Прогрессоры
Шрифт:
Он стоял на вершине холма. Было тепло, дул влажный ветер. На юг, до самого горизонта простиралась степь, покрытая пятнами тающего снега. Там где земля уже открылась лучам весеннего солнца через пожухлую прошлогоднюю траву к свету дерзко пробивались яркие первоцветы, стремясь поскорее отметиться в этом мире и оставить потомство. Примерно такую же картину весенней степи Петрович уже однажды видел в Казахстане. Ему захотелось протереть глаза, потому что примерно в километре от него по степи степенно вышагивало небольшое, голов в двадцать, стадо лохматых слонов. Их характерные силуэты было
На востоке, севере и западе от Петровича было покрытое крошевом битого льда море. На западе оно выглядело далекой серой полоской, на севере его берег подступал уже ближе, находясь примерно в десяти-двенадцати километрах. А на востоке, покрытые шугой волны плескались всего в сотне метрах от его ног.
Майга оглушительно лаяла, разбрасывая лапами оттаявшую землю на южном склоне холма. Сергею Петровичу сразу все стало ясно - верная своим охотничьим инстинктам лайка взяла след какой-то мелкой зверушки, сходившей на разведку на ту сторону. При первых признаках опасности местный обитатель укрылся в родной норе, и теперь крутил оттуда фиги глупой собаке.
Сергей Петрович знал, с какой быстротой обитающее на открытых пространствах степное зверье способно выполнить команду 'воздух'. Да и норы сусликов и сурков, соединяясь в причудливые лабиринты, могли тянуться на многие сотни метров, а то и километры. Это вам не лиса и не барсук, у которых один или два запасных выхода. Тут таких дыр сотни. Приглядевшись, Сергей Петрович увидел бугорки свежей земли. После зимы хозяева явно проветривали свои подземные квартиры.
Мир вокруг был живым, реальным и пронзительно-чистым. Сергей Петрович пощупал позади себя - упругая, резиноподобная поверхность 'дыры', как он назвал про себя этот лаз в иной мир, была на месте. Надо было возвращаться, но, вошедшая в азарт Майга, не желала слышать команд. Проведя ногой черту по оттаявшему дерну, и отметив таким образом то место, где он попал в этот мир, Сергей Петрович пошел к своей собаке, с твердым намерением взять ее за ошейник и самым решительным образом призвать к порядку. Но не успел он пройти и десятка метров, как за его спиной раздался тоненький писк, - Ой, мамочка, мамонты!
Обернувшись, Сергей Петрович, увидел, что вся его честная компания уже перелезла к нему через дыру. Последней протискивалась держащаяся за руку Валерия Лиза. Что называется - 'картина маслом'. Эту сверхтекучую, как жидкий гелий, молодежь удержать на одном месте можно только под дулом автомата. Сергей Петрович не знал, что ему делать, плакать или смеяться, если эта 'дыра', которая так любезно пропустила их сюда, внезапно захлопнется, и он останется тут, в неизвестно когда и где, с голыми руками и четырьмя подростками на шее.
Правда у него в кармане лежит коробка спичек, а Сергей-младший, как он знал, несмотря на все запреты, таскал с собой короткий, но острый как опасная бритва складной нож. Вот вам и весь инструмент выживания. Примерно, как у Жюля Верна в его 'Таинственном острове'.
Почувствовав хозяйскую руку на своем ошейнике, Майга тут же присмирела. Обычно это означало, что телячьи нежности кончились, и начался серьезный разговор, а в случае возражений с ее стороны, Сергей Петрович предпримет воспитательные меры. Собака очень любила своего хозяина, и старалась избегать этих мер с его стороны, потому что это очень обидно, когда тебя наказывает тот, кого ты любишь.
Но это собака. А с человеческими детенышами воспитательный процесс протекает куда сложнее, особенно, если учесть их, и так тяжелое прошлое.
– Сергей, - обратился Петрович к вожаку этой маленькой стаи, - я вам где сказал стоять?
Тот закинул свою дубину на плечо и смущенно сказал, - Мы думали, Сергей Петрович, что вам нужна помощь...
– Хорошо, помощник, - вздохнул Сергей Петрович, - а девчонок то зачем с собой потащил?
– А они сами, - виновато сказал Сергей-младший, - пристали, словно репей...
– Ладно, - махнул рукой учитель, с улыбкой наблюдая, как совершенно счастливая Лиза собирает букетик цветов, то ли, одуванчиков, то ли, мать и мачехи, - что сделано, то сделано. Объявляю нашу команду на походном положении.
– Жарко здесь, - сказала Катя, расстегивая зимнюю куртку, - с меня пот так и льет.
– С меня тоже, - подтвердила Лиза, снимая вязаную шапочку, - а что мы будем делать на этом походном положении?
– Во-первых, - сказал Сергей Петрович, - Валера пулей полетит за Андреем Викторовичем...
– А что ему сказать?
– спросил мальчик, - Если я ему расскажу про все это, он решит, что я опять клея нанюхался и глюки пересказываю. А я тогда совсем не специально, оно само так получилось...
Сергей Петрович задумался, - Ничего конкретно ему не говори, а то еще действительно так подумает. Скажи только, что я просил его взять с собой 'Сайгу', Шамиля, бинокль, весь его охотничий джентльменский набор, чтобы он приехал вместе с тобой сюда на машине. Давай, давай, - поторопил Петрович Валеру, - беги, да пошустрее!
К его великому облегчению, Валерий легко прошел через невидимую дыру и исчез. Оставалось только ждать. Утянуть детей обратно, до тех пор, пока они не нахватались вдоволь впечатлений, нечего было и думать. Да и вид тут, надо сказать замечательный. Весна, солнце, птички поют, мамонты гуляют. Простор, свобода, красота... Хочется подняться над этим миром и лететь. Мамонты... С мысли Петровича сбили девочки, которые сняли куртки и, отдав их Сергею-младшему, с удвоенной энергией принялись собирать цветы.
– Так дело не пойдет, - сказал Петрович, забирая одежду у подростка, - Сережа, слазай на ту сторону, и приволоки сюда какой-нибудь длинный, но сучковатый дрын.
– А зачем?
– спросил юноша, впрочем, без пререканий направившись к дыре.
– Увидишь, - загадочно бросил ему вдогонку Сергей Петрович.
Обратно Сергей появился минут через пять, когда учитель уже начал волноваться. В руках у него был в меру кривоватый сухой ствол молодой елочки, длиной метра три.
– Годится?
– спросил Сергей-младший, поднимая вверх свою добычу.