Проект «Акела»
Шрифт:
Обнимая родную кровиночку и вдыхая незнакомый запах с кудрявых волос, женщина плакала. Очки окончательно свалились на землю, а из ее почти ослепших глаз текли слезы, заливая годы, проведенные в тумане разлуки. Немного успокоившись, Дина подняла очки и закинула дужку за ворот рубахи. Покрасневшие белки глаз подчеркивали мутность радужки, словно злой волшебник накинул белесое полотно в попытках лишить зрения.
Даже через полутьму Дина видела друзей, сохранивших улыбку и жизнелюбие. Они живы. В этом сложном мире они еще живы. Хотя бы сегодня. Это главное.
Она встала, немного покачиваясь из-за головокружения, и настойчиво пошла вперед. К нему. Тому, кто ей снился долгие годы разлуки. Не помня, кто это, Дина искала его там, где он еще не родился.
– Привет, Акела! – она смотрела на него снизу вверх. Звезды сошлись, встав на место. Акела и Дина встретились спустя годы тишины и забвения. Мужчина молча слез с коня и обнял ее, давно потерянную жену, крепко прижав к себе. Хватит с них. Теперь все будет хорошо. Пусть и недолго. Несмотря на багровый зрачок ИН, прогнозы врачей и яркий свет распада впереди, они еще побудут вместе.
Под веселый гогот и смешки Дина села позади Акелы, прижавшись как прежде к широкой спине. Только сегодня рядом с ними скакал подросший сын. Как много она пропустила в их жизни! Но больше ее не отправят обратно, некуда! Туристы пришли из 17 июня 2017 года. Спустя 2 часа 17 минут после отбытия мир сойдет с ума и орбиты, взорвавшись ядерным огнем и погрузив мир в тишину.
Туристы, 57 человек, зацепленных огромной червоточиной, пробитой в толще времени находчивыми учеными, стояли и смотрели вслед ускакавшим всадникам. Им никто ничего не объяснял, а декорации становились безумнее день ото дня. Воспитанные боевиками, хоррорами и мелодрамами, они ждали могучих спасителей и подробных объяснений, но никто не торопился давать готовые ответы. Безвестные хитрые сценаристы дали обет молчания.
Глава 8. Новый старый мир
Двухэтажные старые дома с подлатанными крышами несут бесконечную вахту со времен войны. Часть квартала превратилась в скотный двор, давая приют курам, овцам, коровам и лошадям. Под наносами земли и помета кое-где виднелся асфальт. Старый детский садик, стоявший в середине, приспособили под хозяйственные нужды. Заржавевшие горки и карусели периодически латали и смазывали, чтобы детишкам было где поиграть.
Дину провезли по городу. Больше половины пути вокруг царили руины. По ним рыскали дикие собаки и кошки. Тревожные мурашки бежали по телу, но лицо сохраняло спокойствие. Не зря ли она совершила демарш и решила уйти в город? Да кто ее осудит? Друзьям детства 29 лет, а ее биологические часы старше всего на 4 года, но разница во внешности очевидна.
Алино лицо покрыла сетка морщин и пигментных пятен. Седые волосы придавали старушечий вид. Длинные ногти скрывали угрозу. Они больше походили на кривые когти, чем на красивый маникюр.
Миха лишился левой руки. У Дика обожжено лицо. У Акелы явный лучевой дерматит. Страшно? Очень, до жути и тряски в коленках. Она проходила через это много лет назад, когда первый раз оказалась в Трудовой Колонии, прикинувшись девочкой
Из глубины подсознания неприятными колкими ежами выбегали неприятные вопросы. Что ждет Деньку? Та же участь, те же язвы, слепота и смерть. А ее? Ну, проживет чуть дольше, чем Акела…
Ужин прошел под молчание. Дина долго бродила по старой квартире и осматривала печку, ждущую дрова, деревянные шкафы, покрытые вечной сажей и пылью. Акела и Денька переглядывались, понимая, что дело туго. Съев тарелку каши, мальчик ушел в свою комнату, оставив родителей вдвоем на кухне под строгим надзором свечи.
Дина проводила его взглядом. Парень рос точной копией отца: та же буйная ржавчина в волосах, та же каменная тяжелая челюсть – схватит волк добычу и не отпустит. Все те же озорные чертенята таятся в глубине переменчиво синих глаз.
– Не молчи, – Акела протянул папиросу. – Хочешь, я отвезу тебя обратно. Для туристов создадут хорошие условия…
– Нет, я не хочу туда ехать, – Дина грустно улыбнулась, избегая смотреть в глаза.
– Я тебя пугаю?
– Нет.
– Слишком неуверенно…
– Акела, меня пугает этот мир, – вскрикнула Дина, отрывая взгляд от стола и грязных тарелок. Она почти плакала, подбородок дрожал, а голос срывался на хрип.
– Чем же он тебя испугал? Мир не изменился с тех времен, только мы… Значит, пугаем мы.
Тишина. Акела закурил, понимая, это все. Вот-вот будет поставлена точка.
– Зачем ты согласилась с нами уехать? – он прервал тревожную тишину.
– Не с вами, а с тобой. Хотела Деньку увидеть.
– Увидела. Что дальше? – злость и обида зазвучали в охрипшем голосе. Дина не выдержала и соскочила с табуретки:
– Ты не понимаешь…
– Ага, тупой.
– Акела, так все странно. После того как вернули память, для меня все, что было тогда, стало словно вчера. Понимаешь? Вы рвете шаблоны. Я помню нас всех в 17 лет!
– Да, а теперь нас сложно узнать, старых и больных, – Акела недобро ухмыльнулся, помахав правой рукой. – Это у меня костюм порвался на одной из последних вылазок. Как видишь, с последствиями…
Дина замерла на секунду и медленно подошла, сев ему на колени. Она взяла его левую ладонь и тихо спросила:
– Почему ты до сих пор носишь кольца?
На безымянном пальце и мизинце красовались черные кольца, подаренные много лет назад неизвестным шаманом с Алтая. Его и ее обручальные кольца.
– Потому что я надеялся на встречу, – Акела прикоснулся к волосам, чувствуя магическое притяжение, как и тогда, в 15 лет, когда первый раз увидел эту девушку с серьезным взглядом и скрытной натурой. Словно шкатулка с секретиком, она никогда не пускала дальше парадных комнат, оставляя мысли при себе. – Помнишь, ты рассказала, что пришла из другого времени? Тогда я сразу понял – тебя заберут. Потом я был уверен, что однажды тебя вернут. Когда-нибудь… Можно? – он поцеловал ее мягкие губы, прижимая податливое тело. – Я так скучал…