Профессор без штанов
Шрифт:
– Пусть поживет, - просительно буркнул Алешка.
– А я?
– спросила мама в отчаяньи.
– И ты, - Алешка пожал плечами.
– Он долго будет маленьким, не бойся. Лет пять. А потом мы его отдадим в зоопарк.
– Вот и хорошо, - легко согласилась мама.
– Дима, сними со шкафа чемодан. Я эти пять лет пока у своей мамы поживу. Там крокодилы не водятся. И других чудовищ, - она выразительно взглянула на Алешку, - там тоже нет.
Насилу мы ее уговорили. Мама согласилась остаться в квартире
Мы натаскали в нее воды, и Алешка бережно перенес туда Тотошу и принялся кормить его улитками. Свежими.
Мама смотрела на все это с ужасом. И отвращением.
Вечером, когда мы с Алешкой уже задремывали, послышался ее виноватый голос:
– Отец, ты меня любишь?
Папа что-то буркнул в ответ.
– Тогда лезь опять на антресоли. Сними чертежную доску.
– Поработать решила?
– Поспать!
– резко ответила мама.
– Я не хочу, чтобы ночью эта тварь залезла ко мне под одеяло.
Папа, вздыхая и поругиваясь, слазил на антресоли, с грохотом стащил оттуда старую чертежную доску и накрыл ею ванночку с «чудовищем».
История с Тотошей наделала много шума в нашей семье.
– Я понимаю, - сердилась мама, - конечно, нужно любить животных. Но не до такой же степени!
– А до какой?
– уточнял Алешка.
– Достаточно просто их не обижать.
– А помогать им надо? Когда они в беде. Накормить, например.
– Накормить!
– вспылила мама.
– Но не родной же матерью крокодилов кормить!
Тут даже папа рассмеялся.
А мама демонстративно включила телевизор. И стала раньше всех участников игры отгадывать ответы. Только на все вопросы она почему-то бормотала один и тот же ответ:
– Крокодил!
Но постепенно мама смирилась и успокоилась. Даже привыкла. И даже подходила к ванночке и смотрела, как шустро плавает в ней Тотоша. Он даже подплывал к ней поближе, тыкался носом в край ванночки, будто хотел извиниться за то, что так напугал эту милую женщину.
– Он не кусачий?
– иногда спрашивала мама Алешку.
– Не родственник тому Джонни, который обедает человеческими носами?
– Что ты, мам!
– возмущался Алешка.
– Он всякую гадость не ест!
Но на ночь мама никогда не забывала уложить на ванночку чертежную доску и придавить ее своим утюгом и папиными гантелями.
А мы продолжали свою борьбу за права животных. У нас появилась уверенность, что существует поганая преступная группировка, которая похищает редких животных и либо берет за них замаскированный выкуп, либо продает задорого другим желающим. И деятельность этой группы становилась все более активной. А руководил ею известный вам господин Медведев по кличке Бир.
С него мы и начали…
Глава X.
В институт мы теперь заходили без проблем. Как штатные сотрудники. Ученые мужи. Коллеги. Нам даже выписали временные пропуска на целый месяц. Алешка по этому поводу, конечно, высказался:
– Ишь, постарались. Да мы эту лавочку за два дня разнесем. Да, Дим?
– Как получится.
– Я не был настроен так оптимистично.
Кабинет Бира был заперт. Мы присели на подоконник напротив двери. Алешка легкомысленно болтал ногами. А я даже не представлял, с чем мы пришли к Медведеву. И спросил Алешку. Тот мгновенно ответил:
– Как всегда - с враньем. Мы ему назначим встречу, скажем, что нашли у дяди Федора редкую летучую мышь. В гараже. Он придет, а там вместо летучей мыши ходячий тигр. Амурский, например.
– А где же ты его возьмешь?
– В Москве, Дим, что угодно можно достать. Были бы деньги.
– Современное дитя. Но с романтическими принципами.
– Денег у нас нет.
– Обменяем на что-нибудь.
Ага, страусиное яйцо на крокодила. Понравилось ему. Хорошо еще, папа об этом не знает.
Тут мимо нас прошел было молодой ученый. Остановился.
– И чего вы, воробьи, здесь расселись?
– Профессора Медведева ждем, - ответил я.
– Для консультации. Нам очень его лекция понравилась. Про белых медведей с черными носами.
Молодой ученый расхохотался:
– Профессор Медведев!… Профессор… Шарлатан он, а не профессор.
Сами знаем, чуть было не вырвалось у меня. А Лешка тут же почувствовал, что можно схавать хорошую добычу в виде информации. Главное, как следует человека разозлить.
– Это вы от зависти говорите.
– Алешка сделал вид, что очень оскорбился за профессора.
– Он великое открытие сделал. А вы сделали?
Но молодой ученый не разозлился. Он улыбнулся и присел рядом с нами на подоконник. У него было симпатичное курносое лицо и веселые глаза.
– Ну, как сказать… Великие открытия редко случаются. Но и нам кое-что удается. Так, по мелочи.
Как ни странно, но у меня эти слова почему-то вызвали уважение. Лешка тоже разинул рот.
– А чего вы открыли по мелочи?
– Да так, не стоит вашего внимания.
– А вы кого изучаете?
– Царя зверей, - скромно сказал молодой ученый.
– И фамилия ваша, - догадался Алешка, - конечно, Львов или Львовский.
– Не угадал, - удивился такому смелому предположению молодой ученый.
– Но зовут меня действительно Лева. А вас?
Мы представились. И здорово разговорились, забыв о том, что нам надо разозлить этого симпатичного Льва. Нет, он, конечно, не Лев, а именно Лева.
– Вообще-то, - сказал он, - лев не очень-то царь зверей. Красивый, конечно…