Прокатимся, мэр?
Шрифт:
– Интересно!
– Знаешь почему? – Мир мотнул головой, и Богдан ответил: – Это цвет, у которого есть возможности. Можно добавить черный или белый, но выбор пока не сделан, так что… Ты будто остаешься на границе и можешь воспользоваться любым из вариантов.
Мирослав усмехнулся краешком губ.
– Вы все на свете анализируете, да?
– Видимо. Считаешь меня занудой? А у тебя какой любимый цвет?
– Желтый. И нет, я не считаю вас занудой, – повернулся к окну Мирослав. – А что насчет девушки? – выстрелил он следующим вопросом, неожиданно
– Девушки?
Богдан весь напрягся, сжал руль и уставился на дорогу так, будто там разворачивались самые захватывающие события в мире…
***
Девушка у Богдана была.
В студенческом прошлом, одна за всю его жизнь.
И по принуждению.
Рита Возняк показалась девятнадцатилетнему Богдану неплохим вариантом, чтобы притвориться гетеросексуалом и снизить родительско-братский прессинг. Нет, те не собирались его срочно на ком-то женить или отправлять к психологу, но до чего же подозрительно смотрели, вопросы задавали. Брат Вик так и вовсе на правах старшего водил его в стриптиз-клуб и совал в карманы телефоны эскорта для одиноких вечеров.
Девушка спасла бы Богдана от вероятных домыслов о его нетрадиционной ориентации.
Рите он частично признался: о любви к мужчинам умолчал, но попросил притвориться, чтобы родаки отстали. Он даже предложил ей денежную компенсацию за всякие неудобства.
– Я думаю только о карьере, я должен стать журналистом, понимаешь? А мама с папой пристали с девушками, – возмущался Богдан, вглядываясь в огромные черные глаза Риты.
Он не особо надеялся на согласие.
– Мы как в американских молодежных комедиях будем притворяться, да? Только помни, в конце таких комедий парень и девушка влюбляются друг в друга, – удивила ответом Рита.
Ну уж нет, не надейся.
«Я в тебя точно не влюблюсь».
Богдан позволил новоявленной девушке нырнуть в его объятия.
Рита оставалась его единственным романтическим переживанием, связанным с женским полом, правда, закончилось все плачевно, едва ли она поздоровалась бы с ним на улице, встретив сейчас.
Несколько секунд Богдан собирался с силами, чтобы сказать: есть любимая женщина, Маргаритой зовут. Но что-то его остановило. Озвучит вслух давнюю историю – фактически даст Мирославу от ворот поворот. И если стажер испытывает к нему чувства, кроме дружеских и деловых, то Богдан поставит на них окончательный крест.
Время шло, Богдан уже минуту тянул резину.
«Ну же, прими решение, – мысленно просил он себя. – Это же не так сложно. У тебя два десятка причин, почему у вас с Мирославом ничего не может быть. Никогда. Но почему же вероятность этих отношений так сильно тебя волнует? В жар бросает от одной мысли, что к этому парню можно будет прикоснуться, ощупать его тело. Еще два месяца и три недели ты будешь его видеть, а прощаться с иллюзией, что между вами что-то происходит, не хочется…»
– У меня нет девушки, – наконец ответил Богдан.
Мирослав рывком повернулся.
– Почему?
– Времени не хватает, наверное.
– Или желания.
Богдан
Маленький засранец блестяще знал, что и зачем он говорил.
Но еще больше Богдана поразило другое откровение, пришедшее на ум: их игры, двусмысленные диалоги… заводили.
Он прикладывал все больше усилий, чтобы не представлять их секс, но все равно представлял в красках. Особенно тот момент, как стянет с Мирослава штаны и войдет в него сзади. Наверное, эта фантазия была сильнее и горячее остальных.
Трахнуть его.
– Почему ты так решил? – Богдан сбросил скорость, чтобы дать им дополнительную минуту.
– Ну, у вас вполне хватает времени на меня, например, а на девушку… нет?
– На девушку нужно больше времени, чем на стажера.
– Это пока, – рассмеялся Мирослав. – У некоторых, кстати, стажеры берут на себя функции, м-м-м, девушек.
– Имеешь в виду служебные романы?
– Ага.
– Ясно. – На светофоре Богдан опустил стекло в приступе жара. – А у тебя есть девушка, Мир? – поинтересовался он, сохраняя невозмутимый вид. Мяч отправился на сторону Мирослава.
Не уйдет же стажер от ответа, вместо того, чтобы дать ему хоть какую-то чертовую определенность?
Но произошедшего в следующий миг Богдан не мог предсказать.
Неторопливо повернувшись к нему, Мирослав оставил руки на коленях, а ноги развел настолько широко, что одной ногой уткнулся в автоматическую коробку передач. Выглядело все это будто предложение, довольно тонкое, для избранных.
– Если честно, я больше по парням, – признался Мирослав.
И, словно этого мало, еще и провел языком по губам.
– Понятно, хорошо, отлично…
Едва остановив себя от словестного потока, Богдан взглянул на дорогу.
Не хватало еще в аварию попасть с такими разговорчиками. С таким вызывающим поведением! Жесты и намеки Мирослава действовали на Богдана как афродизиак, он нешуточно возбудился, даже ногой пошевелить боялся, чтобы стажер, не дай бог, не увидел его постыдный стояк. И ведь Мирослав не разделся перед ним, ничего такого… Тут-то Богдан и вынужден был признать, что Мирослав стал особенным для него не только по причине длительного воздержания. Что-то в нем скрывалось увлекательное, манящее, запретное, потому безумно притягательное. И как ему теперь с этим жить?
Два месяца и три недели Мирослав будет мучать его своим присутствием.
И эти отношения – все еще – огромная авантюра.
– Блядь, – почти беззвучно выдохнул Богдан, припарковавшись.
Глава 10 Неприличные фото
Выйдя из автомобиля возле учебного корпуса серого цвета, Мирослав закусил губу, чтобы скрыть улыбку.
Это было бы совсем неуместно.
Смеяться, пока Богдан хмурился, в момент растеряв позитивный настрой.
Возможно, всему виной разговор в машине. Наверняка. Но Мирослав не собирался объясняться или извиняться, ведь в том, чтобы рассказать о своей ориентации, и заключался его план.