Проклятый город
Шрифт:
Они обменивались репликами между собой, но я, понятное дело, и слова не мог уразуметь из того, о чем они говорили. Потом трое удалились, а один остался присматривать за нами. Он был вооружен люггером. [4] Мы слышали, как остальные передвигаются по дому. Поиски, должно быть, продолжались около часа. Потом тот, кого я посчитал главарем, вернулся и что-то сказал тому, кто нас сторожил. Оба были просто в восторге.
«Неумно будет, если вы не останетесь в комнате на много минут», — бросил мне главарь, и они оба покинули нас, закрыв за собой дверь.
4
Люгер (др.
Я понимал, что они ушли, но из-за ноги не мог даже двинуться. По словам доктора, мне крепко повезет, если смогу самостоятельно передвигаться через пару месяцев. Я не хотел, чтобы моя жена выходила наружу, рискуя напороться на кого-то из них, пока те окончательно не убрались, но она настояла на этом. Убедившись, что они действительно покинули дом, она позвонила в полицию, а потом метнулась к кладовке, где обнаружила, что сверток Моллоя исчез.
— А сам Моллой никак не намекал на то, что же могло находиться в этом свертке? — поинтересовался О'Гар, когда Рихтер закончил свой рассказ.
— Ни единым словом, кроме упоминания, что за этим охотятся сиамцы.
— А он узнал сиамца, пырнувшего его ножом? — спросил я.
— Думаю, что да, — медленно проговорил Рихтер, — правда, я не уверен, что он говорил мне об этом.
— Вы можете вспомнить его слова?
— Боюсь, едва ли.
— Думаю, что я помню, — вмешалась миссис Рихтер. — Мой супруг, мистер Рихтер, спросил: «В чем дело, Моллой? Ты ушибся или болеешь?» Моллой издал краткий смешок и, прижимая ладонь к груди, произнес: «Ничего серьезного. Я налетел на сиамца, который меня преследовал на пути сюда, но не уберегся и позволил ему себя поцарапать. Однако мой маленький узелок при мне!» Он снова рассмеялся и похлопал по своему свертку.
— Он еще что-нибудь говорил об этих сиамцах?
— Не напрямую, — ответила миссис Рихтер. — Но он просил нас не зевать, если по соседству с домом мы заметим каких-либо азиатов. Он сказал, что ни за что не оставил бы свертка у нас, если бы полагал, что это может грозить нам опасностью, но добавил, что всегда остается вероятность того, что все может пойти скверно, и чтобы мы проявляли осторожность. А еще он сказал моему супругу, — она кивнула на Рихтера, — что сиамцы преследуют его уже много месяцев, но теперь, когда у него есть надежное хранилище для своего свертка, он «возьмет их с собой на прогулку, но забудет привести обратно». Именно так он и выразился.
— Много ли вам вообще известно о Моллое?
— Боюсь, что нет, — Рихтер вновь помедлил с ответом. — Он обожал рассказывать о местах, где бывал, и о том, что там видел, но из него и слова нельзя было выдавить, если речь заходила о его делах. Мы впервые встретились с ним в Мексике, как я вам уже говорил, в 1916 году. После того как он спас нам жизнь и помог скрыться, мы не виделись почти четыре года. Как-то ночью он позвонил, а потом заскочил к нам на часок-другой. Он тогда, по его словам, направлялся в Китай, и ему было еще необходимо уладить массу дел, чтобы выехать на следующий день.
Несколько месяцев спустя я получил от него письмо из Куинс-отеля в Кэнди, в котором он просил меня выслать список всех импортеров и экспортеров, работавших на тот момент в Сан-Франциско. Он поблагодарил
Через год Моллой провел здесь еще одну неделю, сообщив, что был в Бразилии, но, как обычно, и словом не обмолвился о том, что он там делал. А парой месяцев позднее я получил от него письмо из Чикаго. Он писал, что будет в нашем городе через неделю. Однако не приехал. Вместо этого, какое-то время спустя он написал из Владивостока, извиняясь, что не смог выполнить свое обещание. Сегодня мы увидели его впервые — с тех самых пор.
— Откуда он родом? Есть ли родственники?
— Он всегда говорил, что у него нет ни дома, ни родных. Я предполагаю, что он родился в Англии, хотя, кажется, он об этом никогда не упоминал, и я не знаю, что именно навело меня на эту мысль.
— У тебя есть еще вопросы? — спросил я О'Гара.
— Нет. Давай-ка глянем на место происшествия, вдруг эти сиамцы оставили после себя какие-то следы.
«Глянули» мы по полной программе. Мы не стали делить территорию, осматривая все сообща. Буквально все — от чердака до подвала — каждое укромное местечко, ящичек, уголок. Подвал порадовал нас больше всего: именно там, в остывшей топке, мы обнаружили пригоршню черных пуговиц и обугленные пряжки от подтяжек для носков. Однако верхние этажи также внесли свою лепту: так, в одной из комнат мы нашли смятый чек из магазина в Окленде с надписью: «Скатерть столовая — 1 шт.», правда, в других комнатах нам не попалось даже подтяжек.
— Это, конечно, не мое дело, — заметил я Рихтеру, когда мы с О'Гаром вновь присоединились к остальным. — Но мне кажется, если в суде вы будете стоять на том, что это была самозащита, вам все может сойти с рук.
Рихтер попытался вскочить с кушетки, но его подвела нога.
Женщина неторопливо поднялась с места.
— И, возможно, это ваш единственный выход, — обратился к ней О'Гар. — Почему вы не постарались его отговорить?
— Да, для вас это будет единственно возможным выходом, — продолжил я. — Вы можете заявить, что Рихтер кинулся к вам на помощь, когда ваш муж вас схватил. Ваш муж выстрелил в Рихтера и наводил оружие на вас, и тут вы его закололи. Это прозвучит в суде вполне убедительно.
— Мой муж?
— Ага, миссис Раундс-Моллой-Доусон. Точнее говоря, ваш бывший муж.
Рихтер разомкнул губы ровно настолько, чтобы процедить:
— Что означает вся эта чертова бредятина?
— Довольно-таки грубые слова, особенно учитывая, кто их произнес, — рыкнул на него О'Гар. — Если это бредятина, то как же тогда следует назвать вашу байку, что вы тут нам поведали, — про коварных сиамцев, загадочный сверток и еще бог знает про что?
— Не будь с ним чересчур суров, — сказал я О'Гару. — Ему пришлось пересмотреть столько фильмов, что его представление о правдоподобии явно сместилось. В противном случае он бы уж сообразил, что разглядеть сиамца в лунном свете в 23.45 решительно невозможно хотя бы потому, что луна восходит лишь в 00.45, именно тогда, когда ты мне и позвонил.
Рихтер выпрямился на здоровой ноге.
Внушительной формы капрал придвинулся к нему вплотную.
— Может, я его на всякий случай обыщу, сержант?
О'Гар покачал своей пулеобразной головой.
— Зря время потеряешь. На нем ничего нет. Они очистили дом от оружия. Держу пари, дамочка все выкинула прямо в залив на пути в Окленд, куда она рулила за новой скатертью, чтобы использовать ее вместо саронга, который прихватил ее муженек.
Последние слова буквально добили эту парочку.