Проект «Сфинкс»
Шрифт:
— Останови здесь, — попросил Ник, заметив знакомую калитку и забор, за которым находились небольшая бревенчатая изба и сарай. Окна сруба были закрыты ставнями. — Приехали.
Василий притормозил и заглушил двигатель.
— Я тебя здесь подожду, — не вставая, сказал он, достав из вещевого автомобильного ящичка какой-то цветастый журнал. — Если что — зови на помощь.
Николай вылез из неуютного нутра «тойоты», открыл калитку и вошел во двор.
Бегло осмотрев территорию и мысленно сопоставив координаты тайника относительно
Но там его ждало разочарование.
К стене сарая была привалена огромная куча дров.
«Да-а, — с досадой подумал Николай. — Здесь без помощника не обойтись. Нужно было взять что-нибудь переодеться… измажешься, как черт, а одежда на даче, наверно, по размеру не подойдет».
Он вернулся к машине и все объяснил Василию.
— Нет проблем! — ответ не заставил себя долго ждать. — Чай не чужие! Только — уговор: если там лежит клад, то третья часть от найденного будет моей. Идет? Это нормальная цена. У меня и комбинезон есть.
— Пойдем, крохобор несчастный!
— Так все-таки клад? — заинтересованно переспросил Василий. — Я-то всю дорогу думаю: чего тебя к земле потянуло? На любителя поковыряться в огороде ты явно не похож.
— Хватит умничать и много думать. Переодевайся. Нет здесь никакого клада. Просто семейная реликвия, материально не представляющая никакой ценности.
Уверенный тон Воронова и упоминание о низкой стоимости клада слегка разочаровали Василия. Тот постоял, почесал затылок и сказал:
— Эх, не хочешь говорить — не надо! Но мое законное требование остается в силе. — И достал из багажника синий рабочий комбинезон и рукавицы. — Я с детства, вообще-то, мечтал найти что-нибудь этакое… Слушай, а если там икона какая-нибудь старинная? Они сейчас в цене! У меня есть знакомый антиквар — поможет реализовать, если что, да и с реставрацией подсобит.
— Василий, ты как флибустьер рассуждаешь. Здесь нет ни золота инков, ни Библии от Иуды. Дед оставил документы, свой дневник. Это — память. Понимаешь?
— Ага! Только «память» так не прячут, — не сдавался Василий. — Я тебе точно говорю: там будут сюрпризы и поприятней! У тебя дед с фрицами воевал? Может трофейное золотишко сховал или награды немецкие?
— Откуда у него… немецкие? — насторожился Ник. — Он в Красной Армии служил… как все. И мародером никогда не был.
— А кем служил?
— Военврач…
— А-а, — понятливо протянул Василий. — Тогда — да.
Они подошли к сараю. На дверном засове висел замок, на поверхности которого поселилась бурая ржавчина. Николай помнил: в сарае хранились лопаты, топор, лом, пилы и еще много всякого хозяйского инвентаря.
— Ну, как теперь мы поступим с таким форс-мажором? — озадаченно осведомился Василий, уставившись на ржавый, но могучий на вид замок и крепкую дубовую дверь. — Тротил я собой прихватить забыл, тарана у нас тоже
— Сейчас гляну. Должен быть на месте.
Николай подошел к двери, пошарил рукой за притолокой и достал ключ, больше напоминавший маленькую зубатую кочергу.
— Мдя, на такой ключик и Буратино бы не позарился, — пошутил Василий, рассматривая неказистый ключ.
— Какой есть, — сказал Ник. — Модель непрезентабельная, зато подходит ко всем замкам на даче. Ключ от всех дверей! Дед не любил носить в карманах связки ключей, поэтому ему и изготовили на заказ абсолютно идентичные замки.
— Мудро, — похвалил Василий. — Деду — респект. Давай, вскрывай скорее свою сокровищницу.
Воронов вставил ключ в замочную скважину и провернул. Старый замок, которым уже давно не пользовались, поддался на удивление легко, с первой попытки.
Ник распахнул скрипучую дверь и вошел в сарай.
* * *
Работая вдвоем, Николай с Василием довольно быстро управились с дровяной кучей. Но под ней, кроме прелой листвы и древесной коры ничего не оказалось.
— Что теперь? — озадаченно спросил Василий. Его лицо было покрыто сверкающими бисеринками пота. Синий комбинезон — весь в черной дровяной пыли.
— Будем копать, — тяжело дыша, ответил Ник, который выглядел не лучше. Куртку и рубашку он снял, но белая футболка и голубые джинсы покрылись грязными пятнами — от пота и грязи. Мышцы от непривычной работы наполнились тупой тянущей болью.
Николай поднял с земли лопату, но Василий забрал инструмент из его рук и спокойно сказал:
— Знаешь, Николай, ты славный парень, но позволь, я этим займусь сам. Ты к такой работе мало приучен, а я родился в деревне и с лопатой получше управлюсь, чем ты.
— К твоему сведению сообщаю: я пять лет провел на археологических раскопках в разных странах мира и знаком не только с лопатой! — возмутился Николай.
— Охотно верю. Но сейчас ты больше похож на бледную поганку, у которой забрали портфельчик.
— Ты куда клонишь? За хилого меня держишь? — обиделся Ник. — Я и тебе фору дам!
— Ну, как знаешь. Хочешь, бери совковую лопату и выгребай за мной оставшуюся землю… Кстати, где копать-то будем?
Воронов почесал мочку уха и, осмотревшись, предложил:
— Давай здесь. Начнем рыть траншею от угла до угла сарая. Если наткнемся на что-нибудь интересное — будем углубляться.
— Рациональный подход. Согласен!
Василий мысленно поплевал на руки и лихо вонзил лопату в землю. Надавил ногой, выковырнул большой ком земли и отбросил его в сторону. Следом за ним — другой, третий, четвертый. Николай заметил, как под клетчатой рубахой задвигались крепкие мускулы.