Проект Лапамир
Шрифт:
– Не зря я тебя в капитаны выдвинул, – обрадовался Старый. – Мозговитый ты парень, Борис!
***
Наши посиделки прервал стук в дверь.
– Капитан, встречный парус! – раздался голос вахтенного.
Мы бросили все как было и выскочили на палубу. На встречном корабле заметили нас раньше со своих высоченных мачт и убавили паруса. Так что сходились мы не слишком быстро. Старый схватил рупор и двинулся к правому борту. Это была карака[2] средних размеров, немного больше корвета. Ее высокие бак и ют возвышались как горы
– Привет! Какие новости, – орал в рупор Старый, что было мочи.
– Нет новостей! Просто идем из Зурбагана. А откуда у вас на хвосте «Дельфин»? Это случайно не тот самый, за который награда в десять тысяч обещана, – прокричал в рупор капитан с караки.
– Тот самый, мы перебили пиратов, а его в качестве приза взяли, бриг еще тысяч десять стоит, – в ответ прокричал Старый.
– Везунчики, ну удачи!
– И вам!
Дальше можно было не орать, мы видели только высокую и узкую и совершенно безлюдную корму караки.
Через десять минут мы снова сидели в моей каюте.
– Ну все, дело пошло, – весело сказал Старый. – Еще десяток таких переговоров, и мы станем героями, а наши преследователи пусть отвянут.
На следующий день нас догнала четырехмачтовая каравелла, идущая попутным курсом в Зурбаган. И снова Старый отыграл свое небольшое представление. Только из-за маленькой разницы в скорости, он болтал с чужим капитаном добрых полчаса. За это время он живописал все ужасы абордажного боя и трудности, с которыми мы столкнулись. Это настоящий прорыв. Теперь, когда прибудем в Зурбаган, там о нас уже узнают и встретят как героев.
***
По дороге на Зурбаган нам встретилось двадцать семь кораблей, включая и те пять, что обогнали «Громобоя». Именно столько раз Старый рассказывал о славной победе над пиратским бригом. И вот, наконец, показались золотые шпили зурбаганских дворцов и купола храмов.
Два дня мы наблюдали это великолепное зрелище, пока ползли к большому порту, в котором теснились сотни судов. Сначала их можно было разглядеть только в трубу, и я пустил ее по кругу, а на второй день их стало видно невооруженным глазом. Наконец мы вошли в порт. Нас узнавали и приветствовали как храбрецов.
Едва «Громобой» подошел к одному из сотен причалов, как появился чиновник и сообщил:
– Вы можете не платить пошлину. Вам положена награда за поимку пирата.
– Уважаемый, – перегнувшись через фальшборт и глядя на чиновника сверху вниз, крикнул Старый, – вы не подскажите, кто у вас занимается покупкой кораблей?
– Если вы дадите мне один процент от сделки, то я все устрою в наилучшем виде. Вы получите самую выгодную цену.
Старый обернулся ко мне и спросил:
– Капитан, как ты смотришь на это дело?
– Я согласен.
Чиновник услышал ответ и что-то записал в своей книге, раскланялся и покинул причал, направившись в сторону делового центра.
– Он еще и с покупателя возьмет, – с ухмылкой на лице предположил Рыжий.
– Да, видно, что парень не промах, – согласился Старый.
Едва чиновник скрылся из виду, как из мельтешившей
Вечером привезли копченое мясо, овощи и картофель, а следом явился покупатель на бриг. Он осмотрел его и, сопровождаемый известным нам портовым чиновником, поднялся на борт «Громобоя».
– Предлагаю за ваш бриг девять тысяч золотых, – предложил солидного вида господин.
– Одиннадцать, – не согласился Старый, – это его настоящая цена.
– Девять с половиной, он еще требует ремонта.
– Он может и требует ремонта, но целехонек. Набирай команду и плыви куда хочешь, – настаивал Старый.
– Видишь ли, уважаемый, я беру его для перепродажи, а значит должен немного заработать. В таком виде его у меня военные не примут, а это означает, что я не возьму корабль в убыток, – пояснил господин.
– Десять или мы ищем другого покупателя, – отрезал Старый.
– Хорошо, пусть будет десять, но ты меня грабишь, – возмутился господин.
Они обменялись золотом и тотчас десяток молодцов, представлявших покупателя, поднялись на борт уже не нашего «Дельфина». Буксирный конец немедля обрубили с их стороны, что и символизировало завершение сделки. Чиновник подсунул акт передачи имущества, который Старый тут же подписал и передал покупателю.
– Подходи, – кивнул Старый чиновнику, как только покупатель скрылся из виду, – вот твои деньги, – и он отсчитал причитавшуюся ему сотню. – Скажи, на самом деле, сколько он заработает с этой сделки?
– Тысячи полторы, но больше все равно никто не даст. Так что вы нисколько не продешевили.
Не дожидаясь заката, мы вышли в море и взяли курс на Кошачьи острова. Нам требовалась команда, а набрать сотню пиратов было негде.
– Капитан, вижу фрегат на правом траверзе! Он меняет курс, брасопит реи, ставит лиселя, ложится на наш курс, – прокричал вахтенный.
– Это охотники за пиратами, кэп, – воскликнул Рыжий.
– Но как они узнали, что мы это мы? – удивился Старый.
– Ставьте все паруса, включая лиселя, нам необходимо оторваться от этого фрегата, – приказал я. – Возможно, мы ошибаемся, но у него на борту могут находиться три или четыре сотни бойцов, а нас всего девятнадцать. Так что как-то неохота проверять, зачем мы им понадобились.
***
Зурбаган напоминал портовый город Марокко, в котором Наталья однажды выполняла одно из заданий. Хотя сходство оказалось обманчивым. Воробьева стала наводить справки и быстро нашла всех лиц, участвовавших в сделке купли-продажи «Дельфина». Все в один голос подтвердили, что экипаж «Громобоя» был слишком мал, человек двадцать, не больше, но о найме новых людей они даже не заикались. Все эти сведения не стоили почти ничего. А еще посредник, портовый чиновник, показал, что парень на фото вроде капитан того «Громобоя».