Продана
Шрифт:
— Я хочу пригласить тебя на игру в ближайшие дни. Только мы, никакого бизнеса.
Как-то ночью, неделю назад или около того, я рассказала Эштону, что произошло в ту ночь, когда Доминик отдал меня ему, как меня охватило волнение, когда я решила, что наконец увижу игру. Я была в неком замешательстве, говоря об этом, но не ощущала неловкости. Теперь же я вздрогнула от мысли, что могу оказаться на игре с Домиником. Он часто ходил на них. Как я могла быть уверена, что он не появится там рядом со мной?
— Не волнуйся, я не хочу, чтобы ты
Я кивнула и продолжила есть свой завтрак, так как моему желудку стало лучше. Эштон закончил есть задолго до меня и сидел, потягивая ещё одну чашку кофе. Забрав наши тарелки, я отнесла их в раковину и когда возвращалась на своё место, Эштон схватил меня, останавливая на полпути. Очки ему отлично шли, делая его зелёные глаза ярче.
Он зарычал и притянул меня к себе, поглощая мой рот. Электрические разряды пронеслись по моим нервам, когда его язык проскользнул внутрь. Требовательно. Собственнически. Сексуально. Смелее, чем ожидала от себя, я позволила рукам скользнуть по его груди, прослеживая каждую выпуклость вниз по его накаченному животу, пробуя шелковистую кожу пальцами. Он внезапно отстранился, и я на минуту подумала, что сделала что-то не так.
Схватив за плечи, он развернул меня, и я опёрлась ладонями на гладкий стол. Примитивное желание овладело мной, сердцевина пульсировала от необходимости.
— Эштон.
Кончиками пальцев он нырнул ко мне в штаны и сдёрнул их вниз по бёдрам вместе с трусиками. Меня наполнили ощущения. Один из пальцев кружил по моему клитору, жар его тела опалил мою спину, как только он прижался ко мне.
— У тебя сексуальная задница, — сказал Эштон, слегка прикусывая моё плечо между словами. — И однажды я трахну тебя прямо сюда.
Он провёл пальцем по краю того места, в которое я никогда не планировала пускать мужчину, и я ахнула, мои бёдра подались вперёд. Это было жутко, но в тоже время возбуждало. Он убрал палец, и затем последовало лёгкое жжение, когда его рука ударила по моей заднице, — чувство настолько восхитительное, что мои бёдра слегка задрожали.
— Но прямо сейчас я хочу этого жёстко и быстро, — командный тембр его голоса почти погубил меня.
— Пожалуйста, — умоляла я, двигая задницей назад, чтобы найти его.
Шлепок!
— О нет, нет, моя милая, — он схватил меня одной рукой за бедро, удерживая на месте, в то время пока большой палец другой надавливал на мою сердцевину. Аромат мускуса, однозначно принадлежащий Эштону, окружал меня. — Такая чертовски готовая. Тебе нравится, когда тебе говорят, что делать.
— Да, — захныкала я, — пожалуйста.
Звук разрыва фольги оказался таким восхитительным, что я сжалась в ожидании. Эштон вошёл сразу на всю длину, заполняя меня.
— Боже.
— Никогда не устану от ощущения тебя вокруг моего члена, — проворчал он.
С
— Я так близко.
Эштон протянул руку и сжал мой клитор, пуская искры по всему моему телу, я крепче ухватилась за стол, в то время как он продолжил движения.
Он продержался недолго до того, как сбился с ритма и перешёл на короткие жёсткие толчки, его пальцы впивались в мою кожу, пока, наконец, он не застонал и не прижался ко мне, удерживая себя внутри.
В течение нескольких минут мы оба были не в состоянии говорить. В конце концов, он встал, потянув меня за собой.
— Ты, моя дорогая, совершено удивительна, — сказал он мне на ухо. Когда я повернула голову, его губы снова завладели моими. Поцелуй не был красивым, демонстрируя животную страсть, но обжигал до кончиков пальцев. Эштон отстранился, запыхавшись, и посмотрел на меня, прежде чем помочь с одеждой.
— Мне нужно подготовиться прежде, чем уйду. Я хочу, чтобы ты насладилась своим времяпрепровождением. Ни о чём не волнуйся.
— Я постараюсь.
— У тебя есть репетиция сегодня?
— Нет. Они всё ещё ищут одного члена команды и прослушивание как раз сегодня.
Я была весьма рада, что сегодня никуда не нужно ехать, потому что когда возбуждение от пробуждения в постели Эштона выветрилось, я почувствовала себя истощённой. В голове крутился вопрос о том, следует ли мне пойти в его комнату. Я не могла решать, учитывая только секс. Мне необходимо быть умнее. И для этого мне нужно личное пространство.
— Хорошо. Я поеду на стадион прямо из ресторана, поэтому буду поздно. Напиши мне, если что-нибудь понадобится, — он коротко меня поцеловал и оставил на кухне наедине со своими мыслями.
Решив выпустить пар, я спустилась в подвал и запустила беговую дорожку. С каждой милей я задавалась вопросом, должна ли я чувствовать себя виноватой за секс с другим мужчиной. Тихий голос где-то на задворках говорил «да», пока остальные пели монотонно «чёрт, нет». Доминик разрешил мне заниматься сексом с Эштоном. Технически, я делаю так, как было сказано.
С того момента, как я встретила Эштона, он призывал меня стоять за себя, чтобы увидеть, чего я достойна. Не было надобности чувствовать вину из-за мужчины, который обращался со мной так, как я того заслуживаю. Не говоря о том, что способы его доминирования заводили меня больше, чем я того ожидала.
Не слишком ли рано, чтобы переезжать в его спальню?
В течение нескольких часов я обдумывала ответ, но даже если у меня была сотня веских причин не делать этого, я знала, что хочу каждое утро просыпаться в кровати Эштона. Если он планировал ночь за ночью восхитительно мучить меня, я готова была прыгнула в омут с головой без спасательного жилета.