Профессор в осаде
Шрифт:
– Я всегда против тебя, Лейс, – он тонко улыбнулся, но как-то совсем не весело. У меня внутри что-то скукожилось, где-то в самом дальнем, тёмном и холодном углу души.
– Я тоже, Марс, – так же тонко улыбнулся я, становясь полным отражением брата. Или он моим.
Мы оба замолчали и устремили взгляды куда-то в сторону, каждый думая о своём. А возможно об одном и том же. Меня одолевали тягостные воспоминания о нашем детстве, когда мы ещё были дружны. Боже, как давно это было! Кажется, что целую вечность назад. А потом
Я встряхнулся, сбрасывая с себя пыль прошлого и пошёл в зал для тренировок. Пары закончились, значит, сейчас самое время пошвыряться магией. Интересно, кто теперь станет нашим преподавателем по практике боевой магии? Ушедший на пенсию господин Грановски так и не нашёл себе замену. И ректор не спешил с поисками.
Ну, значит, как обычно будем пулять всем, что ни попадя по стенам, пока резерв не уйдёт в ноль. В конце концов эти полтора часа в зале единственное время, когда можно свободно пользоваться магией. У студентов других факультетов и такой возможности почти нет. Демонова Вильера, с идиотским Советом. Спалить бы их всех, включая мамочку.
– Эй, Марси, сразимся? – ухмыльнулся я, повернувшись к брату, когда мы оказались в зале.
– Не зови меня так, Лейси, – я поморщился, пока брат закрывал дверь на ключ.
Так нас называла мама, ласково и по-домашнему, когда мы были маленькими. И вот уже почти пятнадцать лет я ненавидел это прозвище и вообще всё, что было связано с госпожой Эленой Фаворски. А её я ненавидел так же сильно, как Вильеру и Совет. Даже Марс такой чести не удостоился.
– Так как? – на ладони появился огненный шар, а я чуть не застонал от удовольствия.
Магия свободно текла по рукам, а браслет даже не думал оживать. Восхитительное чувство! По рукам брата забегали искры льда, и он едва заметно прищурился от удовольствия. Мы пришли сюда раньше всех, поэтому могли позволить себе не сдерживаться.
Глаза напротив засветились ледяным голубым, в чёрных волосах заскрипели снежинки. Мои волосы едва заметно зашевелились, и послышался треск огненных искр. Мир перед глазами сменил тональность, показывая мне совершенно другую свою сторону. Ту, где в пространстве разливались редкие ручейки магической энергии, а Марс казался сотканным изо льда и серебристого света неземным существом.
В его глазах сейчас я был созданием из чистого пламени в снопах золотистых искр. От него ко мне тянулась тоненькая ниточка, сплетённая из двух – золотистой и серебристой. Связь, которую мы не в силах разрушить. Демонова аномалия.
Я захохотал, чувствуя странное веселье. Магия пьянила, она пузырьками бурлила в крови, еле сдерживаясь, чтобы сквозь пальцы не вырваться наружу. Я не стал больше ждать и атаковал. И началась локальная битва льда и пламени. И, самое главное, никто не увидит нашу ненормальную магию.
Лия
Это
Моргнула, меняя зрение на магическое. Корнелия видела потоки силы не так как я, более тускло, её дару не хватало мощи. Но даже сквозь восприятие Корнелии Эзел я смогла оценить увиденное. Близнецы были словно два воплощения стихий, необузданных и прекрасных в своей мощи.
Их заклинания были довольно просты и незамысловаты, мы проходили такие в школе и повторяли на первом курсе университета, но вся красота заключалась не в них, а в самих Фаворски. Я заворожённо смотрела на бегущие в их телах потоки стихий, на завихрения магии и чертовски жалела о том, что парням не повезло родиться в Вильере.
Их потенциал потрясал, в Союзе их оторвали бы с руками. Я уверена, сам Император счёл бы за честь взять их к себе на службу. Конечно, мальчикам придётся активно нагонять программу университета в Ахаэлии, но зато какое их ждёт будущее!
Я тут же одёрнула себя и нахмурилась. Лия, максимум, который их ждёт, это зарасти тиной в этом антимагическом болоте. Или закончить свои дни в Даранге, когда их тела будут просто не в состоянии сдерживать нерастраченную и неразвитую мощь.
На душе стало гадко. А ведь я могу помочь им выбраться из Вильеры. Но только в том случае, если моя миссия завершится успехом. В ином случае Ахаэльская Империя и Союз Правых откажутся от идеи адаптировать Вильеру к внешнему магическому миру и ввести в свою коалицию.
Важность моего задания незримым грузом обрушилась на плечи. Так! Прочь нерадостные мысли, даёшь позитивный настрой. Даже если моя миссия окажется провалом, я всё равно что-нибудь придумаю. Такие не огранённые алмазы нельзя оставлять в этой богами позабытой стране. Нужно ещё посмотреть и на других студентов.
Я опёрлась на ручку, чувствуя, как ноги жалобно молят скинуть с себя эти орудия пыток, по чьей-то ошибке названные туфлями. Дверь предупреждающе скрипнула, а потом насмешливо крякнула и полетела вперёд. Я, всё ещё держась за ручку, вместе с ней.
Тихо взвизгнула в полёте и громко охнула под грохот распластавшейся по полу двери. На зал опустилась звенящая недоумённо-зловещая тишина. Ребра неприятно ныли, ступни пульсировали, а лицо горело от стыда. Поэтому я предпочла прижиматься горячим лбом к деревянной предательнице и не поднимать головы на удивлённых моим эффектным появлением близнецов.
– Ага, я же говорю, в академии просто хлипкие дверные петли, профессор, – ехидно проронил Лейс, разрезая тишину.
– Профессор, вы в порядке? – прохладно спросил его брат, – вам нужно показаться лекарю?