Проклятая благодать
Шрифт:
Я уловила какое-то движение справа от себя. АК выходил из одной из дверей. Он увидел меня, разглядывающую стену, и его лицо омрачилось чем-то, чего я не могла расшифровать. Он повернулся и пошел на кухню. Открыл холодильник и достал бутылку апельсинового сока. Он налил его в стакан.
— Садись за стол, — сказал он.
Все еще не зная, где мы находились и почему мы вообще были здесь — я сделала так, как он сказал. Когда села, то положила руку на живот, борясь с тошнотой. Мне было интересно, хранил ли АК какой-нибудь алкоголь у себя на кухне, спрятанный где-нибудь
Передо мной оказался стакан апельсинового сока. АК подошел к другому шкафу и достал маленький пузырек.
— Выпей это с соком, — сказал АК, садясь на стул рядом со мной и кладя две синие таблетки на столешницу.
— Что это такое?
Я взяла стакан дрожащими руками.
— Помогут с головной болью, — ответил он. — Прими их.
Я затолкала таблетки в горло и запила соком, а затем поставила стакан, когда больше не могла глотать. Между нами повисла напряженная тишина. Несколько раз, когда я набиралась смелости взглянуть на АК, он наблюдал за мной. И выражение его лица было сердитым. Его кожа была покрыта красными царапинами на щеках, шее и груди.
Я ничего не помнила об этом, но у меня было смутное подозрение, что это я нанесла ему эти отметины.
— Твои царапины? — спросила я, полная ужаса. — Это была… это была я?
АК приподнял бровь.
— Ты не помнишь?
Смущенная подтверждением, я покачала головой. Я помолчала с минуту, потом спросила:
— Где мы? Почему мы здесь?
АК запустил пальцы в волосы. Я не могла оторвать взгляда от его глаз и красивого лица.
— Я расскажу тебе позже. Прямо сейчас тебе нужно поспать. В твоей крови все ещё есть алкоголь. И когда он выйдет, тебе не понравится это ощущение.
Мой пульс участился при мысли о том, что я больше не выпью. Мне понравилось пить. Это отвлекало от мыслей, которые всегда крутились в моей голове. Мне нравилось, как это заставляло меня чувствовать.
— Мне нужно выпить.
Мои глаза в поисках выпивки блуждали по кухне.
— Здесь ничего нет, и никто ничего не привезет. Сухо, как в гребаной пустыне.
Его голос был суров, тон вызывал на спор. Но я устала, и моя головная боль усиливалась. АК поднялся со своего места.
— Пойдем со мной.
Зная, что у меня нет другого выбора, я последовала за ним и вошла через одну из дверей в комнату. Там стояли две небольшие узкие кровати, между ними — маленький столик с лампой.
— Выбирай, какую хочешь. На каждой свежие простыни. По дороге заехал в магазин, пока ты спала. Так же закупился продуктами. Пока мы здесь не закончим, нам больше ничего не понадобится.
Я поняла, что означали его слова. Он должен был держать меня здесь, где не было ни алкоголя, ни зелья Мейстера. Только он, я и мысли, которые не хотела признавать.
Не думала, что смогу это сделать.
Чувствуя себя опустошенной, привлеченная соблазном кровати, я подошла к самой дальней и нервно села на край. АК завис в дверном проеме.
— Я принесу тебе еды. Но пока поспи.
Он прислонился к дверному косяку, его мускулы играли на руках. Он был таким высоким, что занимал
— В ближайшие пару дней тебе будет дерьмово. Ты была в недельном запое, и за это должна заплатить свою цену.
Моя челюсть сжалась от внезапной вспышки гнева. Он не имел права не давать мне пить. Должно быть, он увидел гнев на моем лице, так как его выражение потемнело.
— Здесь нет никого, кроме нас, сучка. И я бы не стал пытаться, бл*дь, перечить мне. Никто не собирается терпеть твое дерьмо, особенно я. Я справлялся с гораздо худшими ублюдками, чем ты. Мы за много миль до цивилизации, и сюда никто не приедет, только ты и я. — Он развел руками. — Добро пожаловать в ад.
С этими словами АК развернулся и закрыл за собой дверь. Я уставилась на пространство, которое он занимал, желая последовать за ним и протестовать. Но мой разум напомнил о том, что он уже сделал для меня, и я не двинулась с места. Он был жестким и опасным человеком, но, как ни странно, я не ощущала страха рядом с ним.
Привлеченная комфортом постели, я откинула аккуратно застеленное покрывало и забралась под него. Пружины заскрипел подо мной, и я закрыла глаза. Должно быть, я сильно устала, так как не помнила, как заснула.
И в кои-то веки я не видела снов.
И не думала о ней.
***
Когда я проснулась, меня стошнило в ведро, стоявшее рядом с кроватью. В комнате стало темно, поэтому я поняла, что наступила ночь. Я опустошила желудок от пищи и жидкостей, которыми АК кормил и поил меня в течение дня, мое тело не могло их удержать.
Я застонала, когда мне удалось откинуться назад, чтобы лечь на кровать. Я оставалась неподвижной, затаив дыхание, пока комната не вернулась в фокус. Я чувствовала себя опустошенной и больной, и каждая частичка моего тела болела. Мне хотелось пить, и когда я посмотрела на столик рядом с собой, там меня ждали полный стакан воды и две таблетки. АК давал их мне в течение всего дня. Они немного помогали, но недостаточно.
Ничего не будет достаточно.
Я сосредоточилась на том, чтобы двигать конечностями, когда приняла сидячее положение. Проглотила таблетки, осушила стакан и поняла, что мне нужно в ванную. Мне потребовалась целая минута, чтобы убедить себя пошевелиться. Когда вышла из комнаты и направилась по коридору, никаких признаков АК не было. Я воспользовалась ванной, затем посмотрела в зеркало, висящее над раковиной. Под моими глазами появились темные круги. Щеки были желтовато-серыми.
Я выглядела ужасно.
Мне пришлось отвернуться, когда внезапный прилив эмоций сжал мое сердце.
Кто была эта женщина?
Я больше не имела ни малейшего представления.
Медленно прошла на кухню, мое тело протестовало с каждым шагом. Я налила еще один стакан воды и, когда повернулась, увидела оранжевое сияние костра снаружи. Мне больше не хотелось спать, и я жаждала свежего воздуха примерно так же сильно, как и еще одной выпивки, поэтому вышла на улицу.