Проклятый город

Гарднер Эрл Стенли

Мелроуз открыл рот, закрыл его и, не говоря ни слова, прикрыл лицо руками. Когда он отнял ладони от лица, его глаза горели бешеной яростью. Выставив вперед руки, он потянулся к Макфи. В этот момент вошел Литтнер, сжимавший под мышкой коричневый сверток. За ним следовал Рой Круикшэнк. Где-то в отдалении продолжал гудеть голос мэра. Мелроуз покачал головой и опустил руки.

Литтнер, не говоря ни слова, сел в кресло и положил сверток перед собой на пол. Круикшэнк сунул в рот сигарету, надвинул шляпу на глаза и прислонился к стене.

— Папку нашли? — монотонным голосом поинтересовался Мелроуз.

— Погоди, Сэм. Нам нужны гарантии, что в городском совете будут наши люди, — ответил Макфи. — Для

начала сделаем небольшую передышку. Я расскажу Литтнеру, кто убил Дэймона и его мать.

— Ладно, — облизал губы Мелроуз.

Макфи сунул ему листок с постановлением. Сэм прочитал его и, перевернув, вспыхнул:

— Мои ребята Дэймона не убивали. Клянусь Богом, Макфи, если это очередная подстава…

— Я никогда никого не подставлял, — спокойно произнес детектив.

Мелроуз вышел, закрыв за собой дверь. Рокочущий голос мэра оборвался, и послышались приглушенные препирательства.

— Господин мэр, город пока еще принадлежит мне, — донесся голос Мелроуза.

Макфи сел в кресло. Взгляд его глаз метнулся к ванной комнате и на мгновение остановился. Детектив вытер лицо.

— Ну и теплынь стоит, — мягко заметил Литтнер.

— Необычная погода для такого времени года, — пробормотал из-под шляпы Круикшэнк.

— Может быть, Сэм купит нам по стаканчику содовой, — тихо рассмеялся Макфи, глянув на пухлого Роя и осторожного Литтнера. — Забавная вещь — политика. Главное, не трогай кого не надо — и смело цепляй на себя медали.

— Кто-то же должен носить медали, красавчик? — молвил Круикшэнк.

— Я с этим городом еще не закончил.

Вошел Мелроуз. Его щеки горели. Он передал Макфи постановление, сел и опустил голову. Он не произнес ни слова и даже не посмотрел на детектива. Макфи внимательно изучил подпись. Где-то громко тикали часы. В соседнем зале рокотал мэр:

— Я уверен в Люке Аддамсе как в самом себе. С огромным удовольствием…

«Голландец Луи и его друзья» снова заиграли джаз. Макфи посмотрел на дверь в ванную комнату, мигнул и перевел взгляд на резной столик. Подошел к нему, склонился над корзинкой для телеграмм и принялся копаться в бумагах. Потом выпрямился и уставился на дымящийся кончик сигареты. Медленно перевел взгляд. С вешалки, возвышавшейся рядом со столом, свисало несколько плащей. Макфи подошел, сунул руку в карман одного из них и вытащил длинный конверт, в уголке которого было надписано «Шелдон». Конверт был открыт. Детектив в него заглянул.

Мелроуз поднял голову. От ненависти у него сузились зрачки, а глаза полыхнули яростью. Он не произнес ни слова. Макфи передал Круикшэнку постановление за подписью мэра и бумаги.

— Пусть пока полежат в редакции «Трибьюн», — сказал детектив.

— Хорошо, — отозвался Рой.

15

Литтнер передал Макфи сверток.

— Его доставили со свалки номер три, — сообщил полицейский.

— Отлично, — кивнул Макфи. Он положил сверток на колени и глянул на часы: — Тридцать пять минут первого. С того момента, как в ресторанчик «У Като» заглянула девушка, разыскивавшая меня, прошло ровно двадцать четыре часа. Она сказала, что за час до этого парень, с которым она проводила время, по имени Ренс Дэймон, вошел в театр «Гайети». Она утверждала, что он направился туда вслед за Сэмом Мелроузом.

— Вздор! — взорвался Мелроуз. — В это время я был на яхте у Скаддера. У меня алиби, куча свидетелей, — замолчав, он приложил салфетку к губам. Потом заявил: — Ребята, у вас на меня ничего нет.

