, не так ли? Лесли улыбнулась.

– Если мы сумеем раздобыть его, - а для этого все равно понадобится помощь Дин, - оно послужит прекрасной умилостивительной жертвой. Мы должны убедить Макса, что никто не собирается снова использовать его.

Джон нахмурился.

– Именно поэтому нам нужно все держать в тайне, пока мы не сможем вести игру на наших условиях. Я по-прежнему придерживаюсь своей гипотезы, - а возможно, и больше, чем гипотезы, - что и Хиллари, и Энни умерли в одной и той же клинике. Но если мы хотим доказать это, нам потребуются официальные показания и от Шэннон Дюплиес, и от другой девушки, назвавшейся Мэри. Если Шэннон Дюплиес является той самой подругой, которая звонила в "службу спасения", и если "Мэри" согласится снова помочь нам и записать свои показания на пленку. А если мы хотим получить такие результаты, мы больше не можем нарушать конфиденциальность дела и совершать промахи.

– Желаю успеха!
– простонал Карл. Джон твердо ответил:

– Такова наша задача, ребята. Такова наша цель.

– Такова наша цель, - согласилась Лесли.
– Плюс раздобыть любые сведения, проливающие свет на смерть твоего отца?

– У меня есть тайное подозрение, что по ходу дела мы наткнемся на них. Одним словом...
– Джон принялся делать какие-то заметки в блокноте, не переставая говорить: - У меня есть один приятель в законодательном собрании штата, Чарли Мэннинг. Он обычно поставлял мне частную информацию, когда я работал репортером...

– Интересное

было время, а?
– спросила Лесли. Джон улыбнулся.

– О, оно опять становится интересным. Но в любом случае я спрошу у Чарли, происходили ли недавно какие-нибудь перестановки в администрации губернатора. Мне просто интересно, есть ли у кого-нибудь из близкого окружения губернатора причины выступить против него.

– Отдав секретную пленку торговцу слесарно-водопроводным оборудованием? спросил Карл, не ожидая ответа.

Джон на миг замер.

– Хм-м... Что бы Папа ни обнаружил, для кого-то это послужило достаточной причиной, чтобы убить его.

Теперь, когда они убили его, давление непременно будет оказано на любого, кто сунется в это дело.
– Он сделал паузу, убедился, что все внимательно смотрят на него, а потом закончил: - К чему бы или к кому бы ни вел в конечном счете след, они будут не в восторге от наших действий.

22

Как выяснилось, Глен Мерфи - чье имя стояло первым в Папиных заметках был одним из давнишних клиентов оптового магазина Баррета "Все для слесарно-водопроводного дела", который на паях с братом держал маленькую ремонтную службу и магазинчик розничной торговли сантехническим оборудованием на южной окраине города. По телефону он произвел впечатление шумного, веселого парня из тех, что увлекаются охотой, рыбалкой и любят смотреть футбол по телевизору с большим экраном. Во плоти он оказался верзилой с раздавшейся талией, настоящим рубахой-парнем.

– Да ну, без шуток?
– прогрохотал он, стоя за прилавком своего магазинчика со сложенными на груди ручищами.
– Неужели я действительно вижу перед собой сынишку Джона?

– Безусловно, - сказал Джон, отвечая на крепкое рукопожатие Глена.
– А это мой сын и внук Джона, Карл. Глен схватил руку Карла и смял ее в огромном кулаке.

– Рад познакомиться, Карл.
– Потом сказал Джону: -Симпатичный парнишка у тебя.

Карл улыбнулся. Этот парень заставил его слегка смутиться, но по крайней мере Глена Мерфи не оттолкнет его внешний вид, который существенно изменился. Карл позволил бабушке сделать себе достаточно традиционную прическу - волосы ровно подстрижены по бокам, пробор слева - и воздержался от каких-либо критических замечаний. Что же касается украшений, он оставил их дома в ящике своего стола. Подобную перемену Карл объяснял только той причиной, что он просто почувствовал ее своевременность.

– Ну ладно, - сказал Глен чуть более сдержанным тоном.
– Эл уже здесь, так что давайте пройдем в офис. Джек, стань за прилавок.
– Джек, молодой человек в синем фартуке, кивнул и занял свой пост, а Глен провел Джона и Карла по проходу мимо стендов с душевыми насадками и гибкими трубами к офису, расположенному в задней части магазина.

Глен представил собравшихся друг другу:

– Познакомься, Эл, это Джон Баррет- младший... сын Джона Баррета. А это внук Джона Баррета, Карл. Джон и Карл, это Эл Коннорс, фельдшер.

Эл Коннорс оказался молодым усатым блондином лет тридцати с сумрачным выражением лица, в простых джинсах и клетчатой рубашке.

– Очень приятно. Я видел вас по телевизору. И ваш отец рассказывал мне о вас.

Глен расчистил место на столе, чтобы сесть, а прочие нашли себе стулья.

– Эл, просто чтобы ввести тебя в курс дела: речь пойдет практически о том же, о чем шла в прошлый раз. Помнишь, я звонил тебе, говорил, что старший Джон Баррет хочет поднабраться у тебя кое-какой информации?