Прокляты лесной девой

Крутень Мария

Куда они так стремятся, было очевидно, как и то, что спешат они туда не на помощь моему злыдню, а наоборот. Но в этом был и положительный момент — я теперь знала, в какую сторону идти.

И мы побежали туда же. Было страшно, но за злыдня было еще страшнее. Я старалась не думать о том, что могу противопоставить этим воинам. Чудище? Но сможет ли Юда справиться с ними со всеми? Я не была в этом уверена, поэтому просто надеялась на то, что удастся что-то придумать.

Мы добежали к развилке, и снова встал вопрос, куда дальше. Пока я размышляла, со стороны правого коридора снова послышался топот. Мы с Юдой

и Чернышом немедленно спрятались за ближайшей дверью, к счастью, никого не потревожив. Мчались снова наемники. Из правого коридора они свернули не в левый, а туда, откуда мы пришли, поэтому пробегали они непосредственно мимо нас, и я могла их хорошо разглядеть. Физиономии у них по-прежнему были сосредоточенные и целеустремленные, но вот внешний вид оставлял желать лучшего. Потрепанные, оборванные, местами даже обгорелые, оружия при них уже не было. Вместо него они нести на руках нескольких своих еще более потрепанных товарищей.

«Неужели, это злыдень с ними такое сотворил?!» — удивилась я, на мгновение загордившись. Тем не менее, вскоре появился червячок сомнения и не давал покоя все время, пока мы добирались до залы. Для этого нам более не требовалось ни указателей, ни провожатых. Стоило свернуть в тот самый коридор, из которого удирали наемники, как нарастающие лязг и грохот подтверждали, что мы движемся в правильном направлении.

Створка двери, ведущей в залу, была приотворена, и я осторожно заглянула внутрь. Помещение кардинально отличалось от того, каким оно было всего только час назад. Вместо хрустальных колонн пол был усыпан стеклянной крошкой, больше половины зала застилали клубы черного дыма, того самого, который напускал хан, когда пытался колдовать.

Злыдень все еще был там. Он был не менее потрепан, чем те, кто только что унес ноги, однако стоял на ногах и по-прежнему держал меч. Впрочем, сквозь дыры в его бывшем когда-то нарядном кафтане блестели кольца кольчуги, как блестели и его красные сапоги.

«С чего это он так принарядился?» — мелькнула мысль, которая, впрочем, тут же была сметена другой: «У него, наверное, уже и сил сражаться нет!»

Дарину, действительно, было тяжело: волосы слиплись от пота, меч он держал уже двумя руками, тем не менее, до сих пор ловко перемещался по зале и противостоял многочисленным противникам, которые, казалось, его не замечали, и беспомощно тыкали своими мечами туда, где его давно уже не было.

— Куда же вы лезете, олухи!! — пронзил пространство вокруг визгливый голос. — Он прямо за вами!

Хан, казалось, постарел еще лет на десять или двадцать. Хвост у него на затылке стал еще тоньше, зато прибавилось брюшко, которое заметно выпирало из его совсем не по размеру куртки. К тому же он странно дергался и махал руками.

«Он колдует!» — догадалась я. Черное облако полетело в сторону злыдня, но тот, казалось, это не увидел.

— Нет! — бросилась я наперерез, но было поздно. Облако окутало и его, и нескольких его противников.

— Вот так сюрприз! — мужу я не помогла, зато меня заметили. Стало обидно.

— Прибежала посмотреть, как я сделаю тебя вдовой? — продолжал глумиться хан.

Черное облако, между тем, просело, и стало видно, что злыдень по-прежнему стоит на ногах, что нельзя было сказать о его противниках, попавших под облако. Смотрел он на меня так, что сразу захотелось спрятаться за спину чудищу, но я удержалась и, обернувшись к хану, смело бросила:

— Не дождешься!

— Это мы еще посмотрим! — ухмыльнулся тот. — Взять ее! —

приказал он тем своим наемникам, которые еще стояли на ногах и занимались тем, что вытаскивали своих поверженных соратников из зоны сражения. Услышав приказ, они мрачно насупились и, оставив упавших та, где они лежали, направились в мою сторону. Дарин что-то выкрикнул, но из-за поднявшегося шума и гвалта было непонятно что, и снова взялся за меч, но на его пути встали двое. Я тоже подняла с пола ненужный уже кому-то меч. Он оказался слишком тяжел для меня, но пару ударов я смогла бы им осилить.

— Агр-р-р! — Юда, за один прыжок преодолев расстояние от двери, встал на пути приближающихся ко мне наемников. Те оторопело притормозили, и некоторые из них даже сдали назад. Самый смелый попробовал сделать выпад в сторону чудища, и Юда не замедлил ответить, прыгнув вперед и выставив во всей своей красе свои шипы, клыки и когти.

— Рау-р-р!

— А-а-а!

— Гра-р-р!

— А-а-а-а-а!

— Что это такое?! Экз-один?! Как ты посмела притащить сюда его?! Прочь! На место! Почему он меня не слушается?! Вот тебе! — хан направил свой гнев в сторону Юды, пустив в сторону того очередное черное облако, и чудище застыл как был, с поднятым хвостом и оскаленной пастью.

— Живодер! — чаша моего терпения была уже давно переполнена, и я, наконец, выхватила из кармана первую попавшуюся склянку и открутила крышку.

— Курица! — выкрикнул тот, но я уже успела метнуть в него зелье. — Ко-ко! — выдал он, утирая лицо и указывая на меня пальцем. — Кор! Кор! — продолжил он еще более грозно. — Ку-ко?! — добавил уже озадаченно.

Видимо, зелье, которое я в него кинула, было то самое, что давало возможность понимать язык зверей и птиц, вот только бабушка забыла предупредить, что хлебнувший этого зелья сам начинает говорить на том же языке.

— Куд! Тах! Ко-ку! Тах! Ко! — продолжал разоряться хан, размахивая руками. — Куды! Ты! Ты за это ответишь! Взять ее! — снова отдал он приказ, но оказалось, что на него уже почти некому реагировать. Два самых преданных его наемника пытались сдержать Дарина, еще несколько, видимо, задетые колдовством своего хана, лежали, живописно раскинув конечности и не подавая признаков жизни, прямо на полу, а остальные исчезли. Скорее всего, в том же направлении, что и та группа, которую мы с Юдой и Чернышом встретили по пути в залу.

— Трусы! Предатели! — охарактеризовал хан сбежавших. — Вы у меня пожалеете! На корм пойдете! А кто выживет, в ногах будет валяться! В шахты, на рудники отправлю!

Услышали ли те своего правителя или нет, осталось неизвестным, но угрозы его показались вполне реальными, по крайней мере, в первой своей части. Что-то он такое наколдовал, как издалека раздался дикий рев, похожий на то, что издавало чудище, когда нападало, и где-то что-то затряслось и загрохотало. Неужели, хан вызвал сюда свое стадо воинственных хомяков-переростков?!

Мое чудище по-прежнему стояло, застыв недвижимой статуей, а кот куда-то исчез. Впрочем, времени оглядываться и искать его, у меня не было.

— Держите ее! — скомандовал черный злодей двум своим оставшимся воинам. — С этим я справлюсь сам! — патетично заявил хан и прямо из мглы, которую выпустил из своей ладони, соткал длинный, неприятно поблескивающий ребристыми краями меч.

Наемники послушались приказа и бросились ко мне, но Дарин кинулся им наперерез.

— Что ты здесь делаешь?! Зачем вернулась?! — бросил он мне в перерыве между двумя ударами.