— Мы с девушкой направились в театр, — тихим голосом продолжил Макфи. — Мы обнаружили, что Дэймон мертв. Кто-то его застрелил. При этом стрелявший наступил на тюбик с гримом красного цвета, оставил кучу следов вокруг тела Дэймона и вышел. Следы грима я обнаружил также и в доме Мэгги Одэй. Мэгги приходилась

Дэймону матерью. Она отвезла его тело домой в инвалидной коляске. Мэгги тоже погибла — отравилась газом. Однако на ее голове была рана. Возможно, от падения. Возможно, ее кто-то ударил. Как я уже сказал, в доме Мэгги Одэй я тоже нашел следы грима. На газете. На обуви Мэгги и Дэймона грима не было. Из этого я заключил, что злоумышленник убил Дэймона, наступил в темноте на тюбик с гримом, раздавил его и перемазал туфли. Грим смывается плохо. Мэгги увидела, как злоумышленник выходит из театра. Преступник заметил старую женщину, он проследил, как Мэгги добралась до дома с телом сына, после чего проломил ей голову, не исключено, что ее собственным костылем. Потом открыл газ, чтобы обставить все как самоубийство, к которому Мэгги подтолкнуло горе. Однако он скрылся, не заметив, что наступил на газету. Опять же, повторюсь, грим смыть сложно, и, когда злоумышленник увидел, что стало с его туфлями, он, вполне естественно, решил от них избавиться. Вроде бы чего здесь сложного? Аннет. Люди Литтнера отыскали их.

Макфи развернул сверток, который принес Литтнер. Показалась пара туфель-лодочек из зеленого атласа. Детектив поднял одну из них. Подошва, подъем и правая сторона туфли были испачканы в красном гриме.

— Так, значит, мои ребята не виноваты! — выпалил Мелроуз.

Макфи закурил и некоторое время смотрел на часы. Наконец он продолжил:

— Как я сказал, за мной в ресторан заехала девушка. На ней были зеленые туфли-лодочки. Именно эти. Когда я повез ее домой три часа спустя, на ней были туфли из змеиной кожи. Она выбралась из театра и позвонила в полицию примерно в час тридцать. Я подобрал ее на Третьей в четверть четвертого. У нее было почти два часа. Вполне достаточно, чтобы выследить Мэгги Одэй, убить ее, вернуться в машину, доехать до дома, прихватив папку с делом Шелдона, переодеться и вернуться обратно на Третью улицу. — Макфи принялся вертеть спичкой в ухе. — Чего я не мог взять в толк, так это зачем Ирен Мэйо было убивать Дэймона. Она ведь собиралась выйти за него замуж и сделать губернатором. Поэтому я вернулся в театр и попытался разобраться с траекторией пули. Там я нашел горизонтальную бороздку на дверном косяке…

Макфи замолчал. Послышался сдавленный всхлип, сменившийся рыданиями. Детектив вытер платком лицо и шею. Минуту стояла тишина.

— Записки от мистера Тайного Агента писала Ирен Мэйо, — продолжил Макфи. — Именно она подкинула сюда папку, потому что блондинка купила Дэймона за пять кусков. Ирен вчера вечером с Дэймоном не было. Но она следила за ним. Добралась до театра. Мелроуза, естественно, там не было. Ирен попыталась пойти на риск и решила состряпать новое «дело Шелдона», насовав в папку чистой бумаги. Она сказала, что нашла ее у Дэймона, пока я был в другой комнате с Леклэр. Ирен заявила мне, что чуть не оказалась в дураках. На самом деле в дураках едва не оказался я сам. — Макфи с мрачным видом уставился на сигарету. — Должно быть, Дэймон сам отдал ей пистолет Метца. Ирен не собиралась убивать Дэймона, отнюдь, ведь он, согласно ее плану, должен был стать губернатором. Она целилась в Леклэр, потому что блондинка могла пустить все ее труды прахом. Женщины непредсказуемы. Пуля срикошетила от дверного косяка и попала в Дэймона…

Снова раздался крик, полный страдания и боли. Макфи встал и направился к ванной. В комнате грохнул выстрел, эхом отразившись от стен. В три прыжка детектив преодолел расстояние до двери и распахнул ее. Он вынес на руках рыжеволосую девушку и положил ее в кресло. Их обступили Литтнер, Мелроуз, Круикшэнк. В комнату вбежали люди, рокочущий голос мэра оборвался…

— Я не думал, что она на это пойдет, — произнес Макфи и хрипло добавил: — Мне не так уж часто приходится иметь дело с женщинами…