Проект «Изоляция»

Шарапов Кирилл Юрьевич

– Я сделал то, что должен был сделать, – прошептал Молот и, положив снимок на стол, тихонько вышел, плотно закрыв за собой дверь.

– Ева, – выложив ноутбук на стол, позвал он ИИ.

– Слушаю, Мечислав Дмитриевич, – произнесла голограмма.

– Все дела штурмовиков и воителей мне на стол, рассортируй по степени подготовки и надёжности, критерии прежние. Придётся начинать всё сначала, мне нужен костяк.

– Ну, слава богу, – улыбнулся ИИ, – а я уж думала, что заставите отчёт по операции писать.

– Да, и напиши отчёт, – спохватился Молот. –

Задействуй запись боя, сделанную со спутника, мне нужен детальный разбор. Только, пожалуйста, уложись максимум в три страницы.

– Слушаюсь, товарищ майор, – язвительно произнесла Ева и, показав Мечиславу язык, исчезла.

– Девчонка, – прокомментировал Молот её поведение.

Скинув комбинезон, он поплёлся в душ. Завтра начнётся новый день, завтра придётся начинать всё сначала.

Часть вторая

Мы идём домой

– Адмирал, почему вы приказали замедлить ход? – требовательно поинтересовалась Файра.

Очень хорошо, что на мостике они вдвоём, если бы здесь были подчинённые, то подобный вопрос звучал бы унизительно. Но поскольку адмирал и флот-инквизитор одни, Нарс проигнорировал тон, которым он был задан.

– Госпожа Касс, четыре из шести кораблей получили в бою различные повреждения, и мне пришлось отдать приказ о снижении скорости, иначе мы их потеряем. Я не могу рисковать флотом.

– Остатками флота, – ударила в больное место Файра. – Думаю, императору будет неприятна задержка.

– Императору будет неприятно, если я потеряю семьдесят процентов из уцелевших кораблей. А так, он простит мне небольшое опоздание.

– Шесть месяцев вместо двух вы называете небольшим опозданием? – голосом, полным льда, поинтересовалась племянница императора. – Мне срочно нужно на Торн.

– Я понимаю ваше стремление, – слегка поклонился Нарс, – но не стану рисковать кораблями и жизнями экипажей. Мы спасли множество капсул с погибших крейсеров и истребителеносцев, только на флагмане стандартный экипаж, остальные корабли переполнены, я не имею права рисковать жизнями подчинённых.

– Я приказываю оставить повреждённые корабли, пусть идут своим ходом, а флагман в сопровождении крейсера «Великий Налт» должен на сверхсветовой идти к Торну.

– Я отказываюсь выполнять ваш приказ, – твёрдо глядя в голубые глаза собеседницы, со всей решимостью, которую удалось собрать, произнёс Нарс. – Повреждённые корабли в случае поломки не смогут взять сломавшегося на буксир, и мы потеряем его, экипаж и всех спасённых.

– Вы ответите за это, – прошипела Файра.

– Победителей не судят, – вежливо поклонившись, произнёс барон легендарную фразу Суворова, о котором никогда не слышал.

Племянница императора решительно развернулась и твёрдой походкой вышла с мостика. Некоторое время Нарс прислушивался к перестуку каблуков по покрытию пола, но вскоре её шаги стихли в отдалении переходов. Он судорожно сглотнул и вытер выступивший на лбу пот. Он всё сделал правильно, но что на это скажет Император? Кого послушает? Взбалмошную племянницу или героя-адмирала? Перспектива

попасть в подвал имперской дознавательной службы и быть обвинённым в измене замаячила на далёком горизонте, правда, пока была так же далека, как и Торн.

Нарс повернулся к обзорному экрану и вывел на него изображение всех кораблей, которые плелись за гордым флагманом. Да, он потерял половину флота, но он должен привести оставшиеся корабли. Если он этого не сделает, то окажется к допросной гораздо ближе, чем сейчас, отказав Файре. Нарс содрогнулся: если он допустил ошибку, то его ничто не спасёт.

***

– Жалкий барон, – оказавшись в своей шикарной каюте, зло выкрикнула Файра. – Как он посмел отказать мне, племяннице императора, флот-инквизитору, княгине?

Она взяла со столика небольшую вазу редкой ручной работы очень модного мастера, жившего пятьсот циклов назад. Взвесив произведение искусства в руке, она с удовольствием запустила им в стену, по каюте разлетелись осколки.

– Он мне за это ответит! Как он сказал? Победителей не судят? Ты узнаешь, что судят, и ещё как.

Она подошла к столу и тут же над ним возник полупрозрачный монитор. Длинные пальчики, заканчивающиеся острыми коготками, пробежались по сенсорам. На экране возникла фотография Нарса. Файра пробежала глазами сухой официальный текст. Место рождения, родственники, положение, места службы, заслуги, награды. Идеальный адмирал, совершенно лояльный империи, ярый националист, ненавидящий всех и вся, кроме Торнцев. Только такого дядя мог назначить на этот пост. Как жаль, что нет связи с Торном, она бы непременно нашла компромат. Люди, забравшиеся так высоко, не бывают настолько чисты. Но ничего, пусть путь займёт шесть месяцев, и посмотрим, как судят победителей.

– Связь с капитан-инквизитором Орта, – затребовала Файра.

Минуту экран оставался темным, потом появилось заспанное лицо Орты.

– Госпожа?

– Орта, доложите о положении дел на корабле, – приказала Файра.

– Госпожа флот-инквизитор, корабль повреждён, людей в три раза больше, чем положено по штату, раненые лежат в коридорах. Уже ясно, что вскоре возникнет проблема с питанием. Испорчен один из трёх гидрогенераторов, введена экономия на воду, каждому члену корабля в день положено не больше полулитра.

– Корабль может двигаться на сверхсветовой?

Орт отрицательно покачал головой:

– По отчётам техник-капитана, на такой скорости корабль развалится в течение двух суток.

– Это может быть результатом саботажа?

Орта задумался:

– Не думаю. В принципе, подобное обвинение возможно выдвинуть, капитан во время боя допустил несколько ошибок, он сохранил корабль, но…

– Подготовьте обвинение.

– Госпожа, я, конечно, выполню ваш приказ, но считаю, что сейчас не лучший момент. В настоящий время я располагаю всего тремя штабс-инквизиторами, и если вы прикажете арестовать капитана, нас разорвут в клочья. Я подготовлю документы, но прошу вас благоразумно дождаться возвращение на Торн.