Проект Лапамир
Шрифт:
– Мы идем на Кошачьи острова. Доставим освобожденных, переговорим с магистром, а после исполним задуманное.
***
Я приказал взять курс на Кошачьи острова, так как делать нам тут было нечего. Матросы дружно ставили паруса, судно набирало ход, отправляясь вдогонку ушедшим вперед каравеллам. Наталья и Глеб стояли рядом и мы наблюдали, как капитан Клавдий поднялся на борт. Потом «Богатырь» поднял паруса и, развернувшись, лег на курс домой. Он сделал правильный выбор, так как отлично знал, что трех роботов ему не победить ни при каком раскладе.
Каждый
***
На вражескую территорию засылали группу за группой. Агенты-призраки не встречали противодействия. Пока две группы лечились и отдыхали, третья собирала информацию об английских агентах. Удивительно, как много можно узнать, если ты невидимка и тебе, по сути, мало что грозит. После десятка экспедиций Федор Иванович собрал практически полные досье на всех сотрудников вражеского шпионского центра, что-то около восьмисот человек.
Руководство сочло это успехом. Слежка выявила контакты с другими подразделениями МИ-6 и агенты тотчас переключились на них. В центре, выявленных вражеских агентов, разрабатывали по полной. Ручейки данных постепенно стекались к аналитикам. Центр готовился к вербовке.
К этой работе собирались привлечь штатных разведчиков из числа дипломатов, которым ничего не грозило в случае провала. Разве что понижение по службе, а дипломатический скандал всегда можно загасить угрожая дипломатам противной стороны, у которых рыльце тоже частенько оказывалось в пушку.
В МИ-6 похоже ни о чем не догадывались.
«Чем они там занимаются, что ничего не видят, – ломал голову Семен Семенович. – По всему выходило, что они засылают своих призраков к нам, раз не прикрывают с их помощью свою территорию».
С этой идеей он отправился к Федору Ивановичу. Тот сразу проникся и велел отправить очередную группу на прикрытие секретов проекта «Призрак». Уже через полчаса один из агентов возвратился и нарисовал схему слежки вражеских призраков за сотрудниками НИИ. Их всех обзвонили и велели добираться на службу в срочном порядке, с одной целью: привести хвосты в зону действия генератора. Через час вернулся второй агент и сразу доложил:
– Включайте генератор, мы не знаем, все они в зоне действия или нет, но там их примерно сорок!
– Звоните, пусть включают, – приказал Федор Иванович.
Следом вернулся еще один агент:
– Вы их снесли. Всех до одного. Мы обшарили всю округу – никого.
Впоследствии Федор Иванович узнал, что трое из снесенных в этой операции английских призраков, получили тяжелые инфаркты и были списаны в запас.
***
Город Слау никогда раньше не видел столько иностранных шпионов. Разумеется, реальных агентов брали не из сотрудников проекта «Призрак», у центра хватало агентов и без них. Знали об этом только майор ГРУ – Федор Иванович и Семен Семенович, начальник службы безопасности, даже академика в сию тайну не посвящали. Ну и, конечно, об этом знали все призраки, которым вменялось всячески помогать агентам, находившимся в городе Слау.
Русские агенты прибыли под видом немецких туристов, с широким посещением английских пабов в глубинке, за которую вполне
В Слау остался Джорж Томпсон, но он не мог себе позволить бегать по городу и так ему пришлось переселиться сюда, а его старая легенда трещала по швам. В конце концов, его сняли с довольствия и отправили обратно в Лондон к привычной жизни, в консервы, как это называли разведчики. Такие консервы могли годами, десятилетиями ничего не делать, но в нужный момент превращались из обывателей в агентов.
Вместо убывших «немцев» Слау понравился русскими дипломатами. Чуть не половина посольства стали обедать и ужинать в городке. По большей части в тех ресторанах, которые посещали намеченные к вербовке сотрудники МИ-6.
***
– Я могу разрушить вашу карьеру, мэм, – медленно говорил русский дипломат, специально приехавший из Лондона в Слау. – Вас выгонят из МИ-6, ведь вы обманули их с ложными данными в биографии. Ваша мать вовсе не была образцовой леди, столпом общества, членом пяти женских комитетов и семь лет жила в Ливерпуле. Я могу напомнить вам, чем она там занималась. Или лучше это рассказать вашему начальству?
– Не стоит так громко говорить, сэр!
– Хорошо, вообще нет необходимости говорить: у меня есть отличные фото. Как говорят у нас: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
– Сэр, я прошу вас с фото не здесь, – озираясь по сторонам, попросила женщина.
– В таком случае продолжим беседу в моем автомобиле, там нам никто не помешает.
Чем больше сотрудница разведки выказывала страх, тем сильнее давил русский разведчик-дипломат. Теперь они ехали по ночному Лондону в дипломатическом лимузине и было ясно, что помощи сотрудницы отдела МИ-6 ждать неоткуда.
– Мэм, прошу вас поделитесь сведениями о своей работе, и я буду сама скромность, более того я стану платить вам за сведения и платить хорошо. Нас не волнует тот факт, что ваша мать была жрицей любви. Мы исключительно деловые люди. Вот только врать я вам не советую. Сейчас ведется запись нашей беседы и если вы не будете сотрудничать, то не только ваша биография попадет куда следует, но и эта запись.
– Я согласна делиться информацией, а вы правда будете мне платить?
– Раз вы работаете на нас, то каждый труд должен вознаграждаться. Вот такая сумма в месяц во время вашей активной работы, – и дипломат показал ей листок с цифрами.
– О! Это почти две моих зарплаты!
– Из этого «О!», мне кажется, следует, что вы согласны.
– Знаете сэр! Вы меня убедили, я согласна, но с одним условием.
– Говорите, мэм!
– Там, в МИ-6, сидят совсем не дураки, и рано или поздно запахнет things are rotten (керосином). Дайте слово джентльмена, что вы предоставите мне убежище и работу.