Проклятье Победителя

Руткоски Мари

— Шантаж.

— Ох. — В глазах Ронана появилось беспокойство. — Значит, все идет не самым лучшим образом.

— Кестрел! — Пробравшись через толпу людей, к ним подошла Джесс. — Мы не думали, что ты придешь. Почему ты не сказала? Если бы мы знали, то прибыли бы сюда без опоздания. — Джесс взяла Кестрел за руку и оттянула подругу к краю танцевальной площадки. Ронан последовал за ними, а за их спинами начался второй танец. — А так, — продолжила Джесс, — мы едва выехали. Ронан был таким медлительным

и говорил, что не видит смысла идти сюда, раз тебя не будет.

— Дорогая сестра, — произнес Ронан, — надеюсь, теперь моя очередь рассказывать твои секреты?

— Глупый. У меня нет секретов. Как и у тебя, когда дело касается Кестрел. Ну? — Джесс перевела триумфальный взгляд с одной на другого. — Разве у тебя есть секреты, Ронан?

Молодой человек сжал пальцами переносицу, и его брови соединились, придав лицу болезненный вид.

— Больше нет.

— Ты отлично выглядишь, Кестрел, — сказала Джесс. — Ведь я была права насчет платья? И цвет будет отлично сочетаться с охлажденным яблочным вином.

Кестрел чувствовала легкое головокружение, но не была уверена, из-за чего: либо от облегчения при виде друзей, либо от вынужденного признания Ронана. Она улыбнулась:

— Ты выбрала материю для платья так, чтобы она сочеталась с вином?

— Не просто с вином. Леди Нерил им очень гордится. Несколько месяцев назад она рассказала мне, что планирует заказать из столицы несколько бочек для бала, и я подумала: слишком просто подбирать платье к драгоценностям, кинжалу или туфлям. Ведь бокал вина в руке тоже напоминает драгоценный камень, только жидкий, верно?

— Тогда мне стоит взять этот бокал. Чтобы завершить ансамбль.

Кестрел вовсе не забыла о своем обещании Арину, а скорее отбросила его, как и остальные мысли об Арине.

— О да, — ответила Джесс. — Бери, конечно. Ты согласен, Ронан?

— Не знаю. Меня беспокоит только то, о чем сейчас может думать Кестрел и будет ли она танцевать со мной. Если я не ошибаюсь, перед тем как вынесут это легендарное вино, нас ждет еще один танец.

Радость Кестрел спала.

— Я бы с удовольствием, но… ваши родители не будут возражать?

Ронан и Джесс переглянулись.

— Их здесь нет, — сказал Ронан. — Они отправились на зиму в столицу.

Это означало, что, будь они здесь, то возразили бы непременно — как и любые другие родители, если вспомнить о скандале.

Ронан понял мысли Кестрел по ее лицу.

— Неважно, что они думают. Потанцуй со мной.

Он взял ее за руку, и в первый раз за долгое время она почувствовала себя в безопасности. Ронан вывел ее в центр площадки, и они влились в танец.

Несколько минут Ронан ничего не говорил, а затем прикоснулся к тонкой косичке, которая свисала завитком у щеки Кестрел.

— Очень

красиво.

Воспоминание о том, как Арин заплетал ее волосы, заставило Кестрел напрячься.

— Великолепно? — сделал еще одну попытку Ронан. — Божественно? Кестрел, еще не было изобретено прилагательное, с помощью которого можно было бы описать тебя.

Кестрел постаралась говорить легким тоном:

— Что останется делать дамам, когда этот театральный флирт выйдет из моды? Вы нас разбаловали.

— Ты знаешь, что это не просто флирт, — ответил Ронан. — Всегда знала.

Он был прав, пусть Кестрел и не желала встретиться с этим знанием лицом к лицу и по-настоящему его осмыслить. Она испытала тусклую искру страха.

— Выходи за меня замуж, Кестрел.

Она задержала дыхание.

— Я знаю, что в последнее время ты столкнулась с трудностями, — продолжил Ронан, — и что ты их не заслуживаешь. Тебе пришлось быть такой сильной, такой гордой, такой хитрой. Но как только мы объявим о нашей помолвке, все неприятности останутся в прошлом. Ты сможешь снова быть собой.

Но такой она и была. Сильной. Гордой. Хитрой. Кем он ее считал, если не девушкой, которая безжалостно обыгрывала его в каждой игре в «Клык и Жало», которая отдала ему посмертный штраф Айрекса, сопроводив деньги точными указаниями, что с ними делать? Однако Кестрел промолчала. Она вжалась в изгиб его руки. Танцевать с Ронаном было так легко. Будет так легко согласиться.

— Твой отец будет счастлив. Твоим свадебным подарком будет лучший рояль столицы.

Кестрел встретилась с ним взглядом.

— Или можешь оставить свой, — торопливо добавил Ронан. — Я знаю, что ты привязана к нему.

— Просто… ты очень добр.

Ронан коротко и нервно рассмеялся.

— Доброта едва ли имеет к этому какое-то отношение.

Музыка замедлилась. Скоро танец окончится.

— Итак? — Ронан остановился, хоть музыка и продолжала играть, а вокруг них кружили пары. — Итак… что ты скажешь?

Кестрел не знала, что и думать. Ронан предлагал все, чего она только могла пожелать. Но тогда почему его слова расстроили ее? Почему ей казалось, будто что-то было навсегда утрачено? Она осторожно сказала:

— Причины, которые ты назвал, не являются причинами для свадьбы.

— Я люблю тебя. Этой причины достаточно?

Возможно. Возможно, ее было бы достаточно. Но, как только музыка замерла в воздухе, Кестрел увидела с краю толпы Арина. Он смотрел на нее со странным отчаянным выражением. Как будто он тоже боялся что-то потерять или уже потерял.

Кестрел посмотрела на него и не могла понять, как раньше не обращала внимания на его красоту. Почему эта красота никогда не поражала, подобно удару, как сейчас.