Проект «Изоляция»
Шрифт:
– Это не твой сын! – выкрикнул Фарк. – Я воспитывал его, а ты только дал своё семя!
– Я не мог позаботиться о нём, поскольку погиб, но сейчас я в порядке, и очень надеюсь, что ты не мог ему навредить своим воспитанием. Подумай хорошенько: у тебя есть ещё один сын, позаботься о нём, я выпущу тебя.
– Ты мой папа? – удивлённо произнёс мальчик, сидящий у стены. – Ты знаменитый Молот, погибель Пиров?
– Да, Мечислав, я твой папа, – повернув голову, ласково сказал майор, – и я обещал маме позаботиться о тебе. Ты хочешь пойти
Мальчик неуверенно кивнул.
– Вот и хорошо, – улыбнулся Мечислав, – скоро мы пойдём домой.
– А он? – спросил Мечислав-младший.
– А это зависит от его выбора.
Но майор уже знал, какой выбор сделал Фарк. В голове снова вспыхнула яркая картинка: бывший муж великой воительницы вскинул автомат и дал очередь.
– Будь ты проклят! – выкрикнул Фарк, и ствол РАКа пошёл вверх.
Молот прыгнул на секунду раньше. Для него и в прошлой жизни прыжок и удар на три метра не представлял сложности, но после воскрешения… Всё произошло стремительно: ствол автомата ещё поднимался, а Мечислав уже был рядом с противником, он вложил в удар всю силу новых мышц, всю мощь дисконового скелета. Раздался хруст, и Фарк, отброшенный к стене, стал сползать на пол, его шея была вывернута под неимоверным углом, а лицо смято.
– Пойдём, – подойдя к мальчику и протянув руку, произнёс Молот.
Мечислав-младший неуверенно ухватился за ладонь и поднялся.
– А мой брат? – нерешительно спросил он.
– О нём позаботятся. Всё будет хорошо. Если хочешь, он будет жить с нами.
Мальчик отрицательно покачал головой:
– Они не любили меня, только мама, но я не хочу, чтобы он страдал.
– Обещаю, мы найдём ему другую семью. Пойдём отсюда. Маха, как слышишь меня?
– Слышу хорошо, – раздался в наушнике голос Гали.
– Операция закончена. Фарк мёртв. Как у вас?
– Сопротивление подавлено, сдались четыре человека, ещё трое раненых без сознания. Потери – один двухсотый из группы Композитора. Заканчиваем освобождать штурмовиков и рабочих, их заперли на складе сырья. Почти три тысячи человек прикладами затолкали в комнату, они чуть ли не друг на друге стояли.
– Заканчивайте, я поднимаюсь.
– Есть, Мечислав Дмитриевич, – отчеканила девушка.
– Подожди секунду, – попросил майор у Мечислава-младшего и быстро стал одеваться в штурмовой комбинезон.
– А у меня будет такой же? – восхищённо разглядывая Молота, спросил мальчик.
– Будет, – улыбнулся Мечислав. – Но его надо заслужить, а для этого нужно много тренироваться, быть сильным и честным.
Мальчик серьёзно кивнул:
– Я заслужу.
– Обязательно, – уверенно заявил Молот. – Ну что, пошли?
– Пошли, только мне надо зайти домой, там осталась вещь, которую дала мне мама. Мы зайдём?
– Конечно, ты заберёшь всё, что тебе дорого, – согласился Молот. – Твоя мама была великой женщиной.
– Ты любил её?
– Я очень сильно любил её, но когда вернулся, понял, что
Мальчишка всхлипнул:
– Она изменилась. Я помню, как она рассказывала о тебе, потом вспоминала всё реже и реже, стала жёстче. Война изменила её.
Молот опустился на колено и аккуратно обнял мальчика: штурмовой комбинезон, усиленный искусственными мышцами, не предназначен для подобных объятий, поэтому это приходилось делать очень осторожно.
– Я обязательно расскажу тебе о ней, я расскажу, какой она была, когда мы были вместе.
– А как мне тебя называть? – растерянно спросил мальчишка.
– А как ты хочешь? – растерялся майор.
– Можно, я буду звать тебя папой? Я никогда не говорил такого Фарку, а он никогда не любил меня, как сына.
– Конечно, называй, – слегка дрогнувшим голосом произнёс Мечислав. – Пойдём, нас ждёт транспорт, пора возвращаться домой.
Едва сокол приземлился на бетонке перед воротами ковчега, из них выбежал Крейсер.
– Новости знаешь? – влетев в салон, поинтересовался заместитель.
Молот отрицательно покачал головой.
– Здорово, Мечислав, – увидев мальчишку, поздоровался Крейсер, поздоровался за руку, как со взрослым.
– Здравствуйте, дядя Саша.
– Мечислав, иди в ковчег, подожди нас в караулке, там за пультом такой здоровый парень сидит, его зовут дядя Лопата, так вот, скажи ему, что я попросил показать тебе его автомат.
Мальчишка засветился и, выскочив из сокола, понёсся к огромным воротам, которые были едва приоткрыты. Майор усмехнулся.
– Здорово ты, – кивнув в след бегущему мальчику, заметил он.
– Чего ты хочешь? У меня двое бандитов растёт, и одна атаманша, которая изредка их колотит.
Молот усмехнулся:
– Ты изменился, Саша, и мне нравится твоя новая сторона. А теперь к делу, выкладывай.
– Ещё на одной базе буза, взбунтовался отряд конвойщиков, бывшие соколы. Они захватили шахту, охрана частично перебита, частично обезоружена. Шахта маленькая, всего пару сотен рабочих, и два десятка штурмовиков на охране.
– Конвойщиков сколько?
– Три десятка. Последнее время пришлось усиливать отряды, тварей всё больше, нападают всё чаще, появляются новые виды. Десять лет ковчег бьётся над этой загадкой, мы так и не знаем, откуда они берутся.
– С тварями потом, где шахта?
– Два часа лета на восток, скрытно не подойти, степь. Ольга приказала в кратчайшие сроки захватить её.
– К чему такая срочность? – удивился Мечислав.
– Там добывают какой-то элемент, я не очень силен в этом, вроде называется тарцай или как-то так. Его добавляют в топливо, но процесс должен быть непрерывный. Если в течение двух суток поставки не возобновятся, мы потеряем больше тысячи тонн горючки, нуждающейся в обогащении тарцаем. Конвойщики это знают, они угрожают взорвать шахту. Если они это сделают, через неделю начнётся энергетический кризис.