Продлёнка
Шрифт:
— Работа простая, — говорит Нина Сергеевна суховато, — но требует внимания. Смотри, Сима, ничего не перепутай, у нас клиенты капризные, сразу пишут жалобы. Особенно пенсионеры. Одна Шапокляк чего стоит — нервы всем вымотала из-за своей «Вечёрки».
— Не перепутаю, — говорит Сима, — не беспокойтесь.
Мама не глядит больше в Симину сторону, она занялась своей пачкой газет.
— Нечего ей зря через дорогу переходить, — говорит мама, — эти я сама разнесу.
Шалеет всё-таки.
Сима побежала разносить газеты. Трудно? Да нет же,
У почтовых ящиков в подъезде стоит девушка, накинув на плечи зелёный платок в малиновых розах. Она вся так и тянется к двери подъезда. Но, увидев Симу, гаснет:
— Я думала — почтальон, — говорит девушка не то Симе, не то себе самой. И кутается в платок — из двери дует.
— А я и есть почтальон, — гордо отвечает Сима.
Ей хочется, чтобы девушка удивилась, всплеснула руками: «Как? Почтальон? Такая маленькая? Сколько же тебе лет? Ну какая ты умница!»
Но девушка совершенно не удивляется. Ей всё равно, сколько лет почтальону. Она нетерпеливо спрашивает:
— В четырнадцатую квартиру есть письмо?
У Симы в кармане всего одно письмо — в четырнадцатую квартиру. И Сима отдаёт девушке конверт с красно-синей каёмкой и нарисованным самолётиком.
Девушка сразу меняется. Она хватает конверт, летит наверх, потом поёт на весь гулкий подъезд:
— Спасибо тебе, спасибо! Большое тебе спасибо!
Сима расплывается в улыбке. Глаза становятся узенькими, как будто их нарисовали тоненькой кисточкой, обмакнув её в голубую краску. Как приятно, когда тебя благодарят.
Шлёпают тапки счастливой девушки по ступенькам, как симпатично шлёпают. Когда Сима заработает много денег, она купит новый венгерский плащ и такой, как у этой девушки, большой зелёный платок в малиновых розах. Называется шаль.
А она, эта прекрасная девушка, всё не уходит, поёт на всю лестницу:
— Спасибо тебе, спасибо, любимый Володечка мой!
Вот тебе и благодарность. Володечка какой-то. Володечка, что ли, бежал по тёмным дворам и нёс письмо? Сима бежала и несла.
— Девочка! Почтальончик! Слышишь меня? Тебе тоже спасибо! — кричит сверху счастливая. — Володечка — мой жених! Понимаешь? Он в армии! Он мне каждый день пишет! Мы с ним жених и невеста — солёное тесто! Понимаешь?
— А чего не понимать? Солёное тесто — я понимаю. Жених и невеста — понимаю. Завтра опять письмо принесу от Володечки!
Осталось пять газет, и все — в шестнадцатиэтажку. А там всего один подъезд.
Совсем лёгкая работа — разносить вечерние газеты. И нисколько Сима не устала. Днём у почтальона сумка тяжёлая — там много газет, журналы, бандероли, письма. А вечером и сумки-то нет — держит Сима в руках пачку газет, а письмо всего одно было — от Володечки.
Теперь всё, можно домой. Только руки немного
Так и пошло.
Мама идёт разносить вечернюю почту, а Сима — с ней. Пачку газет маме, а пачку — Симе.
— Где же наша помощница будет четырнадцатого числа зарплату получать? — спросила однажды Нина Сергеевна, гладя Симу по голове. — Через бухгалтерию её не провели, возраст не тот.
— Получит она свою зарплату, — сказала Симина мама, — в виде венгерского плаща. С помпончиками, с погончиками, с карманчиками — мечтает, понимаете ли.
Однажды вечером, подходя к почте, Сима вдруг увидела в освещённом окне писательницу. Она стояла в маленькой очереди и держала в руке толстый пакет, завёрнутый в плотную коричневую бумагу. «Отправляет бандероль», — поняла Сима и вошла на почту.
— Здравствуйте, — сказала Сима писательнице, — а я на почте работаю. Разношу вечерние газеты.
Писательница улыбнулась:
— Потому что ты молодчина. Трудно разносить газеты?
— Совсем не трудно. Я бы всю вечернюю почту могла доставить, но мама не разрешает через дорогу переходить. Мы с ней участок пополам делим, а проезжая часть — наша граница.
Писательница больше ничего не спросила, погладила Симу по шапке.
Пожилая операторша Екатерина Семёновна держит в руке печать на длинной ручке и лупит этой печатью по каждой бандероли. А бандероль — маленькая посылка, её не пакуют в ящик, а заворачивают в плотную бумагу и потом упрятывают в прозрачный пакет. Екатерина Семёновна ловко стукает печатью, ловко и быстро приклеивает бумажки с адресами, быстро заворачивает каждую бандероль в прозрачный пакет. Пахнет на почте клеем, от писательницы пахнет духами. Красиво на почте: выставлены открытки, яркие и блестящие. Белая сирень, красные тюльпаны. А вот детская — медвежонок и заяц несут письмо к почтовому ящику.
Девушка в голубом пальто отправляет коробку конфет. Да ведь это невеста Володечки! Увидела Симу, кивнула весело.
— Кто же в армию посылает коробку конфет, — ворчит Екатерина Семёновна. — Парень молодой, здоровый, ему колбасы побольше, консервов остреньких. А она с шоколадками. Моё дело принять, конечно. Но — ума в этом мало.
Невеста сияет своей счастливой улыбкой. Ей только бы поговорить о своём Володечке, ей совершенно не обидно, что её ругает Екатерина Семёновна. Да она и ругает не сердито, ворчит просто.
— А мой Володечка ужасно любит шоколад. Он вина совсем не пьёт, не берёт в рот. А конфеты обожает. Такой человек необыкновенный.
— Не задерживай очередь, — говорит сухая женщина с коробкой от ботинок, — очередь разве виновата, что твой Володечка любит сладкое?
«Наверное, у этой сухой нет жениха», — думает Сима. Она стоит рядом с писательницей, просто ей хочется здесь побыть. Почта — очень интересное место, если присмотреться и прислушаться. Сима раньше этого не знала, а теперь знает.