Проклятый берег
Шрифт:
Этим я спас ему жизнь. Вы думаете, я дождался за это благодарности? Ошибаетесь. Он подал жалобу, меня вычеркнули из матросских списков и отдали приказ об аресте. Тот, кто в наши дни ждет благодарности от людей, горько разочаруется.
В Оран тем временем не заходило ни одно судно, способное пренебречь формальностями. А ведь такие суда бывают. За неделю я практически ничего не заработал. Пару раз лишь мы подработали у доктора Квастича, занимавшегося, помимо всего прочего, еще и ввозом в страну лекарственных
А вообще время было трудное. Альфонс (и оба его компаньона) начали даже торговать запасными частями, так что автомобильная рама из цистерны исчезла.
Планов у нас было много, но светлые ночи мешали привести их в исполнение. Судьба распорядилась так, что как раз в день ангела одного из моих близких родственников поднялся небольшой туман – вестник того, что в открытом море бушует шторм.
Компаньоны Альфонса предложили не упускать удобного случая.
Я сослался на день ангела, но они ответили, что это просто нелепое суеверие.
В конце концов они решили, что воспользуются ненастной ночью. Я тоже отказаться не мог. Что ни говори, а я делил с ними краюху хлеба (если, конечно, она была), а дружба – дело святое.
В ночной темноте мы забрались на баржу, груженную кремом для бритья. Сторожа мы аккуратно связали и уложили под кучей мешков.
За этой баржей мы наблюдали уже несколько дней. С Орловым мы договорились заранее, и теперь, снявшись с якоря, высадили сторожа в нескольких километрах от города, а сами пристали в заранее намеченном месте.
Вскоре Альфонс пригнал от расположенных неподалеку казарм суданских зуавов грузовик с двумя находившимися почему-то в беспамятстве механиками, и мы начали разгрузку.
Все шло гладко, но, когда мы уже собирались отправляться, возникла неожиданная помеха.
К нам беглым шагом приближалась рота зуавов.
Что им можно растолковать? Дикие негры… Разумнее уступить. Верно ведь?
Альфонс круто развернул машину и крикнул нам:
– Выкидывай груз! Быстро!
Машина рванулась с места. Мы поскорее выбросили тяжелые ящики, а заодно и обоих еще не пришедших в себя механиков. Нам вдогонку начали стрелять, и один из компаньонов Альфонса вывалился из машины вслед за ящиком с кремом для бритья. Машина, набирая скорость, мчалась вдоль рядов пальм.
– Плохо дело, – сказал оставшийся в живых компаньон.
Вдали показались огни фар. Вызванное по тревоге подкрепление!
– В день ангела любимых родственников за такие дела не берутся, – заметил я поучительно. – В этом-то причина всей нашей беды.
– И еще в том, что за нами гонится столько солдат, – добавил Альфонс.
Мы свернули вправо, в сторону приближавшихся огней города.
– У окраины
И как раз у перекрестка!..
Сплошное невезенье… Из-за угла выскочил полицейский мотоцикл с коляской… Я прыгнул к стоявшей рядом с тротуаром небольшой деревянной будке и свалил ее поперек дороги.
Выстрел… Свистнула пуля…
Я спотыкаясь бежал по каменистому полю, начинавшемуся сразу за городом. Слева, не очень далеко от меня, тоже слышались выстрелы, но там гнались не за мной. Там, почти взвиваясь в воздух, неслась по-кошачьи гибкая, стройная тень… Иногда она падала, но поднималась вновь…
Альфонс…
Я – неплохой бегун, но тот сумасшедший темп, в котором он, словно пружина, отталкивался от земли и летел дальше, это уже было нечто сверхчеловеческое, на такое я не был способен.
Мы бежали, спасая свою жизнь.
Ведь полиции гораздо проще пристрелить преследуемого бродягу, чем арестовывать и возиться с ним. По мнению полиции такие люди не заслуживают даже того, чтобы заводить на них дело.
К счастью, мне удалось все же добежать до первых барханов песчаной пустыни. Отличное место для того, кому приходится спасаться бегством. Множество холмов и впадин. Я вилял между ними, а за мной становилось все тише, звуки погони удалялись.
Только ведь это ненадолго. На рассвете они легко прочешут все вокруг.
И тут – то в свете взошедшей луны передо мной на вершине небольшого холма показался форт Сент-Терез.
Иностранный легион!
Ура! Я побежал к форту. Этого я еще не пробовал. Ладно, хуже, чем тайфун или карантин, не говоря уже о китайской тюрьме, легион оказаться не может…
Часовой молча пропустил меня. Через пять минут я был в пропахшей табачным дымом канцелярии. Усатый сержант брился, сбросив мундир.
– Чего тебе?
Я только тяжело дышал.
– Отдышись, свинья. Потом возьмешь на столе бланк заявления и аккуратно заполнишь.
– Переведи дух, пока я закончу писать, – раздался знакомый голос.
В конце стола сидел Альфонс и заполнял бланк.
Полиция, разумеется, запросила легион по делу об ограблении.
Допрос.
Два новобранца, появившиеся в критическую ночь и в самое что ни на есть подозрительное время, стояли навытяжку перед капитаном.
– Вы выбрали неудачное время, чтобы завербоваться, – сказал капитан.
Мы промолчали.
– В эту ночь было совершено ограбление. Мы удивленно посмотрели на него.
– Откуда вы пришли в Сент-Терез?
– Я? Из одного кабака.
– А вы?
– Хотел покончить с собой в пустыне, но потом передумал.
– Знаете друг друга?
– До встречи здесь никогда его не видел.
– Вы тоже это утверждаете?
– Да.