Продана

Брук Ребекка

— Навсегда. Мы можем поговорить с Артуром об ускорении бракоразводного процесса.

— Потом, — пообещал я, приближаясь к машине. Льюис уже открыл заднюю дверь. Поставив на ноги, я поспешил усадить её внутрь. Мне нужно доставить Елену домой в нашу постель.

— Домой, — сказал я Льюису, закрывавшему дверь.

Усадив Елену к себе на колеи, я исследовал её губы, быстро теряя контроль; к тому времени, когда мы добрались до дома, моя рука уже скользнула в её бюстгальтер. Машина остановилась, и я пересадил её, поправляя одежду. Мне вдвойне

было насрать на то, что меня поймают, но никто кроме меня, больше никогда не увидит Елену голой.

Взяв за руку, я повёл её к дому и завёл внутрь. Дверь даже не закрылась до конца, когда я прижал её к стене и грубо обрушился на её губы, пробуя каждый дюйм. Простого, горячего, грубого секса будет недостаточно. Она была моей, и пришло время показать ей ещё больше.

Разорвав поцелуй, я положил руку ей на спину и повёл вверх по лестнице в спальню. Игрушки лежали в моём ящике — манжеты для привязывания к кровати, — но ничего из этого мне сегодня не пригодится. Моё тело жаждало чего-то большего, чем обычно. Не то, чтобы большая часть из того, чего мне хотелось, было «обычно» по меркам большинства людей.

Мы достигли спальни, и я точно знал, чего хочу. Сел на кровать и посмотрел на Елену, пытаясь решить, готова ли она.

Девушка подошла ко мне, её бедра изящно покачивались при каждом шаге. Она остановилась передо мной и молча просто смотрела на меня. Через мгновенье она опустилась ко мне на колени, прямо на эрекцию, почти болезненно упирающуюся в джинсы.

— Уверен, что в порядке?

— Блядь, да. — Мой голос звучал грубо от желания. Я хотел её так сильно, что едва мог смотреть перед собой.

Её тело нависло над моим, и я сдался.

Схватив её за задницу, я встал и опустил Елену на кровать. Я не отрывал своих глаз от её, принявшись снимать скудную майку и шорты.

— Ты доверяешь мне?

— Да, — ответила она без колебаний.

Я потянулся к комоду и вытащил повязку. Опустив ей на глаза, я наблюдал, как реагирует её тело. Она больше не видела, что я делал. Уберите одно из пяти чувств, и другие усилятся. Прямо сейчас Елена должна сосредоточиться на оставшихся чувствах.

Это было именно то, что я хотел.

Её бёдра сжались, и она начала извиваться на кровати. Нежно провёл пальцами вниз по внутренней стороне её икр, наблюдая, как они дрожат под моим прикосновением.

— Не двигайся.

Глубокий вдох сорвался с её губ, и она кивнула. Бросившись вниз по лестнице на кухню, я схватил чашу и наполнил её кубиками льда, прежде чем снова вернулся к Елене на кровать. Поставил чашу на тумбочку, позволив стеклу зазвенеть, когда оно коснулось дерева.

— Эштон?

— Шшш, — я залез на кровать рядом с ней и принялся гладить по внутренней стороне бедра, по животу и вокруг розовых сосков.

Протянув руку назад, взял кубик из чашки и заменил свой палец им. Звук её визга, когда лёд коснулся кожи, послал волны огня через меня. Крепко удерживая кубик, я обвёл им

оба соска, пока они не затвердили. Её дыхание стало прерывистым. Я знал, что толкал её всё ближе и ближе к краю.

Это не остановило меня от того, чтобы скользнуть кубиком вниз по ложбинке между грудей до живота и слизать дорожку талой воды языком. Стон сорвался с её губ, когда лёд скользнул вниз к клитору. Я положил руку на живот, не отнимая холодный кубик, и предупредил:

— Не двигайся, иначе я свяжу тебя.

При упоминании об оковах, по её телу прошла дрожь, затягиваясь в узел в центре. Она тяжело сглотнула и кивнула. Удовлетворённый её готовностью делать, как ей сказали, я скользнул кубиком вниз и провёл по её центру, пока не нашёл влажный вход. Елена приподнялась на кровати нижней частью тела, но взяла себя в руки и опустилась, её грудь быстро поднималась и опускалась.

— Вот так, прекрасно.

Я взял другой кубик льда. Стоны и всхлипы пронизывали воздух, пока она делала всё возможное, чтобы оставаться на месте. Это не представлялось возможным, но мой член продолжал твердеть с каждым изданным ею звуком, и если я не скользну в её влажное тепло в ближайшее время, то изольюсь на кровать.

Последний кубик.

Я взял его губами и легонько провёл им по её губам, наблюдая, как она высунула язык и как лёд таит в местах прикосновения к её разгорячённой коже. Скользнув льдом вниз по её телу ещё раз, я позволил своему холодному языку довести её до пика. Елена содрогнулась от волны удовольствия.

— О, детка, так горячо смотреть, как ты кончаешь, — простонал я, залезая на её тело, не в силах больше терпеть. — И на этот раз я собираюсь заставить тебя кончить на мой член.

Елена откинула голову на подушку, когда я медленно скользил в неё дюйм за дюймом.

Вот где моя способность сбавлять обороты и брать себя в руки иссякла.

Выскользнув, я снова вошёл, нарастив темп. Мышцы на бёдрах напряглись. Я делал всё возможное, сдерживая оргазм, желая, чтобы она кончила первая, но, когда её тело задрожало и сжало меня, я чуть не потерял сознание, кончая снова и снова.

Задыхаясь, я потянулся к повязке.

— Приготовься к свету.

Снял ткань с её лица. Елена открыла глаза только через несколько секунд и начала моргать. В конце концов, её взгляд сосредоточился на мне, на губах появилась томная улыбка.

— Это было невероятно.

Целуя её в лоб, я подтвердил:

— Да.

Взяв чашу, я отнёс её в ванную комнату, выбросив остатки льда и воды в унитаз. Когда вернулся в спальню, Елена крепко спала. Выключив свет, я залез под одеяло и притянул её к себе. Тепло распространилось по мне, когда её рука опустилась мне на грудь.

Она сказала эти слова.

Теперь я понимал, что почувствовал мой отец, когда добился маму. Мужчина был определённо жёстким со всеми, кроме неё, и Елена сделала то же самое со мной. Она меняла меня так, как я никогда не ожидал.