Проект «Акела»
Шрифт:
Акела щурил глаза, зная часть истории. Став женой, девушка посвятила его в свою тайну. Опасность разлуки повисла над ними дамокловым мечом. Акела всегда ощущал острое лезвие, занесенное над шеей. Тогда же оно стало настолько отчетливым, что в кошмарах меч превращался в змею и отгрызал ноги, отравляя ядом остатки тела.
– Ты успеваешь за мной?
– Да, – скупое слово упало в ночь, вызывая легкую рябь пространства вокруг. Тансара поежилась, кутаясь в теплый плащ. С годами женщина становилась мерзлячкой, словно и не было в роду нескольких поколений бурят, оставивших в генах раскосые глаза и черный
– Что же, тогда дальше… Дальше становится сложнее. Дина не должна была после возвращения помнить всего, что с ней здесь происходило. Ей стерли память. На данный момент она не помнит ни тебя, ни сына, ни друзей. НО! Эксперимент не закончился! Накопилось достаточно энергии, и ученые запустили процесс еще раз… Акела, сюда перенесли 57 человек из того самого дня… Они пока на карантине. К ним никого не пускают, но сегодня там произошел инцидент. Охранники услышали крики и позвали ученых. Пришла куратор от ученых – Анастасия. Она нашла источник шума. Оказывается, среди прибывших людей нашлась Дина…
– Я знал, что вы ее вернете. Иначе я бы вас всех давно перестрелял.
– Ты удивительно спокоен.
– Я хочу знать, когда вы мне отдадите жену.
– Да? Я слышала другое… Говорят, у тебя с соседкой по бараку чуть ли не до свадьбы дело доходит… – Тансара опешила.
– Я здоровый мужчина, – Акела оскалился в насмешке.
– Погоди. Она никого не вспомнила.
– Поможем, не переживай. Разве не для этого ты нас всех вызвала?
– Нет…
– Что?! – нарочитое спокойствие слетело с его лица. Гневная морщина молнией прорезала лоб, складки у губ приобрели презрительный профиль. – Зачем тогда я здесь?
– Чтобы помочь… Дина вот-вот все вспомнит, и последствия для ее здоровья мы пока не знаем. Ей нужен присмотр надежных людей.
– А для этого ее надо отдать мне. Я отвезу ее домой…
– Нет! Акела, нет! Дослушай меня! Пусть процесс проходит здесь, под наблюдением ученых. Может быть, она мысленно станет ребенком? Или окончательно слетит с катушек? Пока только началась слепота, но кто знает, что будет дальше?
– Она слепнет? Почему? Это же только от радиации.
– Ой, нет, мы привыкли все валить на атом, но здесь другие причины. Я не медик, не могу ответить, но Анастасия говорит, что это нервное явление.
– То есть вы там, умные головы решили нас всех согнать под одну крышу и посмотреть ее реакцию?
– Да! Почти…
– Что еще?
– Нам надо, чтобы вы остались под наблюдением. Здесь.
– Нет! Нет! И снова нет! – он упрямо мотал головой. – Никакого наблюдения! Эксперимент окончен и точка! Отдайте мне мою жену! Или я взорву здесь все на хрен.
Тансара посмотрела в похолодевшие глаза. Зная его историю, она понимала возможности и последствия. Проще согласиться…
Ученых заинтересовал здоровый ребенок, родившийся у этой пары. Денька демонстрировал отменные жизненные показатели, даже учитывая подгнившие гены со стороны отца. Остальные туристы останутся тут, максимально изолированные, но вот Дине и Акеле дадут карт-бланш. Для контроля у Деньки должны появиться братья и сестры. Медицинский отчет Акелы пестрел красными сигналами тревоги, но снятие с поиска на самом деле было связано с возвращением Дины и продолжением эксперимента. Стоит ли только посвящать
– Я согласна, – проронила Тансара. – Скоро вы сможете уехать в город, если Дина согласиться. Мне еще предстоит разговор с ней…
Глава 11. Смерть идет по пятам
Прошел год.
Дина умерла первой. Лежа на пороге квартиры, растерзанная неизвестными людьми, она смотрела белыми глазами на потолок. На стене красовался треугольник с глазом внутри, нарисованный ее же кровью. Близнецам, родившимся пару недель назад, кто-то разбил головы…
Деньку, вернувшегося с отцом из первой вылазки, ждал не праздничный ужин… Пацана вывернуло сразу на пороге, заставив выплюнуть всю тушенку, съеденную у костра в лесу. Акела стоял у порога, зверея на глазах. Так волк возвращается в разоренное логово к убитой волчице…
– День, беги к тетке и скажи соседям… Пусть собираются здесь… – отрывистый голос отца оторвал пацана от страшного вида окровавленного тела матери.
Он убежал, запинаясь о щербатые ступеньки, еще не в силах заплакать. Акела тяжело осел у входа, опираясь спиной на старые кирпичи дома, грозящего вот-вот завалиться. Островок цивилизации… Надежда человечества. Холщовый рюкзак улетел в сторону. Удар кулака разбил стену, а злость грозила вылиться наружу лавой ненависти, готовой смести любого, кто будет заподозрен в убийстве…
– Я отомщу, – глаза потемнели, а дрожащие руки гладили волосы любимой, которая больше никогда не вернется… Или?.. Внезапная мысль пришла в голову: а что, если в ТК ученые накопили энергию?.. Машина времени… Вдруг это шанс все исправить??
Акела ушел. Некогда хоронить мертвых. Пора решать вопрос по-другому…
***
Тансара проснулась от стука в дверь. Как директор она имела привилегию жить в отдельном домике с краю ТК. Избушка стояла недалеко от ворот и будки сторожа. Женщина ощупью нашла в темноте очки и по привычке зажгла свечу. С ней не страшно открывать двери по ночам! Уверенная, что понадобилась помощь кому-то из подопечных ребятишек, Тансара спокойно сняла засов.
На пороге стоял Акела. Длинные волосы за последние сутки забыли о расческе, синие глаза горели ненавистью и надеждой. Эта горькая смесь порой заставляет идти на самые безумные поступки.
– Привет! Я с плохими новостями!
– Что случилось? – Тансара подняла руку, словно кривой подсвечник из латуни мог защитить от неведомой напасти.
– Пока я был с Денькой в походе, кто-то напал на Дину и детей. Они убиты, а на стене нарисована кровью пирамида с глазом.
– Масоны?.. Откуда?.. Дина убита? – мысли понеслись вскачь.
– Кто такой этот масон?
– Это такая группировка была… Раньше.
– Мне нужны имена!
– Я не знаю… Среди нас их никогда не было.
– А среди туристов?
Тансара задумалась. Руки дрожали.
– Акела, давай-ка сядем…
Они сели за стол друг напротив друга. Свеча кое-как выхватывала из полумрака белое лицо Тансары.
– Я пришел не просто так. Первое, я хочу найти убийцу. Второе, все исправить. Третье, мне нужна помощь!
Женщина сцепила руки, сотрясаемая ознобом: