Пронзенное сердце
Шрифт:
Она заметила, что человек этот плотного сложения и одет в красное. Новости из Эшборна, оживилась она. Приближаясь, девушка обратила внимание, что Николаc наклонился к Питеру и что-то тихо сказал ему на ухо.
Питер странно взглянул на Николаев и быстро вышел через боковую дверь, даже не поприветствовав Эмилин, что было совсем не свойственно ему.
Пройдя примерно половину большого зала, Эмилин заговорила:
— Милорд, мне сказали, что у нас гость… — Не договорив, она застыла на месте, узнав тронутые сединой волосы, темные
— Эшборн цел и невредим, — прервал ее Николас. — Мой отец освободил Уота от обязанностей сенешаля. Думаю, что нам здесь очень понадобится такой опытный воин, если, конечно, Уот согласится остаться. — Эмилин улыбнулась Николасу, ни на секунду не выпуская руки Уота.
Уот поклонился.
— Благодарю, милорд. С радостью принимаю предложение. — Голос его казался таким родным, глубоким и теплым, манеры — скромными и свободными. Эмилин поняла, как ей не хватало его все это время.
— Сэр Уолтер привез известие, что король со своей армией подступает к Йорку, — пояснил Николас.
Девушка взглянула в тревоге.
— Идет на север? Он может явиться сюда?
— Этого мы не знаем, миледи, — серьезно ответил Николас. — Сейчас для вас имеется другая забота.
— В чем дело? — забеспокоилась она, но в эту минуту боковая дверь открылась и вернулся Питер, причем его лицо, обычно бледное, покрывал заметный румянец. За ним шел еще один мужчина. Руки Эмилин невольно поднялись к щекам.
Мужчина был высок, очень худ, длинные светлые волосы свисали до плеч. Он остановился в нескольких шагах и молча смотрел на нее, а потом поднял руки ладонями вверх.
— О Господи! — вырвалось у Эмилин. Слезы против ее воли затуманили глаза. — О Господи! — С сомнением шагнула она вперед. Сердце билось яростно, дышать стало трудно. Словно стрела, пролетела девушка оставшиеся несколько шагов.
— Эмилин, — проговорил Гай.
Обняв брата, Эмилин моментально ощутила и его истощенность, и его страшную усталость. Гай напоминал светлого медведя. Более мускулистый от природы, чем Николае, и раза в два более массивный, он был знаменит своей силой. Но сейчас Эмилин казалось, что она сможет поднять его.
— Гай, — выдохнула она, слезами намочив его подбородок, — когда?..
— Меня освободили в ноябре, — ответил он.
— Миледи, — вмешался Уот. — Лорд Гай вернулся домой слабым, будто новорожденный младенец, и необходимо было время, чтобы он набрался сил? Для поездки в Хоуксмур.
— Но почему же никто не сказал мне, что Гай на свободе? Уот, ты же писал Николасу!
— Я знал, Эмилин, — ответил Николас. — Но молчал. — Эмилин недоуменно взглянула на мужа. — Гай был
— Ты болел? — Она посмотрела на Гая.
— Он нуждался в еде, питье и отдыхе, — пояснил Уот. — Он едва не умер с голоду в тюремной камере.
Эмилин в ужасе закрыла лицо руками. Питер мрачно кивнул.
— Это вполне обычный метод короля Джона, миледи. Голодающий заключенный обходится значительно дешевле, чем сытый. Многие так и умирают в королевской тюрьме. Джон в таких случаях объясняет, что это случайность, и просит простить ему его забывчивость.
— Какая немыслимая жестокость! Но как же тебе удалось вырваться на свободу? Король отказывался выпустить тебя, прикрываясь тем, что вина твоя слишком тяжела.
— Любая вина имеет свою цену, сестричка, по крайней мере, для Джона. Твой господин заплатил за мою вину.
Эмилин обернулась. Николас спокойно наблюдал за ними. Глаза его сейчас казались серо-зелеными на фоне покрытых румянцем щек. Этот румянец, свидетельство его смущения и уязвимости, поразил и рассмешил Эмилин.
— Николас! Неужели ты заплатил выкуп?
Он коротко кивнул, не отводя глаз от ее лица.
— Я не стану платить выкуп за собственный замок, как я уже говорил. Но не было другого способа увидеть Гая свободным. Король настаивал на приговоре — измена. В конце концов, его кошелек оказался разумнее, чем он сам.
Гай рассмеялся.
— Я поздравляю тебя с прекрасным браком, сестричка! Я бы не смог найти тебе жениха лучше этого славного рыцаря.
Протянув Николасу руку, она на секунду задумалась:
— А я бы и не согласилась выйти ни за кого другого.
Пальцы мужа крепко сжали ее ладонь.
— И снова я говорю тебе «нет», Эмилин. Король мечом прорубает себе дорогу через всю Англию. Я хочу, чтобы ты была в безопасности.
Николас быстро шагал по двору, а Эмилин пыталась поспеть за ним, сжимая на груди плащ: утро выдалось холодным.
— Но Хоуксмур слишком далеко на западе, король не станет суетиться из-за нас, — настаивала она. — Ты сам говорил это Питеру вчера вечером.
Барон раздраженно взглянул на нее и вошел в конюшню, но Эмилин и не собиралась отставать.
— Мы и так провели врозь большую часть времени с тех пор, как поженились, — настаивала она, входя в теплый сумрак. Зевающий конюх, задававший в этот момент сено лошадям, недоуменно взглянул на барона и его супругу, а потом натянул капюшон и вышел.
— Не проси меня уехать сейчас, Николае, — продолжала Эмилин.
— Как ты не поймешь: король наутро поджигает каждый дом, в котором провел ночь. Да, действительно, Хоуксмур в стороне, он может сюда и не добраться. Но Джон непредсказуем. Если он затаил на меня зло за участие в подготовке хартии, то вполне может послать карательный отряд с заданием спалить замок. Он знает, что я не буду откупаться.