Прогулки по Аду
Шрифт:
Рядом со мной всхрапнула лошадь, я скосил глаза. Конь, ускакавший в начале схватки, вернулся к своему хозяину и, опустив голову, обнюхивал мертвое тело.
Я взлетел в седло, поднял коня на дыбы и обрушил на солдат. Прости, благородное животное. Пронзенная копьями лошадь еще не успела упасть, а я уже был на земле. Взмах катаны — и солдат закричал, упав с рассеченным боком, второй был придавлен бьющимся в агонии конем, третий побежал.
Я оглянулся на стоявших вокруг односельчан. Публика безмолвствовала. Аплодисментов
— Да плюнь ты на этот жемчуг. Беги к лодке, — крикнул я Асуке.
Подняв последнюю жемчужину, девочка побежала. Подобрав мешок с припасами, я бросился за ней.
Ее деревянные гэта уже стучали по пирсу. Я бежал следом.
Вот и лодка. Взмах катаны, упал перерубленный причальный канат. Времени отвязывать нет. Если они сообразят, что сёгун может и деревню сжечь за то, что выпустили меня живым… А с целой деревней моему викингу не справиться.
Ветра, как назло, не было. Я схватил весла. Черт, если начнется погоня, на веслах не уйти.
Лодка тяжело отвалила от пирса. Я греб вместе с викингом. Вдох, выдох. Удар, рывок, обратный ход весла над самой водой, срывающий макушки волн. Удар, рывок. Вдох. Выдох. Лодка медленно набирала ход.
На берегу никакой суеты видно не было. Я понял. Они искали и делили остатки жемчуга. Идиоты, все равно сёгун все отберет.
Налетел легкий порыв ветра.
— Асука! Парус! — крикнул я.
Девочка вскочила и бросилась к мачте.
Ветер подул сильнее. Вскоре я облегченно вздохнул и положил весла. Погони не было. Я правил к югу.
— Давай, Дю, снимай одежду, ты весь в крови, я постираю, — сказала Асука.
Я разделся. Девочка, перегнувшись через борт, полоскала мое кимоно. Потом она расстелила одежду на лодке и села рядом со мной. Обняла меня и спросила:
— Кто ты? Ты ведь совсем не Ясуши-сан, у которого я когда-то служила. Дух акулы все-таки вселился в тебя. Но это была самая лучшая акула на свете.
Я обнял и погладил ее.
— На твое кимоно тоже попала кровь. Надо постирать.
Асука взялась было за пояс, но потом сказала:
— Давай сначала посмотрим, сколько у нас осталось жемчуга.
Осталась почти половина.
— Нормально, — кивнул я. — Для начала хватит. Потом найду еще.
— Мы ведь не вернемся назад?
— Нет, — сказал я. — Уйдем в Китай или в Корею. Но сначала надо продать жемчуг. Идем на юг в Хирото, там могут быть европейцы. И от сёгуна далеко.
были далеко в море, над нами кричали чайки и хлопал парус, уютно поскрипывала мачта. Через лодку перепрыгивали летучие рыбки. Везде была расстелена мокрая одежда. Мы голые лежали на дне лодки и смеялись, когда брызги от волн попадали на нас.
К вечеру кончилась вода. Запаса в лодке не было, только та, что взяли в дорогу. Приблизившись к берегу, я стал ждать, когда появится какое-нибудь жилье. Зайти в деревню не боялся, я прикинул, что
Тем не менее, причалив к пристани, я оставил Асуку в лодке, велев поднимать парус в случае любой опасности.
— А как я пойму, что наступила опасность? — с невинным видом спросила она.
— Ну… если ты увидишь, что деревня горит, а я бегу по пирсу, и за мной гонится толпа с вилами и косами.
— А, — сказала она.
В деревне я набрал воды, узнал, что макрель ушла на север, что в море видели пиратов, и купил свежих лепешек. И удивил всех своим намерением ночевать в лодке.
Однако удивил всех, включая Асуку, еще больше, когда, вернувшись, снова вышел в море.
По ночам без особой нужды старались не плавать. Тем более на маленьких рыбацких лодках. Но я торопился.
Викинг застрял у меня где-то в затылочной доле.
— Плохо учил матчасть, — заметил он. — У японских джонок были прямые паруса, как на драккаре, а у тебя получилась какая-то арабская фелюга. Помню, топили мы их в Средиземном.
Я поднял глаза на мачту.
— Хорошо, переделаю. А может, парус из циновок на бамбуковых растяжках, вроде веера?
— Нет, это у китайцев «Крыло дракона».
— Спасибо. И спасибо, что помог.
— Ты бы зарядку по утрам что ли делал. В фитнес бы походил. Мне было очень трудно мечом махать. Руками еле двигал. Формы никакой. Одного бассейна недостаточно.
— Спасибо, учту.
— Ну-ну, — как-то с сомнением сказал викинг и замолчал.
Наступила ночь. Асука спала, положив голову мне на колени. Я старался не шевелиться, чтобы не разбудить ее.
Ветер, слава богу, был попутный. Идти галсами примитивный прямоугольный парус не позволил бы. Я сидел на корме, положив руку на рулевое весло, и, задрав голову, глядел в звездное небо. Кто-то из древних, кажется, считал звезды дырками в небесном своде, отделяющим наш мир от полного света обиталища богов. Кто именно, я не помнил.
Я держал курс на юго-запад, ориентируясь по этим дыркам. Их японские и скандинавские названия путались в моей голове. Русских, кроме Большой Медведицы и Кассиопеи, я бы найти на небе не смог.
Ну, в общем, меньше чем через неделю мы благополучно добрались до места. По дороге я несколько раз приставал к берегу. В одной из деревень купил мужскую одежду для Асуки. Я подумал, что безопасней будет сделать из нее мальчика.
Никаких приключений по дороге не произошло. В местах, подвластных сёгуну, меня не искали, а потом и тем более. Правда, несколько раз мы видели на горизонте паруса пиратского флота. Я в таких случаях сразу прижимался к берегу и неприятных встреч счастливо избежал.